Дада

Серегин Михаил Георгиевич

Они успели добраться до кустарника, прежде чем услышали вой сирен. Теперь, если не останавливаться, через час-другой можно выбраться на трассу.

Лежа

на траве и глядя в звездное небо, он улыбался.

– Хватит тащить меня, поцелуй лучше, может, у меня прибавится сил.

Эпилог

– Где ты была?! – мать не знала, как себя вести. Один-единственный раз, не считая недавней поездки на турбазу, ее дочь не ночевала дома. Когда она заканчивала десятый класс, она не пришла домой, но то было понятно. Потом она была такая пай-девочка! Теперь же перед ней стояла взрослая женщина в грязном платье и со спутавшимися волосами.

– Мама. – Дарья ввалилась в квартиру. – Мне тяжело было расстаться с этим денежным мешком,

но я сделала это ради тебя, – она пыхтела, словно после кросса.

– Неужели все? – не верила Нина Ивановна. Она даже забыла о том, что хотела во всех подробностях расписать дочери, как она за нее волновалась.

– Более того, все подарки остаются у нас.

– Черт с ними, с подарками! – мать поцеловала Дарью в лоб. – Я уж хотела было милицию вызывать.

– Не надо милицию, она нам теперь не понадобится, – дочь опустилась на стульчик и глубоко вздохнула. – Нагулялась. Наверное, я не пойду в душ, очень уж спать хочется.

Нина Ивановна не поняла, что значит «не понадобится» милиция, но списала все на усталость дочери.

– Знаешь, мне уже на работу надо уходить. Каша на плите.

– Хорошо, мама. Я немного поем и отправлюсь спать.