Даешь сердце!
Шрифт:
Фельдшер растерялся от неожиданного вопроса.
— Спасибо, пока есть. У меня пока все есть. Мне здесь хорошо. — Фельдшер мял в руках шапку, хмурился. Ему было стыдно за свой выкрик. Он посмотрел на участкового. —
Участковый смутился.
— Да ну, чего там…
Председатель засмеялся.
— Ничего. Кто, как говорят, старое помянет, тому глаз вон.
— Но кто забудет, — шутливо погрозил участковый, — тому два долой! Протокол составлять не будем, но запомним. Так, товарищ Козулин?
— При чем тут протокол, — сказал председатель. — Интеллигентный товарищ…
— Интеллигентный-то интеллигентный… а дойдет до наших в отделении…
— Мы вас не задерживаем, товарищ Козулин, — сказал председатель. — Идите работайте. Заходите, если что понадобится.
— Спасибо. — Фельдшер поднялся, надел шапку, пошел к выходу
На пороге остановился… Обернулся. И вдруг сморщился, закрыл глаза и неожиданно громко — как перед батальоном — протяжно скомандовал:
— Рр-а-вняйсь! С'ирра-a!
Потом потрогал лоб и глаза и сказал тихо:
— Опять нашло… До свидания. — И вышел.
Милиционер и председатель
— У нас таких звали: контуженный пыльным мешком из-за угла, — сказал он.
Председатель тоже смотрел в окно.
Ветфельдшер Козулин шел, как всегда, скоро. Смотрел вниз.
— Ружье-то надо забрать у него, — сказал председатель. — А то черт его знает…
Участковый хэкнул.
— Ты что, думаешь, он, правда, «с приветом»?
— А что?
— Придуривается! Я по глазам вижу…
— Зачем? — не понял председатель. — Для чего ему? Сейчас-то?..
— Ну как же — никакой ответственности. А вот спроси сейчас справку — нету. Голову даю на отсечение: никакой справки, что он шизя, нету. А билет есть. Ты говоришь: ружье… У него наверняка охотничий билет есть. Давай на спор: сейчас поеду, проверю — билет есть. И взносы уплачены. Давай?
— Все же я не пойму: для чего ему надо на себя наговаривать?
Участковый засмеялся.
— Да просто так — на всякий случай. Мало ли — коснись: что, чего? — я шизя. Знаем мы эти штучки!