Далила-web
Шрифт:
Кэтчера мой вопрос вывел из равновесия.
— Не знаю, кто, — огрызнулся он. — Я же тебе говорил уже. Подозреваю, что не «кто», а «что». Система заражена снизу доверху, червяк на червяке. Что было дальше?
Ну, вы-то уже знаете о договоре. И что было после его подписания — тоже. Узнал и Кэтчер.
— Санитары? — переспросил он. — Какие к чёрту санитары! Ты таким же стал бы после чиповки. Плохи твои дела, Андрэ. Мне приходилось видеть подобные договоры. Они могут теперь чиповать тебя в любой момент, если поймают. В глобале тебя нет, но в их локальной базе кое-что о тебе могло остаться.
— Не называй меня Андрэ, —
— Добро, не буду. Как же тебя называть, мистер Икс?
— Что мне делать, Кэтчер? — спросил я вместо ответа. Кэтчер молчал.
За окном кабинета шевелились бесформенные тени, будто кто-то пытался заглянуть внутрь. «Кусты всего лишь», — подумалось мне. Отвлёкся буквально на пару секунд; когда снова глянул на хозяина юридической конторы, тот сидел, откинувшись на спинку кресла, и на меня глядел с прищуром. Правой рукой он прикрывал нижнюю часть лица, словно придерживал слова, готовые сорваться с губ, или пытался скрыть улыбку.
— Что делать? — повторил я.
— Чиповаться, — был ответ. Моя реакция не удивила Кэтчера, он поспешил успокоить: — Чего ты вскинулся? Я не собираюсь повалить тебя на пол, проковырять твой череп отвёрткой и всунуть в дырку чип. Приходилось тебе слышать о симульчипах?
— Нет, — ответил я, усаживаясь. Я не врал, даже слова такого до той поры не слышал. Он стал рассказывать. Мне такое в страшном сне не снилось, что я от него узнал. Оказывается, вокруг мёртвых чипанутых айдиотов крутится банда стервятников, которые только тем и заняты, что снимают с трупов чипы. Это незаконно в полный рост, но они как-то так устроились, что Система их не замечает. Казалось бы, какой прок воровать чипы, если чипуют бесплатно?
— Бесплатно, если в голову вставлять, — рассказывал Кэтчер. — Эти отдают на руки. Зачем? Представь: штуковина, которая к тебе попадает, — почти человек. На его имя можно открыть счёт в банке, зарегистрировать бизнес, управлять фирмой от его имени. «Оно» может перемещаться по Городу, открывать двери…
— Как? — спросил я, поборов отвращение. — Тела-то нет.
— Во-первых, не всегда оно теперь нужно — тело. Замки можно и через Сеть открывать. Во-вторых, у тебя-то ведь тело есть. Если нужно для дела, цепляешь в базе данных Системы свою радужку или отпечатки пальцев к симульчипу и вперёд. Делаешь ты, отвечает хозяин симульчипа. Мертвец.
— Как же Система перед ним двери открывает, если он мертвец?
— Забыл сказать, — Кэтчер хмыкнул. — Смерть айдиота не регистрируется. Для Системы он жив-здоров. Это тоже денег стоит, но и симульчипами они торгуют не в убыток себе. Кроме того, к симульчипу ещё нужен мозг-эмулятор.
Тут Кэтчер заметил на лице потенциального клиента неуверенность (сказать честно, я никак не мог переварить новости), но истолковал неправильно и бросился спасать положение. Это не так дорого, убеждал он, мозг-эмулятор нужно купить всего один раз, а чипы в нём сменные. Если клиент покупает у него, Кэтчера, мозг, первый симульчип получает бесплатно. Ничего противозаконного в перепродаже мозга нет, а симульчип вообще с юридической точки зрения продаже не подлежит. Он и не продаётся. Контора оказывает уважаемому клиенту консультационные услуги. Какие? Очень хороший вопрос. Оказывает услуги по защите информации. Естественно, всё законно, вот и патент есть, можно ознакомиться. Фирма существует уже более трёх лет, ни одного случая…
— Кэтчер,
На миг мне показалось, что представление подошло к концу и меня сейчас просто выставят за дверь. потом Кэтчер овладел собой. Нет денег? Это ещё почему? Не всё ещё потеряно, мальчик, убеждал он. Стёрли из базы? Подумаешь, проблема. Юридическая фирма Кэтчера и не такое видала. Опердень ещё не закончен, если написать ваучер на айди владельца симульчипа, послать запрос на учёт ваучера в банк, а потом отправить акцепт с пальпатора, все деньги окажутся на счету симуличности. Фирма согласна действовать на свой страх и риск, а комиссионные и плату за мозг-эмулятор получить по факту передачи означенного мозга клиенту. Всё совершенно законно, вот патент, фирма существует больше трёх лет, и…
Минут через пять он выдохся. Расстрелял весь боезапас. Мы посидели ещё с минуту, глядя друг на друга через стол. Должен сказать, ореол гуру вокруг залысой головы хозяина заведения несколько потускнел в моих глазах. «Жулик ведь, — думал я, глядя ему прямо в глаза. — Но что делать? Если откажусь, вдруг он сдаст меня Системе?»
— Ладно, — сказал я. — Валяй. Пиши ваучер.
Оказалось, всё уже готово. Кэтчер дал мне подмахнуть комиссионный договор размером в три строки, мигом вбил в стандартную форму банковские реквизиты Андрея Нетребко, сбегал в соседнюю комнату и вернулся с двумя коробками. В одной оказался девайс, похожий на обычный налокотник, только не флэкс, как я люблю, а хард, вроде полицейских. Вторая коробка тарахтела так, будто в ней были семена овощей.
— Семена, — сказал Кэтчер, словно мысли мои прочёл, и ещё раз потряс коробкой. Потом открыл её и положил передо мной на стол.
— Выбирай, кем будешь.
Меня чуть прямо в коробку не стошнило, когда понял, что это. Чипы. Без обвязки, волноводов и фидеров, конечно, одни камешки. Я представил, как их выковыривали из мозгов мёртвых айдиотов, и чуть не облевал Кэтчеру всю его коллекцию.
— Выбери сам, — говорю.
— Как знаешь. В общем-то, разницы между ними нет. Я каждого пробиваю по базе, никакого криминала ни за кем из них не числится. Мне однажды пытались сунуть педофила, но…
Покосившись на меня, он осёкся, пошарил длинным пальцем в кучке «семян», выбрал одно из них и стал возиться с эмулятором — совать в него симульчип.
— Нужно придумать ник, — сказал он, врубая налокотник.
— Эндрю, — ответил я, не задумываясь.
— Эндрю нарекаю тебя, — торжественно проговорил Кэтчер, трогая пальцами экран налокотника. — Иди и не греши.
Потом он пустил меня за свой терминал, сам стал за спиной и принялся давать указания. Мы с ним зашли в мой банк, обнаружили там запрос на погашение ваучера и проверили, не заблокирован ли счёт.
— Всё в порядке. Подтверждай, — торопил Кэтчер и подсовывал мне дактилосканер. Я оглянулся.
— Чего ты ждёшь? Что ещё? — удивился он. Потом вижу — понял. Дошло до него, что я перестал ему верить.
— Думаешь, я тебя обуть пытаюсь, — проговорил он с неопределённой улыбкой. — Если бы хотел, давно бы уже обул. Таких, как ты, одни стригут, другие режут. Я стригу. И шерсти с вас, прямо скажем, едва хватает свести концы с концами.
Живость, с которой этот парикмахер убалтывал меня стричься, куда-то делась, улыбка Кэтчера теперь казалась жалкой.