Далила-web
Шрифт:
Я так до сих пор и не знаю, кто же рисовал на Штуцера шаржи. Подозревал Бенито или кого-нибудь из его компании, но поймать так и не смог. Скорее всего, Беня был к этому делу непричастен, потому как не потерпел бы, чтоб кто-нибудь назвал его стихи бездарными.
— Досадно, — проговорил он равнодушно. — Но тебе разве не всё равно? Чего ты переживаешь из-за жалкого чипанутого айдиота? Никогда не мог понять, как ты вообще можешь жить с этим похотливым животным в одной комнате. Это как-то…
Я наклонился к желтку своей яичницы и шумно всосал его, чтобы выразить отношение к Бениной речи. Он осёкся. Всё-таки
— Да нет в нём ничего неприятного. Разве вот лысый он, а я этого не терплю с детства. Понимаешь, Беня, смотреть тошно на лысую как коленка голову.
Проговорил это и смотрю на него. Я забыл вам сказать: Беня абсолютно лыс. Нет, он не чистокожий, просто каждое утро зачем-то бреет начисто свой череп, и никто не знает, за каким герцем ему это надо.
— Сочувствую, — ответил он и стал лысину поглаживать ладонью. Говорю же, есть за что его уважать. Нервы у него что надо, первый сорт.
Я доел бифштекс, сходил к стойке взять кофе и вернулся.
— Правильно, — похвалил Бенито. — Кофе должен быть горячим.
— Привычка, — ответил я, покосившись на экран налокотника. Времени до пары оставалось совсем ничего.
— По привычкам видно — ты не айдиот.
— Да уж, — рассеянно подтвердил я, потягивая коричневую бурду.
— А числишься как айдиот, — глядя в потолок, проговорил Беня. — Я специально в базу лазил. Думаю, не может быть, чтоб естет с такими замашками был безродным айдиотом и по своей воле подселился в комнату к чипанутому. Всё дело в этой штуке?
Он постучал пальцем по экрану мозга-эмулятора. Я убрал локти со стола и сел ровно. Не хотелось показывать слабину, но шугнул он меня порядком. До сих пор никому не было никакого дела до моего происхождения.
— На тебе висят какие-то делишки, — ухмыльнулся Бенито и снова потёр лысину ладонью. — Но кто ж без греха, я тебя нисколько не осуждаю. Понятно, почему ты не лезешь в бутылку, что тебя подселили к Штуцеру. Хочешь, я устрою тебе переезд? У меня есть связи в службе безопасности. Чтоб такой парень… Кстати, как тебя зовут, Эндрю? Не требуется ли тебе…
У меня дыхание перехватило, когда он сказал «не треб…», да ещё и глянул значительно. «Он знает?» — мелькнуло в голове, но я взял себя в руки и ответил, поднимаясь:
— Меня зовут Эндрю. Ничего мне не требуется, понял?
— Ну-ну, — с неопределённой интонацией промычал Беня.
Я развернулся и пошёл к двери. Глупо, конечно. Всё равно он припрётся на пару и там мы опять встретимся. И никуда мне от него не деться. Но мне тогда показалось важным повернуться к нему спиной и уйти вот так вот, не оборачиваясь, хоть взгляд Бенито и жёг мне спину.
В коридоре первым делом разбудил налокотник. Нет, чип не заблокирован, в журнале доступа всё чисто, только пару раз ночью какие-то ламеры лазили на арапа через служебный порт, но ничего у них не вышло. Ничего не скажешь, с прошивкой мозгов у Кэтчера всё в порядке, как выяснилось.
Я немного успокоился — может, Беня ничего и не знает наверняка, — и глянул на коридор глазами чипанутого Эндрю, раз уж всё равно разбудил мозг. И в стотысячный раз похвалил того, кто ваял университетский скин. Солидно. Крутизна, кто понимает. Паркет, дубовые панели, медные ручки. В реале — полное
— Ё! — сказал я и отдёрнул руку. Из дырки в панели высунулась головка червя. С кулак размером, честно. Я глянул на стену своими собственными глазами. Стена как стена, крашеная, штукатурка в трещинах. Я опять посмотрел на неё через налокотник. Фу, мерзость! И не один, вон ещё! «Опять какой-то умник хакнул университетский скин», — сообразил я и пошёл дальше, раздумывая, не стоит ли выключить текстуры. Не люблю таких приколов после завтрака. «Мало ли что эти остряки ещё сюда запустили?» — подумал я. Как в воду глядел. Две расфуфыренные тётки, следом за которыми я плелся по боковому узкому коридору, визгнули и шарахнулись к стенам. Из паркета вынырнула рыбина и снова ушла в паркет прямо у меня под ногами. «Идите вы, — подумал я, — со своими приколами. Куда подальше». И усыпил мозг. Коридор вылинял, монстры исчезли, остались только мгновенно потерявшие лоск и немалую часть деталей одежды чипанутые тётки, жмущиеся к стенам. Клик за два, они ещё не заметили червей в панелях. И тут грянул гром. Чипанутые, возможно, слышат мелодичный звоночек или там гонг, а меня как сковородкой по голове саданули. Я даже пригнулся от неожиданности, когда эта сволочь грохнула прямо над головой. Звонок на пару, я имею в виду.
В аудитории было полно народу, но химер ещё не явился, я передохнул с облегчением (опозданий у меня и без того уже хватало) и стал озираться, куда упасть.
— Эй, мистер Икс, сюда иди! — крикнули с заднего ряда. Я заметил там блестящий череп Бенито. Надо же, думаю, как он шустро прискакал. Лифтом, наверное. Не хотелось мне с ними разговаривать. Я поискал Далилу, но нашёл только свободное место по левую руку от Ники Нэйм, её соседки по комнате.
— Вы хотите вести практику, Эндрю? — прозвучал у меня за спиной голос химера. Те кони на задних рядах заржали, естественно. «Давай, Эндрю. Жги», — порекомендовал кто-то из них.
Я потащился по направлению к задним рядам, но, оказавшись поблизости от Ники, решился спросить её… Ну, вы понимаете. Хотел узнать, где Далила.
— Ника… — начал я.
— Садись-садись, — сказала она негромко и похлопала по пустому стулу ладошкой. — Далилы на первой паре не будет.
— Почему? — спросил я, усаживаясь.
«А ты ничего, мистер Икс! — сказали с задних рядов. — Очернить кожу, покрасить волосы — вылитая Далила». «Бенито! — прикрикнул химер. — Вы не заметили, я уже в аудитории. Покажите нам вашу нанофабрику».
— Дела у неё какие-то важные, — шепнула Ника. — Сказала, может быть, на третью пару успеет. А почему эти типы тебя называют мистером Икс?
Ника — спец по каверзным вопросам. Наклонит голову к плечу и ка-ак выдаст. Непонятно, почему ещё не разогнала половину кодлы недоумков, которые за её подругой ухлёстывали. Стал я думать: действительно, почему Бенито меня так назвал? Где-то я слышал уже… И тут меня второй раз за утро пробрала дрожь. Мистером Икс меня величали до той поры всего только раз. Кэтчер так меня назвал. Это значит, Бенито всё обо мне узнал, сволочь.