Далила-web

Георгиев Борис

Я подошёл ближе, положил фантому руку на плечо и спросил:

— Ну, так что, Кэтчер? Перетрём, чего там с отладкой? Давай, колись, старик. Я хоть и не гуру, но и не полный нуб.

Говорю ему это, а сам думаю: «Как ни шевели мозгами, дура силиконовая, а тебе за мной не угнаться». Вы поняли, в чём дело? Пока я корчил из себя умника и шарил по закоулкам Системы в поисках загогулистых слов, она меня имела в мозг, как хотела, но когда я стал вываливать ей геймерские словечки да ещё и разозлился вдобавок, ей стало уже не до хака. Не

успевала она за мной.

— Шевели орешками, Кэтчер. Я уже обождался весь, — меня распирало от злости, я подбрасывал Системе новую корявую инфу, а сам принюхивался. Конечно, это не тот запах. Сигарета не так воняла, дым тоже. Я пытался понять, на что похоже то, что я чуял, но запах всё время менялся и очень быстро. Почему?

— К слою отладки можно получить доступ двумя способами, — стал рассказывать помощник. — Напрямую через образное представление или через консоль. Способы равнозначные, но, изучив ваш психотип, я предлагаю вам попробовать сначала первый способ.

— Будь проще, Кэтчер, — попросил я, силой заставляя себя не пытаться узнать, что такое психотип. — Какой такой способ? Выкладывай, что за шняга?

— Вот смотрите. Видите стекло?

— Ясен герц.

— Можете сделать так, чтобы его не было?

Я глянул на него как на недоумка. Была охота стёкла бить. Очень странно от него пахнет.

Внезапно запах раздробился, я стал различать его составные части. Много частей, очень мелкие и совсем не похожи друг на друга. Шершавые, с крючками. Сами лезут, как живые.

— Вы не поняли меня. Попробуйте убрать это стекло мысленно, — предложил помощник.

Я попробовал и на мгновение забыл о фантоме Кэтчера с его сложными запахами. Стекло исчезло, из оконного проёма на меня накинулся ветер. «Не сверзиться бы», — подумал я, отшатнувшись от края, но после допёр, что свалял дурака. В моём дриме со мной ничего страшного произойти не может. Или может?

— Так вы можете изменить любой элемент дрима и зафиксировать изменения, — вещал Кэтчер.

«Трёпаный ветер, — подумалось мне, — не вздохнёшь из-за него. Он уж точно лишний. Его бы убрать».

Додумать ещё не успел, а ветер улёгся. Не улёгся даже, а исчез напрочь. Мёртвый штиль, ни дуновения. Передо мной было хмурое осеннее небо, проткнутое небоскрёбами, по нему в полном безветрии ползло облачное одеяло.

— Со временем вы научитесь изменять активный скин, не задумываясь, — сообщил мне призрак. — Порождать фантомы и управлять их свойствами сложнее, мало кто пытается делать это в образном режиме, разве что бывшие дизайнеры или художники. Человеку с недостаточно развитым образным мышлением лучше пользоваться консолью. Чтобы стать дриммастером, нужно овладеть обоими способами в совершенстве.

— Консоль? — переспросил я, глядя на облака. Только я подумал, что неплохо бы поковырять их консоль, перед глазами развернулось гигантское, вполнеба, окно, разделённое на части. Строки кода летели по нему снизу вверх в бешеном темпе,

в нижней части мельтешили цифры, выстроенные рядами. «Стоп-стоп!» — подумал я, и мир замер. Остановились облака, птица, секунду назад фыркнувшая крыльями в нескольких метрах от меня, застыла в падении, успокоились строки, перестали мельтешить цифры таблицы.

— В режиме полного останова вы можете управлять только консолью, — заметил помощник. — Слой инфо вам недоступен, вашего собственного образа в виртуальном мире нет. Вы вернётесь туда, когда закроете консоль.

«Что означают эти цифры?» — спросил я себя. Растерялся просто. Не больше, чем на полсекунды, но этого времени Системе хватило, чтобы принять мой запрос и нанести удар. Когда я очнулся, консоли перед глазами не было, за толстым оконным стеклом снова плыли облака. Значение кое-каких цифр таблицы теперь мне известно, но чем я расплатился за эту информацию? Я глянул на лже-Кэтчера, ругая себя почём зря: «Долбозавр дятлоголовый, циферки тебе понадобились? О чём пронюхала Система? О настоящем Кэтчере? Обо мне? О предках?»

— Андрей Нетребко, — задумчиво проговорил призрак Кэтчера. Сигарета исчезла из его рук. — Это меняет дело. С вами был подписан договор о чип-модификации, он ещё действует. Кроме того, вы совершили непреднамеренное убийство.

Я изо всех сил пытался не паниковать. Всё, чего боялся, случилось. «Терять уже нечего, — сообразил я, втягивая носом воздух. — Пахнет от этого типа… но он же фантом! Это не просто запах. Это… Минутку!»

Я выдохнул сквозь зубы. Нет, выводы после. Когда выйду из Сети. Если выйду. Ну-ка, Нетребко! Только не защищаться, а нападать.

— Договору этому цена — дерьмо, — заявил я нагло. — Потому как он заключён жульническим способом. А убийство… Я защищался, понятно? Противодействовал незаконному задержанию. И ещё надо разобраться, кем были те чипанутые придурки, которые в меня парализатором тыкали. Не ваши ребята, случайно? Если ваши, вешайтесь. Я знаете что! С вами! Сделаю!

Да, я затупил тогда. С кем не бывает. А вам не случалось, когда спите, наговорить такое со злости? Как и бывает в обычном сне, призрак пропал, только ветерок прошёл по комнате. Я остался один в зале, где окна, стены, пол, потолок и ни одной двери. Меня снова окатило страхом, но эту атаку я отбил легко. Всё-таки злость — хорошее дело.

— Мы ещё посмотрим, — сказал я в пустоту и всем телом с разбегу шарахнул в окно. Ни удара, ни звона битого стекла, только ветер в лицо. Я разжмурился. Ах-х! Навстречу летела мостовая и крыши припаркованных автомобилей.

— Консо!.. Сто!.. Стоп! — заорал я.

Я ожидал удара, но стало тихо. Как будто мне по целому банану в каждое ухо затолкали. Я огляделся. Под ногами, в полуметре, — крыша машины с прилипшими жёлтыми листьями. Поверх зеркальных панелей соседнего небоскрёба распахнуто во всю ширь окно консоли. Одна строка подсвечена жёлтым, останов.