Дальтоник
Шрифт:
Браун коснулся ее руки:
— Вам плохо?
Неожиданно Кейт до смерти захотелось курить. После шести месяцев без единой сигареты.
— Все в порядке. Так о чем я говорила? — Она вгляделась в картины. — Предметы изображены узнаваемыми. Есть незначительные искажения, но нельзя сказать, намеренно это сделано или нет. Вот здесь, кажется, виден след угольного карандаша. Возможно, он наносил им контуры. Видите. — Кейт посторонилась, сняла очки, сложила руки на груди. — Единственное, что делает эти картины особенными — разумеется, в определенном
— Фотографии у меня в кабинете. — Макнил быстро вышел из комнаты.
Из недр пиджака Брауна раздался приглушенный звон.
Кейт улыбнулась.
— Шагомер?
Браун вытащил из внутреннего кармана мобильный, прижал к уху.
— Браун слушает. — Его лицо изменилось. — Что? Где? Проклятие! И кто? — Он напряженно слушал. — Правильно. Проследите, чтобы медики не наследили. Я скоро приеду, посмотрю.
Он отсоединился. В этот момент вернулся Макнил с конвертом в руке.
— Вот. Цифровая съемка.
— Что случилось? — обратилась Кейт к Брауну.
— Труп. С картиной. В центре Манхэттена.
Включив сирену, Браун выехал на скоростную магистраль Уэст-Сайда. Кейт не сводила глаз с реки. Она казалась ей картиной, написанной густыми мазками в стиле позднего постимпрессионизма. Голубоватый с зеленью Гудзон под свинцово-серым небом. Кейт пыталась разобраться в своих ощущениях.
К мучительному желанию выкурить сигарету примешивалось еще что-то. «Неужели во мне заговорил коп? Боже, ведь прошло столько времени! Мне вовсе не хочется вникать в то, кого там убил этот маньяк. Не хочется».
Она постучала кончиками пальцев по приборной доске.
— У вас странный вид, — заметил Браун. — Как будто вы вот-вот взорветесь.
— Вам показалось.
— Если ехать к вашему дому, то сворачивать нужно здесь.
— Поезжайте на место, а я возьму оттуда такси.
— Тоже хотите посмотреть? — Браун усмехнулся.
Кейт вздохнула:
— Нет. Просто я не хочу, чтобы вы теряли время.
Браун кивнул:
— Понятно.
— Тем более это на Тридцать девятой, в квартале от офиса Ричарда. Я загляну к нему.
Браун снова кивнул и прибавил скорость.
Из приемника полицейской рации раздавались надтреснутые голоса. Происшествия, адреса, кодовые фразы. Браун свернул на Четырнадцатую. Впереди показалась группа полицейских, охранявших место происшествия.
— Вас высадить здесь?
— Нет уж, довезите до конца.
Кейт посмотрела на часы. Почти четыре тридцать. Ричард наверняка уже вернулся из Бостона и сейчас у себя в офисе. «Пожалуй, позвоню ему, скажу, что случайно оказалась рядом, может, он выйдет и мы сходим куда-нибудь перекусить». Кейт полезла за мобильным телефоном.
Это было на углу Америк-авеню,
Здесь его ждал детектив, здоровенный краснолицый парень с редкими белокурыми усами.
— Это вон там, в конце переулка.
— Никто ничего не трогал?
— Нет. Мы сделали, как вы сказали, шеф. Ждем вас. Там двое медиков и копы. Тоже ждут. — Он посмотрел на Кейт.
— Она со мной, — сказал Браун. — Консультант из управления полиции.
Кейт понравилось, как звучит ее должность. Она выпрямилась, поправила на плече ремешок изящной сумочки. Нужно звонить Ричарду, а она почему-то идет по переулку вместе с Брауном и краснолицым детективом. «Я что, спятила?»
Детектив подошел к одному из полицейских и попросил снять с пояса фонарик. Протянул его Брауну.
— Вам понадобится, потому что в проходе, соединяющем два офисных здания — убитый обнаружен там, — довольно темно.
Браун свернул в проход, Кейт за ним. Теперь она уже поняла почему. Ее влекло вперед знакомое с коповских времен ощущение — характерный озноб, легкое покалывание в руках и ногах, сухость во рту. Кейт знала, что ей непременно нужно все увидеть.
Браун бросил взгляд через плечо.
— Может, вам не стоит туда ходить?
Кейт промолчала.
«Это ведь недолго. А потом я позвоню Ричарду, мы пойдем куда-нибудь, выпьем кофе, и жизнь будет продолжаться. Ясное дело, я не скажу ему о том, где была, иначе он убьет меня».
Ей вдруг до мельчайших подробностей вспомнилась недавняя ночь. Они в постели, занимаются любовью. Однако вместо того чтобы успокоиться, она встревожилась еще сильнее.
Солнечные лучи в этот проход, шириной чуть больше двух метров, никогда не проникали. Здесь было сумрачно и зябко. Браун шел чуть впереди, но его контуры уже расплывались.
Что-то пронеслось мимо Кейт, чуть коснувшись изящной кожаной туфельки без каблуков. Какое-то существо, наверное, крыса. Кейт пыталась взять себя в руки, отвлечься от шума в голове, который последний раз ощущала больше года назад во время противостояния с Живописцем Смерти. Когда они с Брауном были так близки к гибели.
А тот насвистывал какую-то мелодию, словно они просто прогуливались.
— Славный запах. Почти как на Парк-авеню, а?
Она пропустила мимо ушей его саркастическую реплику. Сердце сильно колотилось в груди.
«Мертвец. Подумаешь, какое дело. Почему я так боюсь увидеть его?»
Кейт рефлекторно потянулась рукой под пальто, чтобы привычно потрогать рукоятку пистолета, и шумно вздохнула. «Какой пистолет? Зачем? Я, наверное, рехнулась».
Браун взмахивал фонариком, выхватывая из темноты куски стен и асфальта.