Дама Пик

Седов Б. К.

В это время в углу огромной гостиной открылась расписанная золотыми и голубыми цветами дверь ванной, и в номер вышла мисс Натали Романофф-Матье.

Ее влажные темные волосы были небрежно схвачены несколькими черепаховыми зажимами, а на загорелой коже, видной в вырезе только что надетого белого махрового халата, блестели капли воды.

Мисс Матье принимала душ и теперь вышла к завтраку.

Она подошла к столу, и, когда ожидавший ее стоя Паттерсон отодвинул белый стул с вычурными ножками и бархатными подушкой и спинкой,

изящным движением села на него и поблагодарила Паттерсона сдержанным кивком.

Паттерсон чинно обошел стол и уселся напротив Натали.

Они поглядели друг на друга, Паттерсон сказал:

– Овсянка, сэр!

Мисс Матье шевельнула тонкой бровью и ответила:

– Овсянку сами жрите, сэр! А я лучше зайчатинки отведаю.

И Знахарь с Наташей, а это были, конечно же, они, принялись за завтрак.

Коридорный, которого разбирало любопытство и который по древней гостиничной традиции подслушивал под дверью, услышал несколько слов, произнесенных на совершенно не знакомом языке, недоуменно пожал плечами и удалился в сторону буфета.

* * *

После завтрака Знахарь снова завалился на диван с газетой, а Наташа устроилась в глубоком кресле, напоминавшем о временах славного царствования Карла Первого, и взяла в руки пульт от телевизора.

– Смотри, что пишут, – сказал Знахарь и повернул газету так, чтобы Наташа ее увидела.

На цветном развороте были видны крупные яркие надписи:

«Кто будет Мисс Европейская Мусульманка– 2003?»

«Жемчужины Ислама»

«Красота не знает религии»

Чуть ниже шрифтом помельче было набрано:

«С конкурса – в гарем»

«Ярмарка невест»

«Наложницы для бен Ладена»

Наташа усмехнулась, а Знахарь, снова заглянув в газету, сказал:

– Тут и про нас написано. Пожалуйста: миллионерка от шоу-бизнеса Натали Романофф-Матье скрывает свое происхождение. Здорово! Таак… А вот и про меня. Американец с русским акцентом спасает прекрасных мусульманок от похоти ненасытных шейхов.

Он посмотрел на Наташу и спросил:

– Ты хоть гордишься, что я такой благородный? Видишь, тут сказано: спасает! Спасает прекрасных мусульманок…

– Я знаю, что они прекрасные, но ты бы лучше забыл об этом, а то как раз увидишь, какая я бываю ужасная.

– Ладно, ладно, понял! Но меня гораздо больше интересует другое: как газетчикам удалось пронюхать про то, что неофициально все это будет аукционом невест? Если я узнаю, что информация ушла от кого-то из нашей команды, убью на месте. Не хватало только, чтобы в это дело встряли какие-нибудь бешеные феминистки, ратующие за женскую свободу.

– Да, это было бы весьма нежелательно, – задумчиво сказала Наташа, продолжая держать пульт в руке.

Наконец она нажала на какую-то кнопку, сразу же убрала звук и, глядя на экран, по которому взад-вперед носился Джерри, преследуемый

неутомимым Томом, спросила:

– А что там еще пишут?

– Н у… – Знахарь полистал газету, – в остальном все, как есть. Я имею в виду то, как мы это преподнесли. Вот, пожалуйста…

Знахарь начал медленно переводить газетный текст.

– Во всемирном конкурсе «Мисс Европейская Мусульманка-2003» участвуют самые красивые мусульманские девушки с европейским воспитанием и культурой, многие из которых приехали из стран, которые раньше были советскими республиками. Та-ак… Готовят этот конкурс никому до этого не известные миллионеры Уильям Паттерсон, по слухам имеющий российские корни, и скрывающая свое происхождение Натали Романофф-Матье. Ага… Однако, если принять во внимание первую часть ее фамилии, то вероятность того, что она принадлежит к старинному русскому роду, становится весьма высока.

Наташа фыркнула, а Знахарь взглянул на нее и усмехнулся:

– Мисс Матье, вас раскололи!

– Ну и пусть себе. Главное, чтобы не раскололи те, кому не надо. А газетчики – ну что же – молодцы ребята, даром хлеб не едят.

– Конечно, молодцы, – согласился Знахарь, – мне вот только не нравятся намеки про аукцион невест.

– Нравятся – не нравятся… Тут уж ничего не поделаешь. Будем надеяться, что скандала удастся избежать.

И Наташа включила звук.

* * *

План, который придумали бывшая сотрудница ФСБ и неправильный вор в законе, в большей своей части принадлежал, конечно, Наташе.

Знахарь отдавал должное ее профессиональной подготовке и совершенно не страдал от того, что Наташа оказывалась права гораздо чаще, чем он. Знахарь понимал, что многие жизненные ситуации весьма стандартны, и догадывался, что они давно проработаны теми, кто готовит сотрудников спецслужб. А уж для того, чтобы понять, что ловить мусульманского миллиардера нужно именно на молодую, красивую и невинную наживку, никакой специальной подготовки не требовалось.

Замысел, касавшийся того, как подобраться ко второму Корану, родился в один из последних дней на греческом островке. Логика, следовать которой Наташа предложила Знахарю, была проста и базировалась на обыкновенных человеческих инстинктах. Точнее – на одном из них, на самом основном. И еще – на тщеславии.

Если какой-нибудь падишах подберет девушку на улице, то, будь она даже первой красавицей мира, это не принесет ему особого удовольствия, – говорила Наташа.

Другое дело – если эта красотка будет всемирно признана, миллионы мужчин будут вожделеть ее, кто-то будет пытаться купить, но купит ее всетаки именно он, выхватив добычу из-под носа у своих соперников, таких же тщеславных и богатых, как он сам. И даже если она окажется в постели бревном, которое невозможно расшевелить, тот факт, что он утер нос другим претендентам, с лихвой вознаградит его за разочарование.