Дамиан...
Шрифт:
— Отслеживаю. Все маячки были сняты.
Дамиан и, правда, подарил Камиле цепочку с кулоном, в котором был маленький «жучок». Он же был и в сережках, которые она никогда не снимала. Еще один крошечный маячок находился в телефоне, но он там был уже давно.
— Я помогу с поисками, — Марсело вновь окинул взглядом изувеченное тело наемника, а так же его части отброшенные в сторону.
Он уже давно считал, что его сын был болен этой девчонкой. Сразу мужчина хотел, чтобы ее не было, ведь вместе с Камилой Агилар исчезла бы единственная слабость Ариаса, но, уже достаточно хорошо зная своего сына, Марсело осознавал,
***
В ту ночь, Ариас вернулся в коттедж, но лишь для того, чтобы полностью смыть кровь и уже чистыми ладонями достать сына из кроватки. Взять его на руки.
Несмотря на темное время суток, Матео не спал. Он будто бы что-то чувствовал и из-за этого капризничал, но все же, оказавшись на руках у Дамиана хоть немного успокоился. Правда, на папу смотрел так грустно.
— Мама скоро вернется. Обещаю, — сказал он малышу.
Так Матео и заснул на руках у Дамиана. Ариас положил сына в кроватку и, укрыв его одеялом, посмотрел на наручные часы. Было лишь полчетвертого утра, но, несмотря на это, он пошел к своей машине. Нужно было опять встретиться с Марсело и забрать часть людей Ортего. Как можно скорее найти Камилу, а то дыра в груди становилась больше и внутренний монстр все беспощаднее бушевал.
***
Семья Ариас находилась на вершине пульсирующего сплетения людей, которые, если не зависели от этого клана, то, как минимум, его боялись. Вот только, враги тоже имелись. Некоторые из них лишь мелкие шавки, которые только и могли, что лаять по углам, а некоторые — довольно сильные конкуренты, имеющие многомиллионные бизнесы и власть. Но всех врагов объединяло то, что никто из них не смел открыто идти против Ариас Ортего.
Вот только, кто-то забрал Камилу и сейчас было важно узнать, кто именно это сделал. Чтобы разорвать тварь на куски и вернуть девушку.
Прошло уже несколько дней, с тех пор, как Агилар украли и на данный момент были брошены все силы на ее поиски. Дыра в груди Ариаса разрасталась и мысли необратимо изувечивали сознание, разрезая его подобно ножам, но он все так же не позволял себе слабость. Мысленно повторял, что с Милой все хорошо, хотя его серые глаза постепенно становились все более пустыми и до невозможности жуткими.
Даже Марсело смотря на своего сына, отмечал, что он переставал быть похожим на человека. Почему? Наверное, потому, что Дамиан прекрасно понимал — если тот, кто забрал девушку все еще не выдвинул каких-либо требований, тогда, возможно, цель его действий это попытка запугать или надавить. В таком случае, Камилу в любой момент могли прислать по частям. Уже мертвую.
Такие мысли сводили с ума и доводили до помешательства. Так же, каждый раз прокручивая их в голове, Ариас умирал и попадал в свой личный ад. Именно там он находился все эти дни.
Дамиан подкурил сигарету и посмотрел впереди себя. Сейчас Ариас был без линз, поэтому почти ничего не видел, но прекрасно слышал крик, с которым от доберманов пытался убежать Гонсалес — человек, держащий в своих руках Аликанте. Правда, уже теперь у него и рук почти не было, чтобы что-то держать. Еще немного и собаки полностью разорвут мужчину.
Гонсалесу
Докурив сигарету, Дамиан отбросил окурок и, надев маску, пошел к машине. Там из бардачка достал очки в черной оправе и хотел сделать несколько звонков, но прежде чем зайти в список номеров, Ариас уже по привычке нажал на папку с фотографиями. Он и раньше их часто просматривал в перерывах между делами, а сейчас они были для него одновременно и успокоительным и болью.
Снимки показывали насколько же красивой Камила была будучи беременной сыном Дамиана и, в тот же момент они в очередной раз напоминали о том, что он пропустил этот период.
На данный момент Матео находился под усиленной охранной. Наверное, никогда и никого не охраняли так, как сейчас этого малыша. Дамиан старался почаще приезжать к сыну и был с ним почти каждую ночь, ведь Матео вообще не мог заснуть. Даже Жеменес не сумела его укачать.
Малыш успокаивался только на руках у Дамиана и он, порой, часами носил сына от одного конца спальни до другого, ведь, стоило его положить обратно в кроватку, как Матео тут же просыпался. Грустно смотрел по сторонам и начинал плакать.
После такого Ариас вновь брал сына на руки и, очень осторожно придерживая его, успокаивал. Смотрел на грустные глазки и ощущал, как его собственная душа раз за разом разрывалась на куски. Дамиан не допускал мысли, что Камила могла быть уже мертва, но невозможность найти ее сию же секунду, заставляла парня вновь и вновь гореть в собственном аду.
Он уже не помнил, когда спал в последний раз. Кажется, несколько раз отключался, но сны, будто питаясь самыми ужасными мыслями, показывали жуткие картинки и лишь сильнее сдавливали сознание.
Уже была утеряна грань между помешательством и здравым рассудком и лишь Матео не давал Дамиану окончательно сойти с ума и превратиться в нечто жуткое.
Это были тяжелые времена, но Дамиан своими руками разжег войну с несколькими нейтральными сторонами и позже их же уничтожил. Это требовалось, чтобы найти Агилар, но пока что никаких результатов не появилось.
А руки тем временем были испачканы в крови настолько сильно, что, казалось, их больше никогда не отмыть.
В один день удалось достать Рубена Кано. Будучи миллиардером и владельцем двух корпораций он являлся тем, к кому так просто не дотянуться, но люди Ариаса специально следили за каждым его шагом и вот наконец-то выдернули мужчину. Привезли его в Мадрид, где как раз находился Дамиан и бросили мужчину на пол.
Будучи связанным, Кано с трудом мог хотя бы приподняться, но, увидев, кто был перед ним, он зло прищурил глаза и гневно спросил:
— Ты же Дамиан Ариас? Сын Марсело Ариаса? Какого черта ты творишь? Отпусти меня немедленно.
Дамиан лениво сел на кресло и поднес к губам тлеющую сигарету. В последнее время он постоянно курил. Дышал только горьким дымом и, кажется, даже ничего не ел. Разве что кофе много пил, чтобы не засыпать и вновь не видеть кошмаров, в которых ему присылали Камилу по частям.