Дамир
Шрифт:
– Давай, завтра в клуб махнем, а? Тебе надо развеяться, подруга. Потанцуем, выпьем, легче станет, – шепчу ей.
– Ага, напьешься с тобой, – пробурчала обиженно Руська. – Ты вечно обещаешь, а как до дела доходит, пару бокалов, и в люльку. Пьяница та еще.
– Не поверишь, в этот раз все получится, – усмехнулась словам подруги. – Мне и самой надо развеяться. Очень уж я нервная стала из-за одного неприятного типа.
– Расскажешь?
– Завтра расскажу, милая. За стопкой текилы. А пока давай спать, мне к девяти на работу. –
– Ли… можно я у тебя поживу пока? – в тишине раздается тихий шепот подруги.
– Какие вопросы? Мне только в радость.
Следующим вечером мы с Руськой, нарядившись в самые красивые платья, отправились в клуб покорять танцпол. Хотелось забыть обо всем и посвятить время именно себе. Не думать о работе, о напыщенных наглых мужиках и ревнивых Женьках. Только мы вдвоем, море текилы и танцпол – вот, чего нам хотелось. А потому, заняв понравившийся столик, благо, в будний день было полно свободных, мы заказали алкоголь, выпили пару стопок и ушли танцевать, отрываясь на полную катушку.
Мы приковывали взгляды мужчин, наслаждались их вниманием, но никого не подпускали, просто потому, что посвятили этот вечер себе. Когда понимали, что хочется пить, или ноги уставали от танцев, мы возвращались за столик, выпивали, а потом снова пускались в пляс. Я радовалась за подругу, что она, наконец-то, смогла немного отвлечься и забыть о своем Жене, которого лично мне хотелось прибить за такое глупое поведение. Я, конечно, была за то, чтобы ревность присутствовала в отношениях, но все должно быть в меру, чего Руськиному парню как раз и не хватало. Именно меры.
Достаточно напившись, и отдохнув, мы, пошатываясь, отправились к выходу. Ноги очень плохо держали, особенно учитывая, что мы были на высоких каблуках. Как я еще не споткнулась и не завалилась, не понимаю. Да и, признаться честно, не любила никогда напиваться, но что ни сделаешь ради подруги?
Наконец-то, оказавшись на улице, я с радостью вдохнула в легкие свежий воздух и, схватив Руслану за руку, потопала в сторону дороги, намереваясь поймать машину, которая с радостью отвезет двух красивых барышень домой.
– Лийка, нас примут за проституток, – пьяным голосом промычала Руська, едва переставляя ногами.
– Хрен им, а не минет, – в тон ей ответила я, и принялась махать рукой, останавливая машину.
– О! Моя Ли точно пьяна, раз заговорила о минете.
– Я? – удивленно переведя на нее взгляд, переспросила я, забыв, о чем вообще идет речь.
– Лиечка, ты определенно хочешь се-к-са, – последнее слово она проговорила по слогам, потому что язык ее уже просто заплетался.
– О! – воскликнула я, когда возле нас остановилась машина. – Поехали!
– Прыгайте, красотки! Развлечемся, – надменным голосом произнес парень за рулем, а второй, который сидел на пассажирском сиденье, вышел на улицу.
– Да нет, мы не
– Подожди, девочка, мы хорошо заплатим, – схватив меня за руку, ответил этот наглец, и уже хотел тянуть меня в сторону машины.
– Мы не нуждаемся, извините, – постаралась как можно серьезнее произнести, и практически замерла, когда из задней двери автомобиля вышел еще один, двухметровый амбал.
Мне стало жутко страшно, и я поняла, что влипли мы очень серьезно, и выберемся ли живыми, я не знала. Но, если честно, куда лучше было бы, если бы нас сразу убили, ибо изнасилованной быть не улыбалось. Господи, как страшно.
– Вот эта пигалица – моя, – ответил бугай, рукой указывая на меня, – а ту шлюху забирайте себе.
– Нет! Не трогайте нас, – попросила я, когда меня подтолкнули к этому ужасному типу, а Руську схватили за руку.
– Не капризничай, детка, тебе понравится мой размер, – произнес бугай, а я поняла, что мои глаза начали щипать от непролитых слез.
– А тебе понравится мой размер! – за спиной прозвучал угрожающий голос, и урод, державший меня за руку, резко повернулся, таща меня за собой.
«Господи, Дамир!», – подумала я, когда увидела его возле спортивного автомобиля, с битой в руках. Он был такой огромный и устрашающий, но я его вовсе не боялась, а была очень рада видеть, потому что понимала – он нас в обиду не даст.
– Что здесь, брат, наших женщин обижают? – неожиданно из-за машины наших обидчиков вышел Кирилл Тимурович, и на его левой руке красовался кастет.
– Да вот, парни почему-то решили, что можно брать чужое.
– Пацаны, мы первые этих шлюх сняли, так что, езжайте на другую улицу, и ищите секс там, – проговорил тот, что продолжал удерживать пьяную Руську.
– Па-ца-ны, – как-то насмешливо проговорил Дамир, постукивая битой по ладони, – когда я был пацаном, у тебя еще пися маленькая была.
– А у тебя сейчас хоть встает?
– Ты хочешь поговорить о моем члене? – серьезным тоном продолжил говорить Дамир, а я посмотрела на подругу, которая тихо всхлипывала, размазывая тушь по лицу.
– Девушек отпустите! – в тон Дамиру, сказал Кирилл Тимурович, свирепым взглядом смотря на одного из мужланов.
– А то что? – мерзким голосом спросил бугай, крепче сжимая мою руку, где теперь наверняка останутся синяки.
– Да, ничего! – взбесился Дамир, и с размаху ударил битой по заднему стеклу их джипа.
Осколки со звоном посыпались на землю, а я вздрогнула от испуга и сжалась в комочек, боясь, что сейчас может завязаться серьезная драка.
– То же самое сейчас будет и с твоей рожей, а потом мой брат переломает все кости твоему другу, и вы навсегда забудете, что такое женщина, – продолжал говорить Дамир, как вдруг я почувствовала, что хватка на руке ослабла, а потом я резко упала на землю, больно ударяясь ногой об асфальт.