Данэя
Шрифт:
Совершенно нет, конечно, органического сырья: каменного угля, нефти, газа. Синтез необходимых органических соединений придется, сколько возможно, вести одновременно с оксигенизацией. Это потребует дополнительно больших затрат энергии.
Площадь суши довольно мала. В дальнейшем она станет больше, когда часть воды разместится в виде льда и снега у полюсов и на вершинах гор, и уровень океана понизится. Но это нескоро: климат не станет холодней, пока планета укрыта углекислотным чехлом.
Оксигенизаторам, которые надо будет как можно скорей
Огромная задача. Остальными планетами займутся уже те, кто прилетит после них. Но информация и об этих планетах представляет колоссальный интерес.
За работой и “вечерними” рассказами Лала время проходило незаметно. Светило становилось всё больше и ярче. Земля-2 была хорошо видна в телескоп.
19
Теперь уже её можно видеть без всякого телескопа. Они жадно смотрели на Землю-2 через толстые стекла иллюминатора, до этого укрытого мощным щитом. Вблизи она была как настоящая Земля. Крейсер совершал облет.
Приготовили два космических катера, погрузили оборудование для высадки-разведки: скафандры, малые вездеходы, надувные лодки, платформы-многоноги, пристяжные вертолеты, роботы.
Летели Дан и Лал. Эя оставалась ждать на орбите. Компанию ей составлял Пес.
Мужчины должны произвести последнюю разведку перед высадкой и попытаться разыскать пещеру, в которой можно было бы смонтировать оксигенизатор. Возле такой пещеры они установят радиомаяк, чтобы посадить крейсер как можно ближе к ней.
Наступал торжественный момент. Мужчины обняли напоследок Эю, потом друг друга: мало ли что могло случиться – из-за этого они и летели на двух отдельных катерах. И вот, оттолкнувшись с двух сторон крейсера, катера прошли немного параллельным курсом и, включив двигатели, начали уходить по пологой кривой к планете.
... Они уменьшались – стали невидимыми. Лучше бы она сама полетела вместо одного из них! Их надо беречь, это великие умы. Она ещё лишь девчонка; ей просто каким-то чудом повезло, что она оказалась с ними.
А получается наоборот: они летят на разведку – берегут её. Потому, что ждут от нее то, на что она так до сих пор и не смогла бесповоротно решиться. Несмотря на усердие, с которым занималась, учась науке материнства. Вчера она молча приняла две ампулы – с их спермой. Но это всё ещё страшно! А сейчас ещё и тревога за них, к которой, правда, примешивается и легкая зависть.
Они в это время уже снизились настолько, что вошли в верхние слои атмосферы. Пора было включать тормозные двигатели, чтобы не раскалить поверхность ракет.
Крылья, которыми катера были оперены наподобие самолетов, поддерживали их на пониженной скорости и позволили, пробив
– Дан! По-моему локатор нащупал пещеру, – услышал Дан. – Чуть право по курсу.
– Похоже.
– Проверим? Я засек координаты, можно сажать. Жду команду, капитан.
– Добро!
Ракеты уперлись на бьющие из двигателей струи и мягко опустились на поверхность. Лал зафиксировал время.
– Лал! Со счастливым прибытием! Что на твоих приборах?
– Полный порядок: противопоказаний для выхода не имею.
– Хорошо! Приготовься к выходу!
– К выходу готов!
– Начинай шлюзование.
– Начал. Шлюзование закончил!
– Не торопись!
– Не могу!
– Тогда иди. Выход!
Из открывшегося люка внизу катера начала опускаться площадка, на ней стоял Лал, придерживаясь за поручень. Чуть не дойдя до “земли”, площадка остановилась. Лал спрыгнул и сделал несколько шагов. Затем опустился на колени и, опершись руками, прижался к “земле” шлемом.
Следом спустился Дан. Он тоже – встал на колени, жадно коснулся “земли” перчатками.
Они находились возле огромного озера. Берег с их стороны был низкий и плоский, поверх крупного зернистого песка валялось множество камней. На противоположном берегу – горы, в которых виднелось что-то похожее на пещеру. Надо переплыть озеро, чтобы добраться до отверстия в горе: Дан собрался спустить вездеход.
– Давай лучше надуем лодочки. Поплывем на веслах – как на Земле.
– Как тогда? Давай!
– Рыбы, жалко, нет. Такое озеро пропадает, а?
– Ишь, чего сразу захотел!
Они плывут на маленьких надувных лодочках, в десяти метрах друг от друга: Лал впереди справа, слева сзади – Дан. Легкие электрические винты-моторы подняты. Астронавты медленно гребут, и не хочется торопиться. Лучи “солнца” вдруг прорвались в отверстие между плотными облаками, озарили всё вокруг, и на мгновение местность перестала казаться мрачной. Всё мысленно представилось таким, каким должно было стать: они почувствовали красоту ландшафта, увидели прозрачную чистоту озера.
Оба испытывали наслаждение от медленного движения по воде, от мерных взмахов весел. И небо, пусть пасмурное, начинавшее темнеть – здесь наступал вечер – было небом, рассеивающим свет, а не черной ямой космоса.
Ещё большую радость они испытали, обнаружив, что перед ними, действительно, вход в пещеру. Собрав лодки и включив фонари на шлемах своих скафандров, они двинулись вглубь. Лал, которому приходилось бывать в пещерах, счел, что им сказочно повезло, когда, пройдя с полкилометра по извилистым узким коридорам, они обнаружили целый ряд огромных гротов. Залы, в которые они попадали, не уступали по красоте пещерам в Пиренеях, исследованным Кастере[1]: великолепные сталактиты, сталагмиты, колонны; белоснежные кристаллы гипса, подобные цветам и веткам.