Данфейт
Шрифт:
Айрин вышла из ванной, тихо прикрыв дверь за собой, и направилась вниз.
Данфейт осела на пол и спрятала голову. Кимао подошел к ней, пытаясь оторвать ее от пола, но у него не получилось.
– Она расскажет... Отец узнает, и тогда...
– Данфейт засмеялась и посмотрела на него, - я перестану зависеть от него! Никогда не думала, что испытаю облегчение, осознав это!
– У тебя истерика, - ответил Кимао и погладил ее по голове.
– Проклятый день рождения... Ненавижу этот день... Ненавижу...
Кимао прикоснулся к ее подбородку и заглянул в осунувшееся лицо.
– Ты не чучело.
– Это не самое обидное слово из тех, которыми она привыкла
– Глупая, - прошептал Кимао, наклоняясь к ней.
– У тебя красивая грудь, я бы даже сказал, что она восхитительна. У тебя стройные ноги и, чего греха таить, на твою заднюю часть смотрю не один я. Ты высокая, но при своем росте в тебе нет ни намека на неуклюжесть. У тебя интересный цвет волос. Иногда они кажутся темными, а иногда я замечаю, что они совсем светлые. У тебя карие глаза, но на солнце они приобретают медовый оттенок и кажется, будто они и в самом деле плавятся. Каждая из черт твоего лица уникальна. Никогда не знаешь, какую гримасу ты состоишь в следующий миг. Это притягивает к тебе взгляд, и я смотрю, пытаясь уловить момент, когда ты, наконец, застынешь. Едва рассмотрев тебя, я теряю первоначальный образ и нахожу новый, не менее привлекательный, чем все предыдущие.
– Зачем ты говоришь мне все это?
– Не знаю, - пожал плечами Кимао.
– Говорю то, о чем думаю. Вот и все.
– Ты некрасивый, - вдруг ответила Данфейт.
– Ты высокий и худой, хотя и худым тебя назвать нельзя. Словно, с тебя сняли кожу и оставили одни только мышцы. Твои густые черные брови нависают над совсем уж черными глазами, и складывается впечатление, что задержав на них взгляд чуть дольше, можно попросту кануть в лету. Твой белесый шрам слишком сильно выделяется на общем фоне загорелой бронзовой кожи. Он сразу же привлекает к себе внимание и остается только задаваться вопросом, почему ты так и не избавился от него. На твоем лице часто появляются желваки, словно ты специально сжимаешь свои зубы, чтобы показать их. У тебя массивный подбородок и ямочка на нем, как свидетельство того, что тебе постоянно приходится испытывать на прочность свою волю. И другие ямочки у углов твоего рта. Юга! Кто наградил это тело ими, ведь они совершенно не вписываются в твой облик собранного и надменного человека! О морщинках в углах твоих глаз я вообще молчу. Они появляются, когда ты улыбаешься и это, Амир побери, всегда привлекает мое внимание. Где они? Я не вижу их сейчас, хотя, вот эту борозду промеж бровей нахожу впервые. Ты некрасивый, Кимао Кейти, но все же на тебя хочется смотреть.
– То есть, все, что сказано до слова "но" не имеет значения?
– Нет, не имеет.
– Интересно, ты вообще понимаешь, что только что сказала?
– Я назвала тебя "некрасивым".
Кимао улыбнулся.
– Теперь я вижу морщинки в уголках твоих глаз, - вздохнула Данфейт.
– Из всех женщин, которые встречались на моем пути, ты - первая озвучила правду, которую я знал всегда.
– Пожалуйста.
– Я не говорил "спасибо", Данфейт.
– Не говорил...
– прошептала Дани.
– Поцелуй меня, - произнес Кимао, продолжая смотреть на нее.
Дани медлила, а затем, обняла его и прижалась к теплому рту.
– Что же ты творишь...
– успела прошептать Данфейт, перед тем, как потерялась в омуте его рук.
– Данфейт!!!
– услышала матриати крик со стороны коридора.
– Опять...
– вздохнул Кимао, поднимаясь с пола и заправляя свою измятую рубашку.
Данфейт подскочила следом.
Эрика влетела в ванную,
– Что случилось?
– с некой опаской произнес Кимао.
– Они взорвали Югу!!!
– Что?
– Югу взорвали!!!
***
Они спустились вниз и прошли в гостиную, где все собрались перед экраном трехмерного галографического телевизора. Передавали сообщение о теракте на одной из термоядерных станций Юги, который унес жизни около трех тысяч югуан. Плазменное защитное поле не выдержало удара, перекрытия конструкций расплавились и все подземные уровни станции сложились друг на друга. О точном количестве жертв пока ничего не сообщалось, однако всех предупредили, что в течение первых суток после происшествия жителям Юги следует принять дезактиваторы радиоизлучения и, в случае развития симптомов лучевой болезни, обратиться за медицинской помощью. Затем промельками кадры со спутников, запечатлевшие взрыв станции. Вспышка света и волна, расходящаяся по сторонам, стирая все, что находилось на ее пути. Самым животрепещущим вопросом оказался факт отсутствия действий со стороны военных и Совета Ассоциации Зрячих, которые не смогли предотвратить катастрофу. "Виновные понесут наказание", - сообщил глава Управления по чрезвычайным ситуациям планеты Юга.
– Понесут, как же...
– произнесла Данфейт, останавливаясь за спиной Кимао.
– Сами взорвали, fiuro rectomo!
Кимао положил руку ей на плечо, но замечания по поводу сайкаирянского нецензурного выражения, не отпустил.
– Думаете, они попытались снова?
– произнес Орайя.
– Странно, что так быстро, - ответила Айрин.
– Год прошел с момента прошлой попытки.
– Так, вы все знаете?
– прошептала Данфейт, присаживаясь на диван возле Эрики.
– Нам с Бронаном рассказал Роэли, а Террей просто прочел меня, как открытую книгу и посвятил во все дела Йори. Так что, да, мы все в курсе.
– Я не знала, что запасники есть на Юге.
– Никто не знал, - ответил Кимао.
– Я думал, что они так и остались на Мийе.
– Глупо было бы оставлять все на Мийе, - покачала головой Айрин.
– А вот распределить все равномерно, создав в каждом живом уголке нашей галактики, вполне логично.
– Думаешь, и на Сайкайрусе они есть?
– прищурилась Данфейт, глядя на сестру.
– Отец бы сказал нам...
– А кто, по-твоему, оплатил пять твоих копий на "черный день"?
– Что?
– Это отец рассказал мне про технологию. Совет предложил вложить ему деньги в разработку, и теперь где-то хранятся по пять наших с тобой копий!
– Юга...
– Только папа ни сном ни духом о том, что тебя убили на прошлой неделе в первый раз.
Данфейт посмотрела на Кимао, а затем перевела взгляд на сестру.
– Надеюсь, и в последний, - произнесла матриати.
– Хочу выпить. Что толку сидеть перед телевизором? Если что-то пойдет не так, нас предупредят, - выдохнула матриати и поплелась на кухню.
– Я ухожу, - произнесла Айрин.
– Куда?
– не понял Орайя.
– Домой.
– Так рано?
– Да, так рано.
– Тебя проводить?
– Как хочешь, - ответила девушка и направилась к выходу.
– Не прощаюсь, - пробурчал Орайя и пошел следом за Айрин.
Остальные вошли на кухню и разбрелись по разным углам. Террей и Йори присели за барную стойку. Бронан крутился возле Эрики, продолжая внимательно наблюдать за тем, как она пьет один лишь сок. Данфейт села на столешницу, свесив ноги, и снова приникла к горлышку бутылки виски.