Данте

Хейли Гай

Твари приблизились на девяносто метров, пробиваясь через рвы с тлеющими остатками прометия.

Данте изучал расширенный театр военных действий, который показывал ему сенсориум. Ауспик-данные с поверхности планеты и ее орбиты рисовали потоки существ, которые двигались в порт. «Клинок возмездия» выдвинулся, чтобы атаковать наполовину изуродованные корабли улья, прежде чем те задействуют новые силы, и вспышки корабельных орудий молниями вспыхивали в небе Фодии. На карте системы мигали иконки имперских кораблей, которые мучительно медленно стягивались к Асфодексу.

«Грозовой ворон» известил о своем прибытии ревом. Данте рискнул бросить на него взгляд. Выцветший от многочисленных входов в атмосферу и сражений,

«Грозовой ворон» раскачивался в потоках ветра, выпустив десантную рампу еще до посадки. Из здания выбежали потрепанные мужчины и женщины. Первыми Дрост отправил раненых и умирающих. Измученные военные и гражданские врачи затаскивали носилки с ранеными по рампе внутрь корабля. Сердце Данте переполнило восхищение человеческой отвагой, когда они вернулись, чтобы освободить место для других раненых. Мигание внутри шлема сигнализировало о взлете «Грозового ворона». Как только он удалился, второй занял его место, а третий аккуратно приземлился рядом на пятачок земли, окруженный танками Астра Милитарум. Четвертый, ожидая посадку, завис в воздухе, стреляя по врагам из лазерных пушек и выпуская по ним с пронзительным воем уносящиеся ракеты. Как только трапы спустились, офицеры приказали своим людям уходить из разрушенного командного центра.

За пределами зоны высадки терминаторы Карлаена открыли огонь по надвигавшемуся с востока противнику. Но звуки их стрельбы потерялись в грохоте болтеров, стрелявших возле Данте, и оглушительного шума охлопывающегося воздуха, вызванного стрельбой мощного энергетического оружия, — это опустошители Кароса отстреливали тех тварей-вожаков, которые по глупости попадали под огонь.

Стук когтей и лап чужаков отвлек Данте от зрелища эвакуации. Тираниды за стеной уже оказались в зоне поражения его пистолета. Он убрал многочисленные руны и подсветку на визоре, чтобы они не мешали. Ход битвы теперь был неуправляем, ему же остается только сражаться.

Первых тварей с близкого расстояния расстреляли из болтеров. Каждый космодесантник тщательно выбирал цель, стараясь экономить боеприпасы. Шансов их пополнить не осталось. «Молот Ангелов» прорезал глубокие борозды в орде существ, убивая их десятками при помощи лазерных пушек и тяжелых болтеров. Враги разлетались, падали оторванные части экзоскелетов, странные органы разрывались, проливались яркие жидкости, тела валились под ноги к задним рядам, груды мертвецов росли.

Красная Жажда пробудилась в Данте. Ее питало возмущение, вызванное оскорблением Императора врагами. Он вдруг представил, как освободится от доводов разума, сорвется с места и обрушится на врагов, чтобы разить и уничтожить всех до последнего. Он ощущал жажду крови своих сотоварищей, их желание покинуть позиции и убивать. Он видел это по их позам и тому, как они сжимали оружие. Данте стиснул зубы, чтобы подавить желание напасть. Такие поступки часто помогали Кровавым Ангелам одержать победу, и все же поддаться гневу означало навлечь беду. Сегодня день Милости Ангела, а не Доблести Воина. Данте мысленно повторил успокаивающую мантру Солус Энкармине. Перед мысленным взором предстали одинокие воины, ведомые к собственной смерти. Он зацепился за видение, борясь с утратой контроля, которая привела бы к непоправимому.

Гаунты приблизились к его позиции. Сангвинарная гвардия приготовила оружие. Яркое зарево окружало силовые мечи и топоры, пылинки сгорали в дезинтегрирующем поле.

Чужаки, связанные с другими, меньшими тварями, поднимали конечности. Симбиотическое оружие выпускало шквал смертоносных игл. Враг находился достаточно близко, чтобы Данте мог разглядеть подобное перистальтике подергивание оружейных трубок, сокращение влажных сфинктеров и внешних мышечных волокон.

Как только гаунты подошли на расстояние броска, Кровавые Ангелы перевели свое оружие в автоматический режим. Сангвинарная гвардия,

вскинув кулаки, открыла огонь, используя перчатки «Ангелус». Специальные снаряды разорвались в гуще гаунтов, выпустив стреловидные поражающие элементы, и от многих тварей остались кровавые ошметки. Последний залп лазерной пушки и плазменный разряд разорвали часть их на куски, а затем выжившие оказались слишком близко.

— За Сангвиния! — взревел Данте.

Одиночный выстрел из его пистолета «Низвержение» распылил скачущего термаганта на атомы.

Гаунты бросались на Кровавых Ангелов и разделяли судьбу собратьев, кучи которых окружали разбитые бастионы. Космодесантники дали волю гневу, как только первая тварь перевалила через стену. На миг воинов Императора захлестнуло, их кроваво-красные доспехи исчезли под волной грязной кости и фиолетовой плоти, космодесантники оказались похороненными под бешеной массой режущего природного оружия чужаков. Началась бойня. Кровавые Ангелы вырвались на свободу, отрубая конечности боевыми клинками и цепными мечами, разбивая крупные черепа чужаков прицельными пистолетными выстрелами, разрывая горла руками в бронированных перчатках.

Толпа тварей размером с собаку обрушилась на Данте и его почетную охрану, заставив пошатнуться и закрыв обзор. Отточенными за столетия движениями он уничтожил всех точными ударами топора. Режущее поле топора Морталис потрескивало, отрезая головы и конечности, превращая их в пургу разлетевшихся молекул. Сангвинарная гвардия, окружив Данте, сражалась почти синхронно с ним. Тесно прижатые друг к другу, они все же легко маневрировали как танцоры, подныривали и уклонялись от оружия товарищей. Силовые копья, топоры и мечи искусно блокировали вражеские удары, и их хозяева ни разу не останавливались. Болтеры ревели, неся смерть. Дымящиеся тела падали. Вывалившиеся внутренности и отрубленные конечности мешались под ногами.

Данте и его воины почувствовали, что поднимаются по насыпи из мертвых существ. Пистолет командора «Низвержение» стрелял снова и снова, разрывая противников на куски и превращая в маслянистый пар. Другие существа научились бы избегать ревущего мелта-пистолета, но не тираниды. Они не были безмозглыми, как Данте думал прежде, но и не отдельными существами, а частями более крупного создания. Клетки кожи человека тоже не испытывают страха.

— Тираниды на наших позициях, милорд. Мы задержим их ненадолго. — Звучный голос капитана Карлаена сумел перекрыть шум битвы.

— Отделение Флориана, отделение Геруса, помогите! — приказал Данте, отправляя резерв штурмовых десантников на позиции Карлаена. — Генерал Дрост, сколько людей осталось в центре?

— Сто восемнадцать, включая меня, — ответил он.

Данте загрузил на экран шлема еще одно прозрачное изображение, проверив состояние своих «Грозовых воронов». Они приближались к «Клинку возмездия». Пилоты были опытными, им хватило бы двадцати минут, чтобы высадить пассажиров и вернуться на планету.

— Удерживать стену! Мы отступим, когда вернутся «Грозовые вороны». Сангвинарная гвардия, рассредоточиться! Перегруппируйтесь, когда сочтете нужным.

Телохранители разделились, перепрыгивая через кишащих гаунтов. Там, где они приземлялись, все тираниды погибали, а сами братья не подставлялись под удар.

В один миг Данте получил четкую картину сражения. Терминаторы Карлаена находились в тяжелом положении и отступали, не поворачиваясь спиной к противнику.

Каждый шаг стоил тиранидам дорого. Кровавые Ангелы устроили великое побоище. Прорвавшие линию обороны враги напоролись на лазганы гвардейцев Астра Милитарум и тяжелые болтеры. Танки «Леманы Руссы» посылали снаряды за линию обороны Карлаена, пробивая бреши в нахлынувшей плоти. Ваальский «Хищник» под названием «Сангвиновая буря» выпустил в сторону разбитых при приземлении выводков гаунтов струю прометия.