Дар Грани

Александрова Марина

Говорят, что бесчувственные люди – это все равно что мертвые. Я не думаю, что это так. Поначалу, когда Лео заморозил все у меня внутри, я впервые за долгое время вспомнила о том, что до сих пор жива. Если мне чего-то и недоставало, то все с лихвой окупали тренировки, которые мне устраивал Лео на пару с блондином, что молчаливой тенью слонялся по дому демона. Мне не представили его, но сказали, что он тоже примет участие в моей подготовке. И, надо признать, этот мужчина ни в чем не уступал Лео, когда дело касалось физических тренировок. Правда,

было одно «но», которое не давало мне покоя в момент наших встреч, – он тревожил меня. Весь его облик заставлял сердце странным образом сжиматься в груди. Иногда я понимала, что не просто смотрю в его сторону, а ловлю взглядом каждый его жест, всматриваюсь в черты лица, пытаюсь нащупать что-то знакомое в его образе. Но все было без толку… Я не узнавала его.

– Смотри, – прошептал мне на ухо неизвестно откуда взявшийся Лео, – разовьется косоглазие, куда мы тебя такую юродивую пристроим тогда?

– Не сомневаюсь: ты что-нибудь придумаешь, – сказала я, поворачиваясь к демону лицом.

– Сегодня я хочу, чтобы ты надела вот это, – сказал он, протягивая мне черную полоску ткани.

– И на какую часть тела мне это повязать?

– Знаешь, мне так нравится, как на тебя влияют недавние изменения… С тобой наконец-то становится интересно, – хмыкнул он, кривя губы в холодной ухмылке. – Но, малыш, я сейчас не в лучшей форме, потому повяжи это на глаза.

– Зачем?

– Затем, – сказал он, поворачиваясь ко мне спиной, в то время как я, решив проверить ткань на плотность, приложила ее к глазам.

В этот момент кусок полотна словно ожил у меня в руках, кончики ткани потянулись друг к другу, переплелись и намертво соединились у меня на затылке. Сколько бы я ни пыталась сорвать маску, у меня ничего не выходило.

– Если не ошибаюсь, завтра и послезавтра у тебя выходной? – донеслось до меня.

– Что за… – зло прошипела я, стараясь отодрать намертво прилипший кусок ткани с глаз.

– А сегодня ты, – хохотнул Лео, – прогуляешь. Как же тебе не стыдно? Так относиться к работе! – обвиняюще поцокал он языком, а после серьезно добавил: – Три дня ты будешь слепа. Все это время ты проведешь в моем доме. Это будет первая настоящая тренировка. Все, что было прежде, можешь считать разогревающим комплексом упражнений.

Учитывая то, что этот «разогревающий комплекс» стоил мне двух сломанных ребер, бесчисленного количества синяков, ссадин и прочего, то разминка удалась, но что же со мной станет после «настоящей» тренировки?

– Ни воды, ни питья, ни сна не предвидится, – сказал Лео, словно отвечая на мой вопрос. – Мой дом, как ты уже поняла, – это мое детище, пространство которого, сама материя, может видоизменяться согласно моим желаниям. В данный момент я меняю всю его планировку, не удивляйся, если по ощущениям тебе будет казаться, что ты находишься на открытой местности, в лесу, под землей, место всегда будет разным, но от этого не менее реальным. Угроза будет самой что ни на есть настоящей. Но все это – лишь фон для того, что ты должна

сделать.

– И что же это?

– Я хочу, чтобы ты нашла всего одно живое существо – Орэна.

– Это просто. Я и сейчас слышу, как бьется его сердце.

– А если так? – сказал Лео, и все мои ощущения исчезли. Нет, я не перестала слышать, но не могла уловить ни одного конкретного человека!

– Я хочу, чтобы ты увидела нить его жизни.

– Что ты несе…

– Ты – последняя представительница Дома Серебряных. Знаешь, как твоим предкам удавалось удерживать власть столько времени в своих руках?

– Почему спрашиваешь, если в курсе, что я не знаю. Ведь ты так и не сказал мне тогда.

– Истинный демон Дома Серебряных мог найти любое живое существо, увидеть нить жизни и в одну долю секунды просто оборвать ее. И не важно, что это было за существо: дракон, дэйург, человек или крошечная бабочка на другом конце планеты. Это ваш дар Грани, делающий твой Дом самым могущественным и незыблемым. Прекрасный дар, но не дающий того, что желаемо. Будь иначе, Серебро осталось бы единственной ветвью демонов уже очень давно. Но власть – это прежде всего обязанность, ты должна понять это сейчас. Ты не можешь использовать то, что дала тебе Грань, так, как ты того желаешь. Это инструмент контроля, владеть которым ты обязана безупречно.

– Но я не понимаю, как я должна почувствовать…

– Откуда же это знать мне? – фыркнул Лео. – Я не из твоего Дома, такие знания всегда хранились внутри семьи, и то, чему сейчас учу тебя я, – это наработки Золотых. Так я искал способность к дару, ее надо почувствовать, пожелать принять, впустить в себя. Необходимо прийти к той точке перелома, когда всем естеством захочешь призвать Грань. И я сделаю все возможное, чтобы ты почувствовала это как можно быстрее. Учти, моя дорогая малышка, я не закончу до тех пор, пока ты не сделаешь то, что требуется.

– Почему ты лишаешь меня зрения? – спросила я, пытаясь осмыслить сказанное Лео.

«Точка перелома», – эта фраза заставила меня напрячься. С некоторых пор слово «перелом» стало прямой ассоциацией слова «боль», а боль приводила к Лео. И мне было заранее не по себе.

– Во-первых, потому, что это активизирует скрытые резервы твоего организма. Если ты думаешь, что знаешь, на что способна, то я постараюсь тебя удивить. Во-вторых, кое о чем просит меня предупредить твой блондинистый дружок…

– Мой? Ты ничего не перепу…

– Не перебивай меня! – неожиданно грозно отозвался Лео. – Иначе я передумаю тебя предупреждать.

– Прости, – безразлично отозвалась я, поскольку мне не слишком-то верилось, что сказанное им окажется правдой, а не очередной вереницей намеков.

– Я меняю не только пространство. Снаружи пройдет три дня. Внутри время будет идти так долго, как потребуется, учти. Ладно, доволен, пушистик? – обратился Лео явно не ко мне. – Ну тогда… Счастливого путешествия, конфетка моя.