Даргер и Довесок

Суэнвик Майкл

* * *

За час правдоподобную гулянку не подготовить, но Даргер с Довеском посчитали важным как мож­но быстрее передать Мощного Локомотива в руки опытных докторов. В любом случае Песья Свора имела репутацию заядлых выпивох, о чем знал весь лагерь, хоть и была эта репутация такой же незаслуженной, как и приписываемая им воинская сла­ва. После того как они собрались в палатке у Дар­гера и подняли множество тостов за возвращение и здоровье Гениального Стратега, их нетрезвый вид никого не удивил.

Даргер, пригубив и сразу отставив в сторонку

чашу с вином, распрощался с Песьей Сворой и от­правился проведать былых спутников по поездке в Благоухающее Дерево — посмотреть, как они устроились, и спросить, не нужно ли чего. А заодно обеспечить себе алиби на тот момент, как обнару­жат Мощного Локомотива, но, разумеется, это бы­ло чистейшей воды совпадением.

Тем временем Песья Свора на нетвердых ногах бродила по лагерю. В самой гуще Злобный Отмо­розок и Довесок тащили под руки Мощного Локо­мотива. Одетый как слуга, с кухонным полотенцем, наброшенным на голову, он сделался совершенно неузнаваемым.

Пошатываясь и спотыкаясь, они добрели до ле­са на краю лагеря. Здесь мужчины и женщины раз­делились и, обмениваясь непристойными шуточка­ми, поголовно засели в кустах — справить нужду. Когда с этим было покончено (они знали, что сле­дователи затеют проверку), тело Мощного Локомо­тива оставили поодаль, осторожно уложив в папо­ротник. Немного погодя, хорошенько побродив по округе, на него наткнулся Мстительный Бык.

— Эй! — закричал он. — Сюда! Смотрите, что я нашел!

Под удивленные возгласы и призывы о помощи Мощного Локомотива подняли с лесной подстилки и со всех ног потащили обратно в лагерь. Чуть по­зже им занялись доктора, и все закончилось благо­получно.

Согласно многочисленным достоверным пока­заниям, Даргер находился в совершенно другом месте, когда нашли тело Мощного Локомотива, и не был замечен вблизи леса в предшествующие ча­сы, а потому на следующий день без помех присо­единился к комиссии по расследованию. На допро­се он не преминул сыграть роль инициативного и беспристрастного дознавателя.

— По имеющимся у нас показаниям, — обра­тился Даргер к Злобному Отморозку ближе к кон­цу слушания, — один из членов вашего отряда так напился, что его пришлось нести. При этом никто не помнит, кто это был. Как ты это прокомменти­руешь?

— Знаете, господин, может, это был я, — при­знался Злобный Отморозок.

— Нет, другие видели, как ты поддерживал это­го парня.

— Тогда, может, Мстительный Бык.

— Он обнаружил тело.

— Да, точно. Помню, как он орал. Зато, как сам вырубился, не помню. Так что, кто бы это ни был, наверное, это не я.

— Ясно. Больше вопросов нет.

В ходе продолжительных дискуссий было уста­новлено, что при обнаружении жестоко избитого главкома Песья Свора, к несчастью, затоптала все вещественные доказательства. Определить, как жер­тва оказалась в папоротнике, сколько было напа­давших и прочие полезные детали, не представля­лось возможным. Дело закрыли за несостоятельно­стью улик.

Потом вызвали докторов Мощного Локомотива.

За главкомом присматривали пятеро целителей. Четверо стояли молча, а их глава, Осторожный Ста­рец, докладывал о состоянии пациента.

—

Главкома Мощного Локомотива можно при­вести в чувство, — вещал доктор. — Однако в по­добных случаях травма от оживления часто стира­ет все последние воспоминания. Есть гарантирован­ный способ, при котором он очнется с нетронутой памятью, но тогда понадобится погрузить его в искусственную кому самое малое на месяц. На­сколько важно выяснить обстоятельства его изби­ения?

— Жизненно важно, — ответила Белая Буря.

Царевич Блистательный Первенец рассудитель­но кивнул:

— Кто бы ни осмелился поднять руку на глав­кома, его нужно найти, допросить под пытками и принародно казнить самым жестоким и памятным способом. Пусть это послужит предупреждением будущим преступникам.

— Я не согласен, — возразил Даргер. — Ход вой­ны гораздо важнее, чем потакание нашему при­страстию к пустым сплетням. Какая нам польза, если выяснится, что у главкома сексуальные откло­нения и тайное свидание закончилось катастрофой или что его подстерег брат какой-нибудь селянки, которую он изнасиловал, раз мы все равно остаем­ся без главнокомандующего? Нужно привести его в чувство немедленно!

В дальнем углу палатки раздался взволнованный писк. Все повернулись к Умелому Слуге.

— Досточтимые господа, приношу самые ис­кренние извинения, — покраснел тот. — У меня мелькнула интересная мысль, но она не стоит того, чтобы прерывать вашу ученую беседу. Больше вы не услышите от меня ни звука.

— Хорошая мысль званий не выбирает, — за­метил Блистательный Первенец — Она рождается, где пожелает, даже в устах слуги. Расскажи, что пришло тебе на ум.

— Славный царевич, в деревеньке неподалеку от Парчи живет женщина, известная под именем Непогрешимой Целительницы. Ее лекарские уме­ния намного превосходят познания любого докто­ра. Наверняка ей под силу быстро оживить главко­ма Мощного Локомотива, сохранив все его воспо­минания.

— Это и правда отличная мысль. Думаю, стоит ею воспользоваться.

— Как бы то ни было, — упорствовал Даргер, — мы все равно остаемся без полководца. Крайне важ­но воскресить Мощного Локомотива немедленно. Кто, если не он, будет командовать армией?

— У нас есть ты. В конце концов, разве не на­зывают тебя Гениальным Стратегом? Разве не ис­полнились все твои замыслы? Я совершенно увере­на в твоих способностях. — Белая Буря залилась легким румянцем — Я видела, как ты творишь чудеса.

— Это так, — согласился Блистательный Пер­венец — Более того, вы выигрывали битвы и брали города без единой жертвы. Подобная забота о бу­дущих подданных Тайного Императора делает честь любому командиру.

— Но... — начал было Даргер.

— Предлагаю назначить Гениального Стратега исполняющим обязанности главнокомандующе­го, — вскочил с места Стационарный Комплекс — В случае единодушного одобрения представим это решение на рассмотрение Тайному Императору. Уверен, он не замедлит его одобрить. С завтрашнего дня Гениальный Стратег возьмет на себя коман­дование армией и поведет ее в битву против Трех ущелий, стягивающих сейчас войска к столице, Перекрестку.