Даргер и Довесок
Шрифт:
— Только спросить, почему я утратил ваше доверие.
Тайный Император задумчиво побарабанил пальцами по столу.
— Расскажи-ка о том, как вы собирались убить меня и посадить на трон Мощного Локомотива.
У Даргера застыла кровь в жилах.
— Ваше величество, вы же не верите в эту чушь, — вымолвил он.
Взгляд императора стал колючим.
— Я слышал это из твоих собственных уст.
— Иногда я несу чушь, как и все остальные! Впервые я рассказал эту жестокую выдумку царевичу Блистательному Первенцу на постоялом дворе неподалеку от Парчи, дабы уговорить его подписать
Со всей возможной убедительностью, — а он мог быть исключительно убедительным, когда на кону стояла его жизнь, — Даргер изложил историю обмана и той романтической неразберихи, что против его воли, одним влюбленным сердцем за другим, свалилась ему на голову. Обойдя некоторые мелочи стороной — например, свою связь с Белой Бурей, — во всем остальном Даргер твердо придерживался абсолютной правды.
Говорил он долго.
— От Гениального Стратега, — произнес Тайный Император, когда Даргер умолк, — я ожидал более успешного решения всех этих любовных дилемм.
— Не забывайте, ваше величество, мои непревзойденные умения относятся к сфере военной стратегии. В вопросах человеческих отношений никто не достиг совершенства. Мне пришлось солгать разок-другой, чтобы ваши советники не поубивали друг друга. Зато они у меня по струнке ходили! Все это я сделал ради вас, ваше величество, и ради вашего предназначения.
— Хмм. — Император молча поразмышлял над услышанным. — Многие необъяснимые факты обретают смысл.
— Важно, чтобы вы знали: никто из замешанных в этом деле не желает вам смерти. Они просто попались в мою паутину из фантазий и лунного света.
Тайный Император задал несколько вопросов, пытаясь подловить Даргера на несоответствиях, но не выявил ни одного, ибо выявлять было нечего. Даргеру не пришлось выдумывать даже самой малости — простая неприкрашенная правда оказалась столь абсурдной, что усомниться в ней не пришло бы в голову ни одному здравомыслящему человеку.
— Похоже, ты не лжешь, — заключил император.
— Всему свое время и место, ваше величество. Вам я лгать не смею.
— Что насчет истории о твоем бессмертии и долгих годах обучения?
— Ваше величество, буду с вами откровенным. Мое утопианское происхождение и бессмертие, мои исследования, столетия, проведенные в пустыне вместе с Воинствующим Псом, моя убежденность в том, что Китай нужно возродить и что вы идеально для этого подходите... Все это правда. Особенно последнее. Когда вы прислушивались ко мне, ваши дела шли в гору. Когда вы отвергали мои советы, вы тоже преуспевали, но не столь впечатляюще. Если бы я пошел на службу к другому царю и этот царь пользовался бы моими талантами с той же умеренностью, что и вы, он бы давно отправился на тот свет. Но вы живы, здоровы и все ближе к цели. Возможно, вы добились бы успеха и без моей помощи, но, ручаюсь, не так быстро.
Тайный Император кивнул — по всей видимости, непроизвольно.
— Встает вопрос, — проговорил он, — что мне с тобой делать?
— То, что считаете нужным.
Тайный Император помедлил.
— И?
— Это все.
На
— Это был правильный ответ. Ты по-прежнему в немилости, но останешься в живых. До поры до времени.
Когда Даргер покинул чайную, день клонился к закату. Он отправился на поиски Довеска и обнаружил его на лугу за городскими стенами. Песья Свора отрабатывала конные трюки.
— Смотри! — бросил Довесок.
Вскочив в седло, он послал Лютика галопом. С дальней стороны луга мчалась Огненная Орхидея на своей горной лошади Стрекозе.
Два благородных животных во весь опор неслись навстречу друг другу, не сворачивая в сторону. Казалось, столкновение неминуемо, но в последний момент Стрекоза припала к земле, задев брюхом траву, а Лютик взмыл в воздух и перепрыгнул через нее, не коснувшись.
Песья Свора разразилась одобрительными возгласами. Огненная Орхидея, светясь от напряжения, подъехала рысью к Даргеру.
— Вы уловили сексуальный подтекст? В следующий раз я хочу быть сверху. Да не краснейте! Что тут такого, мы ведь женаты.
— Нет, не женаты, — возразил Довесок, остановив Лютика рядом.
Пылкий Лотос хлопнула в ладоши, привлекая внимание.
— Эй, все! Сегодня вы научились основным приемам. Завтра мы начнем их комбинировать. После завтрака я перво-наперво размечу круг, и мы все забьем по колышку, чтобы получилась изгородь для выездки. Двое поскачут по внешнему радиусу, двое — по внутреннему, перескакивая или подныривая под барьер и чередуясь каждый круг. Когда вы поймете что к чему, я раздам мечи. И тогда отрабатывать будем вот что: внешний наездник перескакивает через барьер, ударяет мечом наездника из второй пары, тот уворачивается, подныривает под барьер, ударяет мечом оставшегося снаружи наездника из первой пары, тот уворачивается, и так далее.
— Зрелище получится незабываемое, но без серьезной подготовки не обойтись.
— Все это, конечно, прекрасно, — критически заметил Довесок. — Но если меч покидает ножны, он должен поучаствовать в битве. Давайте сделаем так: внешний наездник замахивается мечом, потом внутренний, а на третий раз мечи сталкиваются. Хорошо, если посыплются искры. — И запоздало добавил. — Кстати, лучше взять дешевые мечи — на таких скоростях никто не заметит разницы.
— Твой первый совет хорош, — отозвалась Пылкий Лотос. — Второй — оскорбителен. Может, теперь начнешь учить меня, как обсчитывать лавочников?
Несколько членов Песьей Своры прыснули со смеху, но Огненная Орхидея взглядом заставила их успокоиться.
— Семейная жизнь как раз для тебя, — улыбнулся Даргер, когда они с Довеском отошли в сторонку, чтобы поговорить с глазу на глаз.
— Я и Огненная Орхидея не...
— Я этого и не говорил. С какой стати ты вот вообще решил заняться конными трюками?
— Хотел уберечь семью от неприятностей и не придумал ничего лучше, — ответил Довесок. — Если они ничем не заняты, то так и норовят... заняться чем-нибудь не тем. Кроме того, это отличный способ собрать большую толпу. Можно дать волю нашим карманникам и сорвать куш. Но, разумеется, это никогда не произойдет, пока мы под надзором Хитрой Лисы.