Дарители
Шрифт:
— Пошли. Держись за мной и постарайся не отставать. Если скажу — падай!
Слава послушно последовал за ним, шлепая босыми ногами и по пути брезгливо вытерев окровавленную руку о стену.
— Ты их уб-бил?
— Нет, — коротко ответил Схимник и спрятал руку с пистолетом под полой пиджака. Больше Слава ни о чем не спрашивал. Он изо всех сил старался двигаться как можно быстрее, прихрамывая вслед за Схимником по коридору и слыша, как открываются двери палат за его спиной. Голова у него раскалывалась от очередного приступа боли, перед глазами все плыло, и уже возле лестницы он начал отставать, и тогда Схимник, чертыхнувшись, обхватил
— Машина, — просипел Новиков, невольно подпрыгивая на холодном асфальте, — у тебя есть м-машина?
— Сейчас будет, — отозвался Схимник и тут же резко повернулся, придерживая его, отчего Слава, оторвавшись ногами от асфальта, описал в воздухе полукруг, и выстрелил в бегущего им наперерез человека. Тот с разбегу сунулся лицом в асфальт и остался лежать, воя от боли. Они забежали за угол, и в этот момент от центрального входа долетел визг тормозов. Схимник понял, что добежать до конца парка, где остался «москвич», они уже не успеют, и на бегу огляделся в поисках подходящей машины, но в этот момент из-за противоположного угла здания клиники вылетела новенькая белая «Астра» и с визгом остановилась возле них. Схимник вскинул было руку с оружием, но тут же снова спрятал ее под полу пиджака.
— Скорее! — крикнул им маленький врач из окошка машины. — Ну скорее же!
Схимник чертыхнулся, огляделся, потом открыл заднюю пассажирскую дверцу и почти вбросил туда Славу, а сам прыгнул на сидение рядом со Свиридовым, и машина, взвыв, метнулась за поворот, презрев красный свет светофора и вызвав взрыв возмущенных гудков.
— Через улицу нас выбросьте, где машин будет побольше стоять, — глухо сказал Схимник, чуть прикрыл веки и откинулся на спинку сидения, тяжело дыша и прижав к правому боку ладонь.
— Нет, — отозвался врач, машинально поправляя сползающий с белого халата легкий плащ, надетый внакидку, — я… Молодой человек, вам плохо?
— Нормально. Зря вы ввязались, Петр Михайлович, зря… спасибо вам, но зря.
— Уж предоставьте мне это решать — я человек взрослый и вполне отвечаю… Вячеслав, как вы себя чувствуете?
— Н-ничего, — ответил Слава, пытаясь застегнуть пуговицы распахнувшейся больничной пижамы непослушными пальцами.
— А ведь обманываете, — отметил Свиридов почти с детской обидой. — Вы приглядывайте за ним, молодой человек, хоть в больнице держать его уже и нет смысла, но последствия… — он неопределенно покрутил в воздухе короткими пальцами. — Ему нужны лекарства… еще долго будут нужны — он знает, какие — вы ведь помните, Вячеслав, да?
— Аки «Отче н-наш»! — сказал Слава, осторожно растирая пальцами ноющий затылок. — Н-не беспокойтесь, Петр М-михайлович, я еще н-не развалина.
«Астра» свернула с трассы на какую-то въездную дворовую дорогу, почти сразу же запрыгав по выбоинам, и Схимник, открыв глаза, резко повернулся.
— Что вы делаете?! Я же сказал…
— Тихо, тихо, — пробормотал Свиридов, поправляя очки. — Не повышайте на меня голос, молодой человек — я все-таки вдвое старше вас. Если вы сейчас вздумаете угонять машину,
— Вы с ума сошли?! Не валяйте дурака! — глухо и зло сказал Схимник. — Вы что — не понимаете, что это за люди?! Тогда посмотрите на меня! Если они дознаются, то убьют вас!
— Знаю, — просто ответил Петр Михайлович и нажал на клаксон, пугнув развалившуюся на дороге дворняжку. — И боюсь. Благодетеля нашего боюсь. И вас тоже. Конечно, я догадываюсь, кто он и кто вы… я слышал выстрелы и, думаю, на третьем этаже теперь… м-м…очень грязно… и, ей богу, в вас никак не заподозришь правую сторону, и я не знаю, чем вы руководствовались, но… отчего-то я чувствую, что сейчас нахожусь там, где надо. И когда его привезли… а особенно после той вашей странной просьбы, я понял, что мальчику не жить. Конечно, мне следовало бы… но вы поймите… у меня двое внуков, я старый человек, у меня сердце больное, я…
— П-петр Михайлович, прекратите, чего т-тут понимать, — сказал Слава, напряженно глядя в окно. — Вы и т-так рисковали. Но м-мы не можем взять вашу машину.
— Еще как можете! — Свиридов начал сердиться, и его круглое лицо пошло пятнами. — Если угоните — вас тут же изловят, а так… с чего им взять, что вы поехали на моей? А я сейчас пойду домой тихонько, позвоню в больницу, скажу, что мне стало плохо, потому что вы, молодой человек, меня перепугали до смерти, угрожали мне… ну, а машина моя, соответственно, в гараже. Не возражайте мне — это все, что я могу для вас сделать. И хочу. Я и так чувствую себя… мерзко, понимаете?
Он остановил «Астру» в каком-то дворике, снял очки, тут же снова их надел и начал выбираться из машины, путаясь в полах халата и плаща. Схимник проворно перебрался на его место и, слегка улыбнувшись, приподнял зацепившийся за сидение плащ. Свиридов с облегченным вздохом вылез наконец из машины и, повернувшись, благодарно кивнул куда-то в пространство, потом снял плащ и протянул его Славе.
— Возьмите, вы простудитесь. Потом оставите в машине. Не забудьте позвонить, — добавил он как-то по детски жалобно, — другой-то у меня уже не будет. Не забывайте про упражнения, Вячеслав, делайте все, что я вам говорил…
— Халат, Петр Михайлович, — сказал Схимник, и маленький врач всплеснул руками и начал снимать халат, надетый поверх серого костюма.
— Господи, конечно, как же я по улице-то…
— Если будут интересоваться, почему у вас коматозники носятся по больнице со спринтерской резвостью, говорите все, как было — мол, запугивал, семье угрожал — ну, придумайте что угодно. И побольше терминов, — Схимник усмехнулся, и Свиридов укоризненно покачал головой.
— Спасибо в-вам, — Слава перегнулся через переднее сидение, опершись на него ладонями. — Спасибо.
— Прощайте, молодые люди, — отозвался Свиридов, скомкал халат и торопливо зашагал куда-то в глубь дворов. «Астра» развернулась и скользнула в противоположную сторону, к выезду, еще немного попетляла по дворовым дорогам, а потом свернула к трассе и ловко влилась в поток машин. Схимник, не оборачиваясь, бросил на заднее сиденье два бумажника.
— Погляди, что там есть?
— Почему ты взял у него м-машину? — Слава вывалил содержимое бумажников на диванчик и начал перебирать купюры дрожащими пальцами.