Даркнесс

Донер Лорен

– Ты должен был попросить ее остаться, если так переживаешь об этой женщине, Даркнесс.

– Я не думал, что она выгонит нашу команду.

Фьюри фыркнул.

– Ты хотел, чтобы она ушла из твоей жизни. Отпусти ее.

– Она в опасности, – продолжал спорить Даркнесс.

Фьюри сел и покачал головой.

– Ты не можешь иметь и то и другое, брат. Она не какой-нибудь беззащитный человек. Тебя тянуло к ней, потому что она стойкая. Мэйсон не сделал никаких действий, указывающих на то, что он опасен для нее. ФБР также его тщательно контролирует. До сих пор они делились своими результатами.

Его родственная связь с Джерри Борисом может быть единственной причиной, почему он искал его. На данный момент они ничего не нашли, что бы указывало, что он знал о том или был частью того, что Борис сделал с ОНВ. Люди могут быть яростно преданы семье. Знаешь, что я думаю?

– Я не хочу знать, – Даркнесс послал ему злой взгляд. – Я ухожу, – он развернулся и двинулся к двери.

Для него стало сюрпризом, когда он увидел, что Сноу ждал снаружи здания. Мужчина подошел с мрачным выражением на лице.

– Ты заботишься об этой женщине.

– Я не хочу, чтобы ей навредили, – он отказывался признать больше этого.

Сноу облизнул губы и огляделся, прежде чем засунуть руку внутрь своего жилета. Он предложил карточку.

– Вот.

Даркнесс посмотрел на цифры, написанные на ней.

– Что это?

– Код доступа к камерам, которые мы установили вокруг дома Катрины Перкинс. Я не удалил их. Камеры внутри дома были отключены, но ты будешь иметь полный обзор на переднюю и заднюю часть дома.

Даркнесс положил карточку в карман.

– Почему ты оставил их?

Сноу заколебался.

– Мне понравилась Мисси. Она была милой, и я хотел присмотреть за ней. Я думаю, что для тебя это значит больше, чем для меня. Я слишком сильно напугал ее, чтобы возбудить ее интерес.

– Спасибо.

– Ты можешь... – Сноу выглядел так, как будто он хотел сказать что-то еще.

– Что?

– У тебя была женщина. Почему ты оставил ее? Это все из-за того, что она могла многое потерять, став частью нашего мира?

– Я не подхожу для пары.

Понимание появилось в лице мужчины.

– Это трудно – справиться со своим прошлым. Нет смысла в будущем, если ты не можешь отпустить это.

– Это не так просто.

– Мы приспосабливаемся, – напомнил ему Сноу. – Мы стремимся к тому, чтобы всегда стать чем-то большим, чем должны были быть. Не это ли цель?

– Я слишком поврежден.

Сноу кивнул.

– Все мы в определенной степени повреждены. Некоторые повреждения видны, а некоторые шрамы глубоко в наших душах. Это значит быть Видом. Был кое-кто, кто, как я считал, может взять пару в последнюю очередь. У Валианта теперь есть Тамми.

– Он хотя бы хотел иметь пару.

– Желание и возможность добиться успеха – это две разные вещи. Они сделали это реальностью. С этим мужчиной я бы точно не смог жить, – Сноу улыбнулся. – Как думаешь, она оглохла, услышав его рев? Он не самый терпеливый и спокойный мужчина.

– Он не сможет напугать ее.

– Он меня пугает, как и всех жителей Дикой Зоны, и они не совсем те, кого я бы назвал вменяемыми. Это говорит о многом, не так ли?

Даркнессу вспомнился момент с Кэт. Он почти мог услышать ее голос. “У нас есть только два тона – крик или молчание”.

–

Я – не он.

– Ты более рационален. Он позволяет проявляться своим чувствам очень сильно. Слишком сильно. Он не знает баланса.

– Я тоже.

– А пробовал?

– Я не собираюсь это обсуждать.

– Ты заботишься о ней. Это факт. Ты не думал, что она встретит какого-нибудь человека? Что, если он навредит ей? Люди могут обманывать женщин. Они также переносят венерические болезни. Я пошел на одно из ее занятий. В их мире есть проблема бытового насилия. Я думаю, она не будет искать слабого самца для размножения. Он может ей серьезно навредить или убить ее.

– Достаточно, – то, что говорил Сноу, пробуждало в нем ярость.

– Ты смотрел их новости? Они показывают про вторжения грабителей в дома, изнасилования, убийства и беспричинные акты жестокости. У нас нет таких проблем внутри наших границ. Стены вокруг нас защитят наших женщин от насилия внешнего мира. Это наш долг, как мужчин, обеспечивать их безопасность. Твоей самки нет здесь.

– Она не моя самка, – прорычал он.

Сноу улыбнулся.

– Ты бы не потерял самообладания до встречи с ней. Ты бы спокойно поправил меня. Она уже изменила тебя.

– Я все тот же мужчина.

Сноу покачал головой.

– Возможно, тебе стоит пойти домой и хорошенько посмотреть на себя в зеркало. Ты отрицаешь очевидное. Лги другим, но не себе.

Даркнесс смотрел, как офицер уходит. Он сжал кулаки, злясь. Все продолжали давать ему советы, и уже не в первый раз он был обвинен в том, что он не честен. Он пошел домой и хлопнул дверью. Слабый аромат Кэт висел в спальне. Он задышал через рот и зашел в ванную, включив свет. Он вцепился в раковину, наклонился, чтобы последовать совету Сноу.

Тот же мужчина уставился на него из зеркала. Он не заметил никаких физических изменений. Он забыл подстричься, пряди были достаточно длинными, чтобы лежать на его плечах. Последнее, что он хотел, так это походить на Фьюри или братьев, которых он когда-то потерял. Он сделал мысленную заметку сделать это в ближайшее время, и направился в свою спальню. Он изучал кровать, воспоминания о Кэт были неизбежны.

Он скучал по ней. Все исчезнет с течением времени, и он вернется к своему нормальному образу жизни. Пойти на работу, прийти домой и сидеть в одиночестве. Он будет глядеть в потолок, пока не заснет. Кошмары разбудят его в какой-то момент. Он примет душ и начнет этот список снова. Это бесконечный цикл, который больше его не привлекал.

– Мудак, – захрипел он.

Он открыл шкаф и вынул запертый ящик . Кэт не пыталась открыть его. Он проверил. Он набрал правильную комбинацию и достал ноутбук. В течение нескольких минут включил его и вывел информацию с камер наблюдения — вид дома Кэт спереди и сзади на разделенном экране. Он снял ботинки, устроился поудобнее и сел на кровать, расположив устройство на коленях.

Там не было никаких признаков жизни, пока не зашло солнце. В доме зажигался и гас свет, позволяя ему отслеживать движение. Блондинка остановилась напротив освещенного переднего окна на втором этаже. Это, видимо, Мисси. Она выглянула и повернулась, ее губы зашевелились.