Даром
Шрифт:
— Может, и так… Или они вроде буддийских монахов. Есть гипотеза, что если кто и способен каким-то образом изменить или отменить чужой Дар, то это такие люди. Если захотят. Вот только они ничего не хотят…
Стоп, я применил на нем Дар, вдруг и он сейчас использует свой? Говорит мне то, что я хочу — черт возьми, как же хочу! — услышать. Похоже, зря я уже задал ему особенный вопрос… второй раз не прокатит.
— Где ты узнал об этих… свободных от Дара?
— В одном чате психологов. Его больше нет, и я не сохранил контакты, — дядька нервно вертит в руках телефон. — Простите, больше ничем не могу помочь вам. Давайте договоримся…
Встаю:
— Нет. Из города ты
Глава 4
Сильный жрет слабых
Июль 2029 года
После очередного выезда Виталик заявляется в офис в черных очках на полрожи.
— Зачем ходишь, как дебил? — спрашиваю. — Перед кем выделываешься? Вечер уже, стемнеет скоро.
На прошлой работе мне бы и в голову не пришло разговаривать с сотрудниками в таком тоне, но до Виталика так лучше доходит.
— Да я… эта… да так, — мнется обычно наглый Виталя.
— Ну что ты там от меня скрываешь? Давай снимай свои рэйбены, терминатор недоделанный…
Виталя нехотя стягивает очки. Дело плохо: на левой половине лица играет всеми оттенками фиолетового и красного здоровенный фингал. Да и двигается парень как-то странно… неловко, что ли. Садясь на стул, морщится и подносит руку к животу.
— Клиент тебя так разукрасил? С фига ли? Ты ведь все ему нашел на первом же выезде! У вас чего, конфликт случился на почве острой личной неприязни?
Полгода в полиции дают о себе знать — мыслю уже иногда фразочками из протоколов.
— Да не, наш клиент не при делах… — Виталя отводит глаза. — Это по моим заморочкам, Сашок. Не парься, я разберусь…
Как же, разберется он… Не было печали, так черти накачали. А ведь жизнь только начала налаживаться!
Катюха вписалась в наш скромный офис как родная. Уже через пару дней она стала выполнять обязанности не только секретаря на телефоне, но и диспетчера, то есть, по сути, моего заместителя. Даже обидно немного — я-то думал, у меня ужас до чего сложная и нервная работа. А Катя так спокойно принимает и распределяет заказы, договаривается с сотрудниками, составляет договоры и ведет учет отработанных часов, словно это вообще не работа — так, ерунда. Вечный хаос на моем рабочем столе преобразовался в аккуратный стенд с папочками, размеченными цветными наклейками. Не знал бы, что Катя — нимфа, решил бы, что без организаторского Дара не обошлось.
В офисе Катя выглядит обыкновенно: симпатичная женщина — не меньше, но и не больше. Первое время я невольно опасался, что ее Дар прорвется, мужчины превратятся в похотливых кобелей, женщины обозлятся — и прости-прощай, нормальная рабочая атмосфера… Глупости. Разного рода преступники любят оправдывать себя тем, что якобы Дар сработал сам по себе: «Не уиноват я, начальник, оно прорвалось!» Но уже достаточно четко установлено: Дар подконтролен носителю в той же степени, в какой слова и поступки. Если мы вообще управляем собой, то управляем и Даром.
Освободившееся благодаря Кате время я использовал на расширение бизнеса. Вызвонил и убедил заключить договор двоих людей с Даром к поиску пропавших животных: пенсионера и десятиклассницу. Семнадцатое декабря оба они посвятили поиску своих потерявшихся питомцев: он — кота, она — щеночка, и с тех пор у них появилось на такие вещи чутье. Оба они согласились время от времени выполнять для меня заказы.
Теперь я мог спокойно выезжать на консультации в полицию, не хватаясь поминутно за телефон, чтобы
Наконец, впервые после Одарения вернулся к боксу; со всей этой чехардой не каждый день успевал дома грушу поколотить, какая уж там секция. А ведь у меня уже было выиграно восемь из десяти боев для второго разряда. Теперь результаты устарели, придется начинать с нуля. Хотя кубки и грамоты мне ни к чему, главное — поддерживать форму.
Единственным, но весьма ощутимым минусом стала теснота в офисе. Даже втроем с Катей и Ниной Львовной мы изрядно друг другу мешали, а если одновременно приходил клиент и хотя бы один сотрудник, то и вовсе все сидели друг у друга на головах. Я заметил, что офис по соседству с нашим уже месяц закрыт, и начал с администрацией здания переговоры об аренде. Удачно, если нам даже не придется переезжать — просто расширимся.
И вот теперь, когда дела наконец пошли на лад, Виталя заявляется в офис смурной и избитый. Может, и хрен бы с ним? Ну какое мне дело? Он клиентов своей физиономией распугает? Так они не за лицезрение его светлого лика платят, а за работу, которую он вполне способен выполнять. Виталя мне не сват и не брат, просто сотрудник, причем хамоватый и не особо дисциплинированный. Хотя, надо отдать ему должное, в последнее время он хотя бы старается. Перегаром от него разит иногда, но не свежим, и вместо спортивных штанов он стал носить на работу пусть не особо чистые, но все-таки джинсы. Для дитя подворотни это уже некоторый прогресс.
Какой ни есть, это мой сотрудник. Раз у него проблемы, лучше мне быть в курсе.
— Ладно, колись давай. Чего у тебя стряслось?
Виталя мрачно смотрит в сторону, жует губу, беззвучно матерится и начинает рассказывать:
— Я там, короче, подхалтуривал на одних… Сначала нормально все шло, я им находил что там они искали — они бабло отстегивали. Ну ты же, эта, не против, Сань?
Киваю. Действительно, до сих пор я не договаривался с сотрудниками о работе эксклюзивно на меня. Понимаю, что пока плачу им мало и они все равно будут левачить — по знакомству или через объявления. Правильный руководитель никогда не отдает распоряжения, если нет уверенности, что оно будет выполнено. План состоит в том, чтобы ребята сами поняли: работать через мою фирму им в конечном итоге выгоднее, потому что удобнее, надежнее и безопаснее.
И похоже, Виталя доказал последний тезис — нагляднее некуда.
— И вот на той неделе звонят — приезжай, мол, мы тут скрипку найти не можем. Типа, не обычная из магаза, а древняя какая-то, кучу бабок стоит. И спудняк в доме где-то. Домина огромный там и постройки еще всякие. Полдня их обходил, каждый угол обнюхал — глухо, нету там этого страдивари, или как его… еврей какой-то вроде. Главное дело, скрипка — не иголка же. Обычно мелкое всякое теряют, а тут дура в мою руку размером. Ну все, говорю, пацаны, звиняйте, нету скрипки вашей ни в доме, ни на участке нигде. Чего там, на нет и суда нет. Поехал домой. Так эта… на другой день, ну, наехал на меня хозяин, в общем. Типа я эту фигулину нашел и как-то ноги приделал ей — больше, мол, посторонних в доме не было. Я в отказ — как бы я ее стибрил, при охране же все было, на шаг от меня не отходили. Поссать и то под присмотром ходил. Говорю, это не по понятиям! А им вообще насрать. Измордовали вон и на бабки поставили по беспределу, теперь счетчик тикает. Или хату продавать, или идти к ним закладочником…