Дайна
Шрифт:
– Надо отнести ее в дом.
С моря дул прохладный ветерок. Он шевелил волосы Дайны и подол ее белого платья. Она была как живая. Только глаза Дайны не были больше зелеными. Тайна ее глаз умерла вместе с нею.
– Скажи, Антл, - попросил Орла, вкладывая в эту мольбу все.
– Скажи,
– Нет, - сурово ответил Антл.
– Это правда?
– Да.
– Я никогда не чувствовал ее своей. Но теперь она моя. Я никому ее не отдам!
И, взяв Дайну на руки, Орлэ прижал ее к груди. Только сейчас заметил Антл, что черные волосы Орлэ стали белыми.
Как его, Антла, седины. Как мертвые глаза Дайны.
– Я никому ее не отдам!
– крикнул Орлэ и, крепко держа Дайну, побежал к обрыву.
– Стой! Ты рехнулся! Куда ты!?
– бросился за ним Антл.
Но Орлэ не остановился. Разбежавшись, он оттолкнулся от края утеса и прыгнул в море.
Антлу показалось, они летели очень долго. Они летели как одно существо, и белое платье Дайны трепыхало и развевалось на лету, словно крылья большой белой птицы.
Он закрыл глаза. Он не мог видеть, как они упадут.
Когда он вновь глянул вниз, море было чисто. Потом из волны вынырнула птица, большая белая птица, взмахнула крыльями и поднялась в воздух. Антл вздрогнул. Море оживало. Все новые и новые птицы появлялись из зеленой бездны моря, взлетали вверх и парили над волнами, размахивая белыми крыльями.
Тысячи белых птиц кружились над морем.
Потом птицы исчезли. Антл поднял глаза. На солнце набегало прозрачное круглое облачко. Антл не хотел верить себе. Он решил, что сходит с ума.
Облако приближалось. И Антл
На его глазах кедры становились седыми.
Если бы в эту минуту можно было взглянуть на остров с моря, он был бы похож на голову великана, стоящего по шею в воде. На голову седого великана.
"Вот оно что, - подумал Антл.
– Они разрушают живую клетку. Убивают зеленое. Зеленый цвет - цвет жизни. Белый цвет - цвет смерти... Счастлив Орлэ, - подумал Антл, - что не дожил до этого страшного мгновения. Счастлива Дайна. Счастливы неведающие..." Задыхаясь, Антл встал на ноги. Тень была совсем близко.
– Чудак!
– сказал Антл хрипло, не узнавая своего голоса.
– Чудак Орлэ. Ты думал, она любит Анда. А она любила тебя. Ты мучался всю жизнь, потому что Дайна была для тебя загадкой. Но ведь в этом вся прелесть женщины. И прелесть жизни. А ты не понимал этого, Орлэ. Ты ничего не понимал...
Он помахал рукой в ту сторону, где скрылись в морской пучине Орлэ и Дайна, и крикнул что было мочи:
– Прощай, Дайна!
Тень накатывалась на остров. Тень поглотила солнце. Стало темно, как в сумерки. Антл упал, чтобы собой заслонить планету. Умирая, он еще видел зеленые глаза Дайны, бездонные зеленые глаза, в которых никогда не было никакой загадки, а была беспредельная любовь к жизни, любовь Дайны - женщины с зеленой, синенебой планеты Форуэлла.
Со счастливой планеты Форуэлла...