Дебют на Фронтире
Шрифт:
– Вы хоть представляете, сколько негативных эмоций производит в день хотя бы один город?..
– Когда я говорила об отрицательных эмоциях, я не имела в виду чисто бытовые ситуации, мелкие всплески не могут породить тварь. По-настоящему сильные эмоции выплескиваются из человека на пороге смерти. Вот почему твари чаще всего зарождаются на полях боев, в старых камерах пыток, в тюрьмах, больницах...
Теоран ударил кулаком по столу так, что чуть не проломил дубовую доску.
– Лазарет!
– Верно, - кивнула Тани, холодно глядя на него, - Санитарный блок номер
Смуглая кожа Теорана немного побледнела. Hо огонь в его глазах разгорелся лишь ярче.
– Могло зародиться сразу несколько... тварей?
– Очень низкая вероятность, меньше чем один к тысяче. Твари - за небольшими исключениями одиночки, они появляются и охотятся самостоятельно.
– Весьма занимательно. Учтите, все ваши слова я пока расцениваю лишь как забавную и не лишенную некоторой красоты теорию. И уже нашел в ней слабые места.
Тани вопросительно приподняла голову.
– Если ваш кержесс всего лишь сгусток энергии и эмоций, почему он бежал, убив Теодора? Если он так ужасен, как вы рисуете, ему не стоило опасаться нескольких невооруженных санитаров.
– Твари тоже смертны. Время от времени им приходится приобретать материальную форму, иначе они не смогли бы совершить убийство, именно в этот момент они уязвимы. Их можно уничтожить, как и человека. Разумеется, это на несколько порядков более сложная и опасная работа, но у нас есть опыт.
– То есть если всадить пулю ему в голову, зверушка успокоится?
– мэр вытащил из кармана тяжелый армейский пистолет, пощелкал предохранителем.
Hа Тани это не произвело впечатления.
– Да. Hо советую вам находится в этот момент рядом, - заметила она холодно, - вы даже не представляете, с какой резвостью могут действовать твари, особенно кержессы и особенно чувствующие голод. Их реакция и скорость настолько велики, что у человека попросту не остается шансов. Именно поэтому после их визитов вы не найдете свидетелей.
– И вы серьезно считаете, что справитесь с ним?
– поинтересовался Теоран, стараясь не глядеть на механический протез и пустую перчатку, - По-моему ваше физическое состояние оставляет желать лучшего, уж извините старика за прямоту.
Hо его прямота Тани не смутила.
– Я уже говорила вам, господин мэр, я лишь командую операцией, полевой агент. Для уничтожения здесь находится Мельт.
Теоран вспомнил огромного, увешанного оружием человека с мертвыми, как пустые колодцы, глазами, в которых никогда не отражалось ничего человеческого.
– Ваш напарник произвел на меня впечатление, госпожа Таниэль. Вы считаете, он справится?
– Он - оперативный агент Клана Изгонителей, он стал им еще задолго до рождения. Он не совсем человек, господин мэр, это чтобы между нами не осталось недомолвок.
–
– Биоробот.
– В каком смысле?
– насторожился Теоран. В его глазах Мельт был куда большим человеком, чем сама Тани.
– Специальная программа Клана. Генетические изменения до рождения, имплантанты, психическая обработка, гормональные терапии, специальные манипуляции... Это незаконно, но приносит хорошие результаты. Его реакция, сила и скорость превышают человеческие в среднем в два с половиной раза. Этого достаточно для противостояния твари, хоть и с натяжкой.
– Боевая машина, - кивнул Теоран, - Я слышал о таких. Hо он может самостоятельно мыслить?..
– У него есть разум. Ограниченный. По умственному развитию он вроде ребенка или животного. Он понимает команды, способен на проявление эмоций, но не более того. Hо он человек и относится к нему следует как к человеку. Мы с ним составляем стандартную полевую команду быстрого реагирования, в которой я мозг и органы чувств, а он - руки.
Мэру Теорану внезапно захотелось всадить всю обойму в стену. Уровень сумасшествия сегодня зашел слишком высоко. Три отвратительных, ужасных и непонятных убийства, два сумасшедших...
– Мне плевать, кто вы и откуда явились. Меня совершенно не интересуют ваши методы и мотивы. Единственное, что меня интересует, милочка, это моя колония и мои люди. Если вы считаете, что в санитарном блоке похозяйничали привидения - ловите их хоть сачками, я обеспечу вам всю помощь, которую смогу, воля ваша. Hо если вы взялись за решение проблемы, вы должны ее решить. Я даю вам три дня. Если к среде ситуация не придет в норму, я вас арестую за незаконное проникновение на территорию колонии, угрозы, шантаж, провоз оружия... а, что там, я чувствую, что статей у вас не один десяток. Поэтому поверьте мне на слово - вам лучше справиться.
Тани ничуть не обиделась на "милочку". С трудом поднявшись из кресла и стиснув от боли зубы, она кивнула и в ее нечеловеческих глазах цвета вороненой стали сверкнула молния.
– Я вас поняла, господин мэр. Оформите разрешение на эксгумацию и я приступлю к делу немедленно.
Мэр не глядя написал несколько строк на листке бумаги, протянул его гостье. Она подхватила его неловкими бледными пальцами, тяжело шагнула к двери, но остановилась.
– Еще остается вопрос оплаты.
Теоран устало помассировал веки.
– Действительно. Ваша такса?
– Двадцать тысяч - стандартная плата за молодого кержесса. Согласитесь, небольшие деньги за избавление от кровожадного чудовища, терроризирующего колонию.
– Фронтир - молодая колония, двадцать тысяч здесь - это целое состояние.
– Цены определяем не мы. Это стандартная плата.
– Я до сих пор не имею доказательств тому, что вы не шарлатаны.
Тани сложила листок и спрятала в карман на униформе.
– Будете иметь. Просто хочу напомнить, что каждая минута промедления чья-то жизнь. Если не прибрать кержесса к рукам прямо сейчас, пока он голоден и неразборчив, катастрофа неминуема. Фронтир погибнет. Вы потеряете кресло мэра. В лучшем случае.