Дебют
Шрифт:
По факту это означало, что можно было неделю не работать, а деньги продолжали платить. Хорошо я устроился. Осталось теперь придумать, чем занять внезапно освободившийся день.
Руки сами направили курсор мышки на вкладку с ютубом — всегда прекрасное решение, если вы хотите отложить муки, которые сопровождают принятие реального решения на неопределенное время. Но на этот раз меня подвела излишняя любознательность — ютуб открылся на середине видео про путешествия по Исландии. Не то, чтобы я интересовался темой или был заядлым путешественником — нет, просто мой коллега, Маттиас, еще неделю назад ушел в длительный отпуск — ага, очень ловко подгадал
Сначала просто встал из-за стола и обвел глазами свою съемную квартиру: я въехал сюда всего неделю назад, и выглядела она до сих пор местом не вполне обжитым, несмотря на всю свою лощеность, красивую мебель, и широкие окна с видом в сторону Депо. Надо признать: слишком много времени я проводил дома и вел сидячий образ жизни. Кажется, килограмм пять набрал за последний год, а ведь раньше был вполне в форме. С этими мыслями я начал перебирать идеи, чем можно было заняться за пределами монитора компьютера.
Сходить в кино? Как раз недавно кинотеатр Художественный открыли на Арбатской. Но что сейчас интересного идет? Понятия я не имел. Можно просто пойти наугад, на месте определиться. Может быть, лучше пусть будет что-то более культурное — музей, выставка, галерея? Время от времени я старался жаловать своим присутствием такие места, но сейчас в голову решительно ничего не шло, да и одному идти не хотелось — а все, кого я мог бы позвать, сюрприз, сейчас были на работе. Концерт? Нет, концерты по вечерам.
В конце концов можно просто пойти в кофейню и там посидеть с книжкой, но, хоть это и классифицируется, как выход из дома, все же это нельзя назвать самой здоровой из возможных инициатив.
И тут я вспомнил о карте в фитнес-клуб, которую купил, конечно же, в начале января — главным образом из-за пропуска в бассейн. Плавать я не очень-то и любил, но уж лучше плавать, чем бегать (слишком скучно и слишком легко подвернуть ногу) или, например, заниматься кроссфитом (слишком легко умереть), поэтому по методу исключения пообещал себе регулярно туда наведываться.
Решено.
Накинул толстовку, обулся в кеды, закинул на плечо рюкзак с ноутбуком, и отправился в кинотеатр.
Увы, но больше в тот день ничего интересного не произошло, да и фильм оказался дрянью.
за день до
За день до того момента, когда моя жизнь круто изменилась, произошли два события, которые в тот момент показались мне не связанными друг с другом и совершенно не примечательными.
Во-первых, я проснулся от пришедшей смски. Телефон стоял на вибро, но я пытался наверстать упущенный сон за прошлую неделю, а потому ближе к одиннадцати утра все еще лежал в кровати. И да, я в курсе, что это совершенно бесполезно, да и последние пару часов все равно уже не мог толком заснуть. В итоге, виброзвонок и любопытство заставило меня подняться, подойти к письменному столу, и посмотреть на экран своего айфона.
Оказалось, что это сообщение от Севы.
<Привет! Слушай, мне бы не помешала пара твоих советов, если тебе не сложно. Может, пересечемся сегодня? Есть отличное место на Таганской,
Таганская, кстати, была бы удобным вариантом, если бы я не переехал в съемную квартиру на позапрошлой неделе. Но встреча с Севой, пожалуй, выглядела как работа. А я решил на этой неделе отдыхать и набираться сил.
<Здаров, извини, на этой неделе все забито. Давай на следующей, в чт или пт?>
Незамедлительного ответа не последовало, и я пошел умываться, оставив телефон на столе.
После вчерашнего похода в кино и в целом не очень ответственно проведенного времени я ощущал чувство вины, а потому решил, как советуется в самых популярных западных книгах по продуктивности, первым делом “съесть свою лягушку”, а именно — сделать самое важное и сложное дело дня, чтобы потом “завладеть инициативой” и “диктовать свои условия”, и вообще почувствовать себя молодцом.
Самым сложным делом являлось вернуться на свою старую квартиру и сделать там уборку, чтобы было не стыдно показывать ее потенциальным квартиросъёмщикам. До недавнего времени я жил в квартире своих родителей, которые, увы, больше никогда в ней не будут нуждаться. Квартира, конечно, для меня особенная: там я вырос, там же, недалеко, ходил в школу, а во дворе — вот прямо за окном — нашел первых друзей на детской площадке. Родителям там нравилось, и отец недалёко оттуда работал (где-то на Хорошевское шоссе — о работе он рассказывал мало, судя по всему, просто перекладывал бумажки в каком-то госучреждении).
Квартирка, однако, была небольшой и не очень модной по нынешним временам, а потом, когда родителей не стало, по вечерам в ней становилось совсем грустно. Так что я решил, что, раз уж я теперь состоятельный молодой человек, квартиру можно сдавать, а самому снимать что-то более приличное поближе к центру.
После завтрака я вызвал такси и отправился поедать лягушку.
Задача не столь уж и непосильная — просто нормально прибраться, выбросить совсем ненужные вещи, и прикинуть, нужно ли мне еще что-то из мебели. Часа через полтора трудов считаю задачу сделанной, и именно в этот момент раздается звонок в дверь.
Вообще я не люблю открывать дверь, если никого не жду. Да и в принципе подходить к ней — а смысл? Если я никого не жду, то в том, чтобы тратить время на общение с кем-то, кто решил позвонить в дверь, моего интереса нет. Это нужно только человеку по ту сторону. То есть я, подходя к двери, как бы делаю ему одолжение. Хочется ли мне делать такие одолжения? Угадайте с трех раз. Та же история с звонками с неизвестных номеров — какой смысл на них отвечать, если почти всегда это просто ненужный спам?
В этот раз, однако, я чувствовал, что у меня был долг перед моими будущими квартирантами быть более сознательным, и подошел к двери. Посмотрел в глазок.
По ту сторону — человек в форме. На секунду задумался — штрафов вроде не было, окна не бил, спиртные напитки на улице не распивал, — пожал плечами и открыл дверь.
Напротив меня стоял рослый мужчина лет тридцати, из-под полицейской куртки выглядывал воротник голубой рубашки и темный галстук.
– Здравствуйте, Антон?
– Здравствуйте, — я улыбнулся (вряд ли это выглядело натурально), пытаясь прогнать ощущение, что я в чем-то был виноват. Не ругал ли я президента, когда в последний раз сидел с коллегами в баре? Не позволял ли себе каких-то неодобрительных мыслей в сторону президента?