Дебют

Невский Артур

В общем, мне бы пройтись по магазинам и закупиться нормальной человеческой одеждой, раз уж я добрался, наконец, до цивилизации, но сейчас было не до этого.

Поехал по старой памяти в район Ковен Гарден — туда со всего Лондона съезжаются и местные, и туристы, чтобы побродить по уютным улочкам, отовариться в стильных французских и японских бутиках, поглазеть на Ролексы и Тюдоры на витрине магазина “Часы Швейцарии” и зайти на завтрак в одну из спешиалти-кофеен.

Даже в будний день тут все равно было полно народу. Чувствовал себя немного неуютно, да и внешним видом выделялся — тут все были красивые, наряженные,

и только я один выглядел, будто сбежал с какой-нибудь “гонки героев”. От косых взглядов спасала привитая местным толпами иммигрантов терпимость к ярким индивидуальностям всех цветов и оттенков, а также врожденная нелюбознательность, которой отличались англичане.

Прогулявшись, зашел в кофейню в здании из красного кирпича, вежливо поздоровался с баристами и спустился на нижний этаж. Пока дожидался своего флэт-уайта — московские привычки глубоко укореняются, да, — написал Виктору.

Через пару минут сделал первый глоток отменного кофе, одновременно с этим услышав в трубке голос Виктора.

— Антоша, дорогой, ну как ты там? Я один тут, если не считать Спайка, — подтверждением тому был легкий приветственный лай от его спаниеля, который услышал свою кличку.

Я невольно заулыбался.

— Виктор, так рад тебя слышать, — сказал я. — Не знаю, с чего начать, очень много всего.

— Давай сначала и по порядку, не промахнешься. Я думаю, говорить безопасно, но адреса все же лучше не диктуй.

— Ой, да тут… не поймешь, в общем, но да, не буду. Я в Лондоне, вчера прилетел, жив.

Виктор слушал, не перебивая. Попросил подробнее рассказать о том, как я переходил лес — приключение то еще, даже, кажется, по его меркам.

— Повезло, Антош, — заключил он, и больше не комментировал мое прибытие в Финляндию. Кажется, мы оба поняли, что еще раз такой трюк проделывать не стоило. На кубике с двадцатью гранями двадцатка выпадает далеко не всегда.

Затем описал свою встречу с Соломоном в Стамбуле — на фоне следующей встречи с Сергеем она как будто бы уже не выглядела такой загадочной, как показалась мне в начале, но Виктор заинтересовался. Я прямо видел (хотя бы говорили по аудиосвязи), как он качает головой.

— Все неспроста. Похоже, тут уже не две, а целых три заинтересованы стороны — значит, ставки очень высоки. Будь предельно внимателен.

— А кто это может быть, у тебя есть идеи?

Пауза. Виктор вздохнул. Вот уж редко у меня получалось задавать вопросы, на которые ему не сразу есть, что ответить.

— Нет, Антош, наверное, нет смысла спекулировать. Любопытное имя он себе выбрал, конечно — ну, как-будто намек, да?

Я тоже об этом подумал.

— Но я бы не стал гадать, — заключил он. — Сейчас это не важно. Стоит ли с ним пытаться связаться, вот в чем вопрос? А есть ли у тебя выбор? Кажется, при желании они тебя найдут, уж тем более в Лондоне. Единственные выводы, которые ты можешь сейчас о нем — или тех, кто за ним стоит — делать, должны быть основаны на том, как он себя вел. Остальное — пустые домыслы. Как по-твоему, пытался он тебя запугать? Угрожал? Не обязательно словами, внешний вид, жесты, мимика — тут все имеет значение.

— Нет, тут я уверен, что у него такой задачи не было, — ответил я. — Наоборот, он был вежливым, общался уважительно, даже аккуратно. Может быть, он меня и обманывал, но пытался сгладить дискомфорт.

— А

почему ты думаешь, что он обманывал? Ты из Стамбула выехал в итоге? На рейс пропустили? Из Турции улетел?

— Да, но…

— Так ты по делам смотри. Он тебя безопасно вывез из страны, по сути.

— Ох, да тут еще вот какое дело…

Следом я рассказал Виктору о двух незнакомцах в моем номере отеля.

— Вот тебе на, — он, кажется, даже повеселел. — Я как-то упустил из виду, сколько всего с тобой случается по нынешним временам. Ну-ка, давай поподробнее — все интересно.

Пришлось вспоминать детали — Виктору действительно было интересно все, даже вещи, о которых я и не подумал вначале: во что были одеты, было ли в руках какое-то оружие, как выглядели лица…

— Погоди, но ты же говоришь, там темно было, как же ты разглядел того, второго?

— Тут такое дело… я с ним в самолете потом летел.

Молчание.

— Ну или это он со мной в самолете летел, — уточнил я. — Тут не поймешь.

Я прямо чувствовал, как Виктор не может решить — удивляться, или просто расхохотаться.

Пришлось подробно рассказывать про Сергея и про наш разговор, а также про то, что мне сегодня нужно было с ним встретиться в выбранном им месте.

— Ох, Антон, был бы помоложе, завидовал бы твоим приключениям, — сказал Виктор. — Сейчас не завидую, потому что бегать не люблю. А тебе придется побегать, конечно…

Меня волновало, смогу ли я правильно вести разговор, когда ставки так велики. Что говорить, что упоминать, а что нет? Как понять, чего ему на самом деле от меня надо? Как грамотно выстроить коммуникацию так, чтобы не усложнить отношения с другими заинтересованными сторонами?

— Тут у меня есть несколько соображений, которыми могу поделиться, — тон Виктора стал более деловым, — но алгоритма действий тебе ни я, ни кто-то другой предоставить не сможет, увы. Придется тебе самому, исходя из ситуации, просчитывать каждый следующий шаг. Во-первых, пусть тебя недооценивают, но не настолько, чтобы тебе не доверять. Задавай вопросы, пусть даже глупые, уточняй, говори, что ты на это не подписывался, и не хочешь никому навредить. Но дурачком прикидываться не надо — с дурачками не считаются. Во-вторых, будь максимально наблюдательным. Не торопись с выводами, фиксируй всю информацию, которая тебе доступна. Поначалу будет невозможно понять, что важно, а что нет, но многое из того, что сейчас кажется незначительным, тебе еще пригодится. В-третьих, и это, пожалуй, самое важное — ты должен быть на максимуме своих ментальных, эмоциональных, и физических возможностей. Тебе нужно много сил, много энергии, много мотивации. Вставай рано утром, занимайся спортом, придерживайся режима, не трать время попусту. Учись.

Я вздохнул.

— Спасибо, — сказал я, наконец.

Легче сказать, чем сделать, конечно, но Виктор был прав. Я сам по опыту прекрасно знал, что стоит только допустить слабину, проспать будильник, отменить или перенести первое дело, назначенное на день, или просто не позавтракать вовремя — и все, весь остальной день будет ощущаться, как попытка догнать убежавшее вперед время, сил ни на что не будет, а мотивации работать над чем-то сложнее обыденной рутины уже не сыскать.

Когда ставка повышается, и на кону моя жизнь, то быстро понимаешь, как опасно оказываться в таком состоянии.