Дебютантки

Зингер Джун

— Мне кажется, что мама захочет присоединиться к нам. Папа, мне бы хотелось, чтобы ты лично занялся музеем. Может, ты понаблюдаешь, как продвигаются дела по его организации, как проходит реконструкция здания? Расширение фондов музея, новые приобретения… Кто может быть лучшим распорядителем, чем мой отец? — Она поцеловала Мориса. — Тот, кто смог заработать много денег, как сделал это ты, начав с нуля, сможет прекрасно управлять таким музеем.

Сара хотела, чтобы у него было занятие, чтобы его что-то

по-настоящему заинтересовало. Что касается Беттины, то как только Сара обоснуется в Калифорнии, она сразу же заберет к себе мать. Она дала это обещание много лет назад и должна сдержать свое слово.

* * *

— Я пока поживу с тобой, — сказала Сара Мейв. — Мне нужно найти дом, который бы мне по-настоящему нравился.

Мейв согласилась. Она знала, что Сара не переносит жить в одиночестве.

— Чем ты будешь заниматься? — спросила Мейв.

— Что ты имеешь в виду? Я буду просто жить! Как все остальные люди.

— Я думаю, может, тебе стоит заняться актерским искусством? У Гарри остались друзья, и он сохранил всякие связи. Я уверена, что он мог бы свести тебя с нужными людьми. Ты знаешь, Сара, из тебя вышел бы хороший продюсер. У тебя для этого все данные.

— Дорогая Мейв, я знаю, что ты желаешь мне счастья. Но все всегда настаивают, что мне нужно что-то делать, а мне ничего не хочется. Я просто хочу некоторое время полежать на солнышке, выйти в свет, с кем-нибудь разделить ленч, сделать покупки, посетить какие-нибудь вечеринки. Ты же понимаешь, что я здесь кое-кого знаю, кроме тебя и Крисси. Здесь полно народу из Нью-Йорка. Тина Родман, Вилли Росс, Грейс Келли, Лейн Херрис, Пегги Астор, мы вместе посещали школу танца. О, я забыла тебе рассказать. Угадай, кто здесь замужем за большой шишкой из крупной студии?

— Расскажи мне.

— Угадай.

— Она училась в Чэлмер?

— Да.

— Она замужем за Бредом Кренфордом?

— О, как ты отстала! Ты думаешь, что это Диди Дайнин? Она развелась с Бредом и вышла замуж за графа. Деньги от автомобильной промышленности. Она живет в Милане.

— Твоя загадочная женщина красива?

— Нет.

— Она худая?

— Нет.

Мейв засмеялась:

— Она всегда выдавала идиотские шуточки.

— Ну, так нечестно! — Сара толкнула Мейв в бок. — Как ты угадала? Ты знала, что Джинни Фербуш живет здесь, в Голливуде?

— Нет, я этого не знала. Джинни пришла мне в голову, когда ты сказала, что она плотная и некрасивая.

— Угадай фамилию ее мужа?

— Ну, этого я никак не смогу угадать. Скажи.

— Держись, а то лопнешь от смеха! Финкельштейн!

— Да? Джинни Фербуш!..

6

Мейв сидела в кухне Крисси и жевала печенье, а Крисси готовила цыпленка с паприкой. Макс обожал это блюдо. Вошла горничная и объявила,

что приехала Сара, которая вошла следом за ней.

— В первый раз я столкнулась с тем, что горничная идет в кухню, чтобы сказать хозяйке дома, что к ней прибыли гости.

— Какую скучную жизнь ты ведешь! — весело ответила ей Крисси.

— О, моя миленькая, миленькая домашняя хозяюшка, — Сара сбросила жакет и села к столу.

— Возьми конфетку и отцепись от Крисси, — сказала Мейв.

— Сначала угадайте, с кем у меня сегодня был ленч, а потом кого я встретила?

— Первое — Элизабет Тейлор! — высказалась Мейв.

— Нет, но выглядит почти как она.

— Мы сдаемся, рассказывай!

— Джинни Фербуш Финкельштейн!

— Ты говоришь, она выглядит, как Элизабет Тейлор?

— Да, поверьте мне. Она сбросила почти пятьдесят фунтов, такая тонкая, как — ну, не как Крисси, вот уж точно! Она изменила свой нос и подбородок. Волосы выкрашены в сине-черный цвет. У нее великолепный загар — она играет в теннис каждый день. Она не похожа на кухарку.

— Мейв, помоги, она опять цепляется ко мне!

— Сара, успокойся! Так нечестно, Крисси беременна, она уже на седьмом месяце. Ты считаешь, что она может выглядеть, как Элизабет Тейлор?

— Нет, но я считаю, что она может выглядеть, как беременная Крисси Марлоу. Ты только посмотри на это скромное платьице! Оно выглядит как платье для великанов, оставшееся от чьей-то бабули. В магазинах продаются такие красивые платья для беременных!

— Отведай сыра и крекеров, — спокойно сказала Крисси, ставя перед Сарой тарелку. — Это венгерский сыр. Я покупаю его в маленькой лавочке в Санта-Монике. Макс обожает его. Может, хочешь отведать лепешки, я приготовила их сегодня утром?

Сара отодвинула тарелку.

— Спасибо, я уже съела свой ленч. Ты понимаешь, что я имею в виду, — обратилась она к Мейв. — Она говорит только о еде. Она только убирает и готовит. Она готовит жирные, острые, тяжелые кушанья и заботится о двух битюгах, а они почти не разговаривают с ней. Ведь она всего лишь маленькая девочка. Такие девчушки-игрушки не должны иметь мозгов в своей хорошенькой головке. Все, что она должна знать, — это кухня, церковь и дети!

Сара изобразила толстого бюргера: раздула щеки и выпятила живот.

Мейв рассмеялась:

— Сара, это немецкие слова, а не венгерские. Их часто произносил Гитлер!

— Разве ты не говорила, Крисси, что Козло долго жил в Германии? — с намеком спросила Сара.

— Да, но он никогда не поддерживал Гитлера, Сара, — серьезно ответила Крисси. — Он — венгр, который жил в Германии, и ему пришлось бежать от нацистов. Я не знаю никого, кто бы лучше относился к своей жене и больше любил ее, чем Макс, — запротестовала Крисси.