Decoctum
Шрифт:
Девушку, так как она была знатной, похоронили в склепе, выгравировав на крышке древнюю молитву. Виализонии хихикали над такими эпитафиями и нисколько их не боялись.
Дарнет, отказавшись взять с собой главу города, ранним вечером пришел на кладбище. Плачущие каменные фигуры с рваными крыльями и острыми капюшонами выглядели как никогда зловеще. Появилось ощущение, что стоит повернуться к ним спиной, как они посмотрят тебе в затылок. Или отнимут ладони от спрятанных лиц, откинут капюшоны и поднимутся с колен. Там, где царствовала смерть, где в заброшенном замке убитого короля обитали муэрты – ни живые,
На полуразрушенный замок «точили мечи» многие Избавители. Да всё напрасно: извести поселившуюся в нем нечисть никому не удалось. Чёрные стены свысока смотрели провалами окон, тянулись узкими башнями в тёмно-бордовое небо, раскрашенное рюшками желтых облаков. Отблеск далеких лучей играл на росписях арок, на массивных столпах, на куполах и золоченых шпилях.
Дарнет дождался темноты и спустился по крутой лестнице в круглую залу склепа. С высокого потолка свисали тонкие цепи, державшие над полом стеклянные гробы. Почивших беспокоить было не принято, поэтому в склеп спускались лишь по необходимости. Узнать гроб с недавно убитой не составило труда. Он висел в самом центре и даже в сумраке блестел в отличие от остальных, подернутых красноватой пылью.
В стенах были проделаны глубокие ниши, предназначенные для верных стражей и слуг семьи знати. Многие низшие всю жизнь верно и преданно служили хозяевам в надежде, что их похоронят в семейном склепе, а не на общем кладбище. На кладбищах гораздо чаще промышляла различная нежить и забавлялась со скелетами. Никому не хотелось мучиться в загробном мире, а именно так и происходило, когда прах покойных тревожили.
Остановившись под гробом девушки, Дарнет вытащил из аска флакончик с магическим огнем и начертил им символ солнца. Внутри из многочисленных, пока невидимых линий образовалась звезда. Каждый уголок её пересекали надписи и древние символы. Избавитель сто раз делал этот солнечный капкан. Сто раз писал одни и те же слова и произносил при этом заклинание, уже вслепую проделывая заученные движения.
Сегодня же руки у него предательски дрожали.
Покончив с созданием ловушки, он закинул аск в одну из ниш. Сам забрался в соседнюю, накрывшись пыльным полотном. Осталось набраться терпения и ждать.
…Он долго лежал неподвижно. Сердце билось редко, дыхание стало незаметным, а глаза привыкли к темноте. Одежда из кожи гигантских ящеров впитала в себя все здешние запахи, самостоятельно подстроившись под обстановку.
Склеп был поглощен тягостной тишиной, но меньше всего хотелось, чтобы ее хоть что-то нарушило. И всё же это произошло. Дарнет открыл глаза, уловив тихий шорох.
Шорох одежды под крышкой гроба.
Смертное ложе покачнулось, длинные цепи заскрипели. Зашипела и медленно сдвинулась стеклянная плита. Покойница села в гробу, осторожно перекинула ноги через край и стянула с лица вуаль. Ещё слабая, но набирающаяся потусторонних сил, она неуклюже ворочалась, пробуждая занемевшее тело.
Наконец, спрыгнула на пол, угодив в начерченный рисунок, тут же вспыхнувший голубыми гребнями. Покойница, окруженная вытянувшимися веерами огня, пронзительно закричала, упала и заметалась в ужасе.
Дарнет, оттолкнувшись от стенки ниши, выскользнул из неё и спрыгнул рядом с жертвой. В этот момент ярый вихрь пронесся по склепу, закачал заскрипевшие
С трудом устояв на ногах, Дарнет потер лицо рукавом. Часто моргая, бегло осмотрелся. На колоннах вспыхнули факелы, осветив стоявших на гробах Виализоний. Шесть длинноволосых красавиц в откровенных нарядах и золотых украшениях. Среди них была и Алеврелийя в струящейся атласом юбке и высоких белых сапогах. Огладив бриллиантовую россыпь пуговиц, она с вызовом посмотрела на Избавителя. На бледном лице, как два бездонных колодца, пылали чернотой глаза. Седая бровь насмешливо изгибалась, а крупные кольца волос с белой прядью подрагивали на ветру.
– Какая неприятная встреча! – визгливо заговорила Вильтавирра. – Не думал, что мы будем ждать тебя? Мы знали, что ты придешь спасти душу несчастной.
Алеврелийя неслышно спрыгнула на пол. Свободно прошла по рисунку, в котором ещё сидела покойница, и ухватила её за волосы.
– Отойди от неё, – хрипло попросил Дарнет, медленно поднимая будто враз отяжелевший меч. – Оставь, Алеврелийя.
Девушка посмотрела на кончик испещренного знаками меча и усмехнулась, уверенная, что Дарнет не осмелится её тронуть.
– Хочешь спасти зараженную смертью душу? – спросила она, заставляя покойницу подняться. – Или просто получить деньги за выполнение своей грязной работы?
– Алеврелийя…
– Исполни свой долг Избавителя. Отработай полученную награду. Ты пришел покончить с нами? Так начни с меня.
Уничтожь, и всё это закончится навсегда. Ты же знаешь, если не сделаешь этого, то вскоре живым в этом городе не останется места.
Нужно было только размахнуться, отстраниться от всех чувств и ударить. Дать волю посеребренному лезвию, напитавшемуся за день солнцем, и все было бы кончено. Избавитель в нем твердил – она Виализония, она – жестокое чудовище. Но Дарнет не мог… не мог… узреть в ней чудовища. Перед ним стояла самая красивая, самая желанная женщина из всех. Даже время, даже смерть, даже потусторонний мир не сделали её чужой его проклятому сердцу. Она всё та же принцесса Алеврелийя…
Наблюдая за Дарнетом, она сжала в пальцах волосы покойницы и, резко склонившись над ней, поцеловала её в висок. Вот так, снова бросив Избавителю вызов, закрепила новую жертву в мире мёртвых! Остальные девушки, захихикав, закружились и превратились в воронки. Забрав с собой покойницу, подхватили и Дарнета, устремившись в свое обиталище.
Небольшая зала, припорошенная пылью, тонула в красноватом свете. Круглые колонны с глубокими канелюрами соединялись мостиками. Где-то хлопали двери, сверху доносился визгливый смех и холодившее душу пение.
Дарнет открыл глаза и смотрел в потолок, пока к онемевшему телу не вернулась чувствительность. Раскрашенный палящими ссадинами, он долго не мог пошевелиться. Меча и медальона, как и следовало ожидать, при нем уже не было. Но в потайном кармане, кажется, остался золотой серп. Правда, чтобы достать его, нужно потрудиться, а похитительницы наверняка следят за своей добычей.
Кое-как поднявшись, он подошел к окну и глянул вниз: торчавшие из могил кресты, кажущийся совсем маленьким склеп. С такой головокружительной высоты весь город был как на подносе.