Decoctum
Шрифт:
Кто-то толкнул Дарнета в спину, отчего он едва не вывалился из окна. Ухватившись за стены, он развернулся и прижался к стене. Над ухом раздался визгливый смех, лицо обдало холодом.
Закружившись, он осматривал залу. Выискивал место, откуда могла напасть Виализония, но та всякий раз оказывалась у него за спиной.
– Хватит, Вильтавирра! – крикнул Дарнет, незаметно вытаскивая из кармана маленький серп. – Покажись! Или ты боишься?
– Хи-хи-хи-хи! – разнеслось по зале эхом, но Вильтавирра так и осталась невидимой. – Мой черед играть в прятки, Дарнет! Помнишь, как
– Поверь, мне это не доставляло удовольствия.
– Лжешь! Тебе нравится причинять нам боль!
Дарнет осторожно обернулся и вздрогнул. Рядом с ним, почти вплотную оказалось яркое лицо с блестящими глазами. Легкий взмах руки, шелест атласного рукава, и Избавитель отлетел к стене. Не успел опомниться, а Вильтавирра уже стояла рядом. Подпрыгнув, она вцепилась пальцами ног в одежду Дарнета и, подлетев, швырнула его на статую. Изваяние покойного короля зашаталось и свалилось с пьедестала, с грохотом разлетелось на осколки, осыпав каменные плиты колючей крошкой.
– Знаешь, Дарнет, – заговорила дева, мягко опустившись на перила мостика, пока Избавитель силился подняться. – Мне приятно тебя убивать.
– Ты ещё можешь чему-то радоваться? – поднявшись с колен, запрокинул голову Дарнет. – Осознавая, кто ты есть на самом деле? Тебя ведь все вокруг ненавидят и боятся. Ничего больше – ненависть и страх. Ты прячешься за своим могуществом, но признайся, что измотана своим бессмертием! Тебе хотелось бы просто заснуть, ведь так, Вильтавирра?
Виализония оскалилась, враз потеряв свою привлекательность. Раскинув руки, нырнула вниз и полетела прямо на обидчика. Растопырив пальцы, намеревалась впиться ему в лицо. Дарнет увернулся и чиркнул её по бедру золотым серпом. Вильтавирра взвизгнула и взметнулась выше. Выскользнув в окно, следом влетела в другое, возвращаясь на перила. Глубокая рана, не потеряв ни капли крови, стремительно затягивалась. Девушка медленно огладила бедро и лукаво глянула исподлобья.
– Ты меня обижаешь! – снова улыбаясь, заговорила Вильтавирра, тряхнув медовыми кудрями. – А я обид не прощаю! Хи-хи-хи!
Она исчезла и тут же появилась рядом с Дарнетом. Резкий удар, и Избавитель отлетел к уже знакомой стене. На этот раз угодил в глухой люнет и вывалился из него вниз головой. Вильтавирра сочла зрелище смешным и долго хохотала, кружась под потолком. Пока Избавитель барахтался на раскатывающихся осколках колонн, она подлетела ближе, встала рядом и наступила ему на живот. Все её пальцы с острыми ногтями обвивали тонкие кольца. На изящной лодыжке позвякивал бубенцами золотой браслет. Посмотрев на него, Дарнет тихо выругался. Как же это он так по-детски оплошал? Только сейчас понял, что все здешние Виализонии умерли днем. Именно поэтому они носили золотые украшения. Золото их не ранило. В отличие от умерших ночью дев, они боялись серебра и платины.
Дарнет поднял глаза выше. На миг почудилось, что перед ним нависло омерзительного вида чудище, скалившее тонкие клыки. Раздвоенный язык прополз по его щеке, а длинные когти снова впились в одежду, подняли и откинули к окнам. Чудом не вылетев из замка, Дарнет
Вильтавирра поволокла обездвиженную добычу наверх. Влетев в некогда богатую залу с осколками толстых колонн, бросила Избавителя в центр. На выбеленном пылью троне сидела Алеврелийя и с наигранным интересом изучала знаки меча.
Одна за другой появились и остальные Виализонии. Седьмая, сменившая белоснежный наряд покойницы на рдяный атлас, подошла к Дарнету и помогла ему перевернуться на спину, толкнув его ногой в плечо. Избавитель глухо застонал, подозревая, что безвольная рука у него сломана. Левая. Хотя, неважно какая, ведь меча ему больше не держать. Уже не выбраться из этого замка. Всё, что он может сделать, это своевременно перегрызть себе вены.
– Сколько голов ты снес этим мечом? – спросила Алеврелийя, наставив на Дарнета острие. – Сколько Виализоний пало от него?
– Не знаю, – выдохнул Избавитель, с трудом оставаясь в сознании.
– Скольких чудовищ ты обрек на муки?
– Не знаю.
– Сколько людей погибло, доверившись Избавителю?
– Не знаю.
– Ты умеешь считать только деньги!
Алеврелийя усмехнулась, нащупала мечом дыру в одежде и добралась до тела, медленно расковыривая кончиком ссадину. Лучшее, на что мог рассчитывать Избавитель, это на быструю смерть. Хорошо было бы умереть от своего меча, а не от пыток Виализоний.
– Сколько времени прошло с тех пор, как ты видел меня ещё… живой?
– Десять лет и восемь месяцев.
Девушка широко раскрыла глаза, удивленная его ответом. Полагала, что и на этот вопрос он ответит: не знаю. Виализонии захихикали и, сообщив, что отправляются на охоту, закружились и исчезли. Кровь врага была для них смертельно опасна, потому они не хотели рисковать и трогать его сейчас.
Алеврелийя поднялась с трона и начала ходить вокруг Дарнета, наступая на его рассыпавшиеся по полу волосы.
– Зачем ты вернулся, Джийллиэн? – резко опустившись на колено, спросила она, ухватив его за лохмотья кожаной одежды.
Дарнета словно пронзило её прикосновение. Холодные пальцы случайно коснулись груди, но в сердце вонзилась огненная игла. Как же долго он не видел её! Но за одиннадцать лет не забыл ни одной черточки. Эти сжатые обидой губы когда-то дарили ему спасительные улыбки, а полные ненависти глаза – ласкали теплыми взглядами. Когда-то…
– Почему ты не уехал? Ведь знал, что если вернешься, то пропадешь. Ты же понимаешь, что будешь умирать в страшных муках, какие я только выдумаю для тебя!
– Я знаю… – тихо отозвался Дарнет, через боль разомкнув разбитые губы и глядя на источающую холод девушку. – Но тебе не удастся сделать мне больнее.
– Обещаю, ты увидишь, как сильно ошибался! – отдернув пальцы от его груди, она поднялась и направилась к двери.
Подтянув к себе безвольную руку, Дарнет перевернулся на бок. Подняться не смог и, уткнувшись в пыльные камни пола, закрыл наболевшие глаза.
Алеврелийя права: она ещё в состоянии сделать ему больно.