Деде Коркут

Рзаев Анар Расул Оглы

Бейрек быстро резнул себя по мизинцу, помазал кровью глаза отца, и глаза Бейбуры открылись. Бейбура сказал:

— Сын, свет моих очей, сила моих рук, опора моего жилища, сын!

Айна Мелек сказала:

— Цветок моей дочери-невесты, сын!

Отец, мать, сестры обнимали Бейрека, плакали и смеялись, смеялись и плакали.

Газан, поглядев на Банучичек, на Бейрека, молвил:

— Ну что ж, достигайте цели своих стремлений!

Бейрек ответил:

— Нет, есть у меня еще одно дело. Пока его не свершу,

не достигну цели. Где Ялынджык?

Бейрек повернул коня обратно. Джигиты поскакали за ним.

Ялынджык тоже вскочил на коня. Он бежал. Он скакал, оглядываясь назад. Бейрек настигал, Ялынджык убегал. Конь Ялынджыка скакал быстрее, и расстояние между ними увеличивалось. Вот уже Бейрек остался позади, исчез из виду. Но как раз в тот момент, когда Ялынджык достиг подножия Высокой горы, Гараджа Чабан стал забрасывать его камнями. Конь Ялынджыка споткнулся, упал. Ялынджык соскочил с коня, побежал, влетел в заросли камыша, укрылся там.

Бейрек доскакал сюда. Не нашел Ялынджыка. Гараджа Чабан сказал:

— Не тревожься. Он в камышах. Сейчас вытащим его оттуда.

Гараджа Чабан ударил по огниву, высек огонь, поджег камыши. Пламя охватило заросли. Оттуда послышались вопли. В обгоревшей, висящей лохмотьями одежде, покрытый хлопьями сажи, Ялынджык, хромая, выбрался из камышей. Подоспевшие джигиты, увидев его такого, расхохотались. Теперь Ялынджык не был страшен, он был жалок. Он упал в ноги Бейреку.

Бейрек обнажил меч. Ялынджык заплетающимся языком прошептал:

— Пощади, не убивай меня!

Бейрек сказал:

— Я не убиваю тебя, глупец, встань! Пройди под моим мечом!

Ялынджык прошел под мечом Бейрека. Бейрек сказал:

— Уходи. Я прощаю тебя.

Деде Коркут говорит:

— Бейрек вернулся из плена, сыграл свадьбу, привел Банучичек в свадебный шатер. Сестру Бейрека Гюнель обручили с сыном Газана Туралом. Гараджа Чабан тоже женился, у него родился сын. Мы отпраздновали это, мы играли и пели. Нам казалось, печальные дни огузского племени позади. Откуда нам было знать, что самая большая беда еще впереди? Откуда нам было знать, что на головы наши свалится еще столько бед, что наша земля увидит еще столько горя…

…В шатре Алп Аруза человек под черным башлыком сообщал ему новые вести, а у того с усов капала кровь. Аруз хлопнул в ладони, позвал слугу:

— Пошлите людей ко всем джигитам, которые в кровном родстве со мной. Пусть приедут. Пусть приедет Аман, Денё Билмез, Дюлек Вуран, Дели Кочар.

Джигиты приехали, вошли в шатер Алп Аруза. Вечно пьяный Дели Кочар, шатаясь, слез с коня, вошел шатаясь.

Алп Аруз приветствовал джигитов и молвил:

— Джигиты, вы знаете ли, для чего я вас созвал?

Отвечали:

— Не знаем.

Алп Аруз молвил:

— Из всех огузов я вызвал только вас, мою кровную родню. В такой час сердце мое доверяет только вам. Вы знаете,

что мой племянник Газан никогда меня не любил, а теперь стал мне открытым врагом. Значит, он и ваш враг. Вот и Бейрек вернулся. Сила Газана возросла вдвое. Бейрек на свадьбу нас не позвал, прямо выказал неприязнь к нам. Что же вы скажете, джигиты? Что собираетесь делать?

Дели Кочар мутным взглядом посмотрел на Аруза, ответил:

— Что мы скажем? Раз ты Газану враг, значит, и мы враги!

Аруз молвил:

— Джигиты, поклянитесь!

Джигиты воздели руки:

— Твоему другу — друзья, врагу — враги! — сказали они.

Дели Кочар заснул.

Взглянув на него, Алп Аруз заметил:

— Бейрек взял у нас девушку, он — зять Дели Кочара. Но он — правая рука Газана. Давайте напишем ему письмо от имени Кочара: мол, приезжай, помири нас с Газаном. Завлечем его сюда. Захочет быть с нами — хорошо. Нет — я схвачу его за бороду, а вы рубите мечами! Так избавимся от Бейрека. А там и с Газаном справимся.

Написали Бейреку письмо. Полусонного, полупьяного Дели Кочара заставили поставить подпись.

Отправили письмо.

В край Баят от Аруза прибыл человек, вошел к Бейреку.

— Джигит, Аруз шлет тебе привет! Сказал: пусть Бейрек сделает милость, приедет, помирит нас с Газаном, — молвил он. — А вот письмо от Дели Кочара.

Бейрек отвечал:

— Ладно!

Сел на коня, приехал к Арузу, вошел в шатер, где сидели джигиты, поздоровался, сел рядом с Арузом. Аруз сказал Бейреку:

— Знаешь ли ты, Бейрек, зачем мы тебя позвали?

— Зачем?

Аруз продолжал:

— Все сидящие здесь джигиты восстали против Газана и поклялись в том. Поклянись и ты!

Бейрек огляделся, увидел настороженные, недобрые взгляды, воздел руки и сказал:

— Клянусь, что никогда не восстану против Газана. Много я питался милостями Газана. Если не признаю этого, пусть они встанут перед оком моим. Много я ездил на коне Газана. Если не признаю этого, пусть седло будет мне гробом. Много я надевал кафтанов Газана. Если не признаю этого, пусть будут мне саваном. Дом Газана я считал своим домом, его очаг — своим очагом. Когда он плакал, плакал и я, когда он смеялся, я смеялся с ним. Не отрекусь от Газана, так и знайте!

Аруз схватил Бейрека за бороду. Бейрек не шелохнулся, не двинулся с места. Аруз посмотрел на джигитов, сделал им знак. Джигиты обнажили мечи, но никто не поднял руки на Бейрека.

Бейрек молвил:

— Аруз, знал бы я, что ты сотворишь со мной такое, надел бы железную броню, препоясался булатным мечом, взял с собой яснооких джигитов. Знал бы я — разве так пришел бы к тебе? Обманом захватить мужа — дело женщины. От своей ли жены научился ты этому?

Аруз отвечал:

— Не мели попусту! Не проливай свою кровь, как воду. Поклянись, как тебе велят.