Дехраит
Шрифт:
В конце нашего небольшого путешествия мы зашли в большую, но довольно простую комнату, где в кресле под окном сидела обычная пожилая леди. Хотя нет, леди была полупрозрачной, и у неё были крылья.
— Заходи, я ждала тебя.
Я прошла молча, села по её приглашению и коротко поприветствовала её.
— А где же целое ведро вопросов, которое ты должна была выплеснуть на меня с порога?
— Я думаю, что все узнается по порядку. Но, вы ведь не оракул?
Она внимательно посмотрела на меня. И её взгляд был одновременно
— Нет, я не оракул. Я всего лишь — верховный правитель эграйолов. Эдени Лакарис.
— И вы живёте здесь одна?
— Нет. С моим слугой. А больше мне никто не нужен, я нелюдима. Это моё личное пространство. Следующий вопрос?
— Почему вы позвали меня сюда перед приемом оракула?
— Я боюсь, что завтра тебе придётся встретиться не только с оракулом. Но и с призраками своего прошлого. Готова ли ты к этому?
— Я каждый день живу со своим призраками.
— О, нет! Завтрашние призраки будут очень даже материальными.
— Что вы имеете ввиду?
— Я всего лишь хочу тебя предупредить, что завтра тебе понадобится такая стойкость, и такая высокая концентрация, что ты должна будешь собрать всю свою волю в кулак. Как в самый разгар самой жестокой битвы. Никакой жалости к себе. Абсолютно никакой. Возьми себя в руки, твёрдо посмотри ей в глаза, и скажи себе, что ты сильнее всего этого. И это будет правдой. Все твои панически атаки — следствие всего лишь жалости к себе. Не смей! Ты — сильнее всех их вместе взятых. Не важно, какие у кого способности, твоя сила духа — это что-то невероятное.
Я никогда не любила лесть или похвалу, даже если она соответствовала действительности. А в последнее время люди вокруг меня что-то зачастили с этим. Неужели у меня был такой жалкий вид, что меня постоянно нужно было подбадривать? Надо будет поработать над своим лицом. В действительности, мне не нужно было чьё-то одобрение.
— И почему вы предупреждаете меня об этом?
Внезапно, она продалась вперёд и дотронулась красивой фарфоровой полупрозрачной рукой до моего колена.
— Я хотела лично тебя благодарить, Дей Хаирра.
— И за что?
— За то, что ты отомстила за всех нас.
— Я ни за кого не мстила. Разве что, за моего отца и саму себя.
— Да, к сожалению ты не знаешь, что произошло после вашего убийства. Началась полномасштабная война, эрнанидриги победили нас. Они забрали все наши кристаллы. Они уничтожили четверть нашей планеты. Но ты возродилась и отомстила за всех нас.
— Нет, нет, я никогда не думала об этом. Это не было моей целью.
— Это и была твоя миссия. И я благодарна тебе за её безупречное исполнение.
— Нельзя быть благодарным за отнятые сотни тысяч жизней. Это неправильно! — Я воспылала праведным гневом и вскочила. — Месть — это вообще неправильно речь. Никогда! Я не планировала это, я всегда считала своей родной цивилизацией — Идрегао-Атреут. Я бы
— Так, так, так, дитя двух миров? Или теперь трёх? Или четырёх? Из какого-то мира, маленький воин?
— Я из всех миров сразу. — Я ответила с лёгким раздражением. — Но это, всего лишь красивые слова. Я просто из космоса. Он — мой дом. Я просто человек, который любит все места, в которых он побывал. Все миры, с которыми свела его судьба.
Правительница удивленно смотрел на меня снизу вверх.
— Сядь. Почти приказала она мне. Я села. — Ты права, в глобальном смысле. Но не только у тебя есть детские травмы. В той войне я потеряла всё.
— Сколько же вам лет? — На самом деле, я знала, что он была безумно стара. Эграйолы в самом расцвете сил не были полупрозрачными. Лишь на закате своей жизни они очень постепенно, тысячелетиями переходили в энергетическое состояние, становясь такими и постепенно растворяясь в тонких мирах.
— Мне около пятидесяти тысяч лет.
Однако тут удивилась даже я. Это была слишком большая цифра. Я знала, что на такое в данный момент способны лишь айгенты. Правительница кивнула.
— Что ж, мне наконец-то удалось тебя удивить, — усмехнулась она. — Значит, завтра ты удивишься ещё больше.
— Да, пожалуй. Но отчего же за такое количество времени, вы не перестали радоваться возмездию? Мне казалось, с возрастом такие вещи переосмысливаются.
— Знаешь, В действительности, я уже успокоилась. Но ещё тогда я дала себе обещание возблагодарить того, кто отомстил за нас, в ту минуту, когда моё сердце действительно пылало этой жаждой. Да и сейчас, посмотри на нас. Разве всё это сравнится с тем величием, которое было у нас раньше?
— Так что же вам мешало за такое бешеное количество времени отстроить свою цивилизацию заново? С вашими технологиями. Под покровительством целой технократии кредессов?
— Страхи, страхи, — она рассеянно уставилась в свое окно. Линия номархов Анархаронов сейчас — единственное, что защищает нас от внешнего мира. Мы всегда были беззащитны. Мы никогда не создавали оружие. Всё, что у нас было — это красота, технологии, наши кристаллы. А теперь на нашей планете не осталось ни одного рудника. Тенемхет уверил, как и его отец, дед и прадед, что именно здесь мы будем в безопасности. Пока так и оставалось.
— Ваши слова о мстительности немного не согласуются с тем, что эграйолы никогда не создавали оружия. Тем более, что кредессам вы передали свои технологии, в том числе и для создания оружия.
Она дёрнулась, внимательно посмотрела на меня.
— Может быть, мы с тобой приблизительно и одного возраста, но не смей меня поучать.
— Конечно, — улыбнулась я. — Мы были знакомы раньше?
— Нет, удивительно, но нет. Я была четырнадцатой в очереди на престол. Но после падения Игдеру стала первой.