Декамерон
Шрифт:
— Так и сделаю.
Вставая, ликвидатор засунул к прочим ценным вещам и карманные часы. Он покинул казарму «Гидры», чтобы больше никогда сюда не вернуться. Его следующей остановкой стала крепостная оружейная — святая святых всех персекуторов.
Служба в этом отделе привлекала каждого по-своему. Карьеристы искали престижа. Беднота — денег. Дураки — приключений. Солдаты — исцеления. А энтузиасты — возможности прикоснуться к последнему слову в искусстве смертоубийства. Кто-то — всё вместе. Но абсолютно каждый платил свою
Оружейная не имела окон. Соответственно, сюда не проникал дневной свет. Ради удобства в случае экстренной ситуации здесь подвесили несколько жаровен с метеоритным углём, создавая в помещении правильную, сакральную атмосферу.
Это сокровищница. Гробница фараона, полная реликвий.
И Флэй питал к ней соответствующий, мальчишеский трепет.
Альдред вдумчиво проходил вдоль стоек с оружием и доспехами, выбирая инвентарь. Он нуждался в таком сочетании, которое бы обеспечило его выживание на улицах Города. При любой погоде. От всякой твари, что покусится на его жизнь.
Марио Валентино рассказал немало полезного перед смертью. Флэй слушал его внимательно — пожалуй, единственный из всей «Гидры». Так что теперь у него имелось чёткое представление о том, с чем столкнётся в Саргузах. Он забывал о том, сколь изменчивой бывает судьба-злодейка. Её шутки, как правило, фатальны.
На тяжёлые доспехи смутьян даже не смотрел. Равно как и на древковое оружие. От упырей далеко не убежать. В узкий проём не влезть. Ещё и дождь усугубит и без того бедственное положение.
— Просто набор смертника, — хмыкнул Альдред, стуча по доспехам костяшками пальцев. — Немудрено, что заражённые разбили миротворцев.
Быть может, стоило бы остаться незамеченным. Так он избежал бы проблем с угрозой в лице местных жителей, беглых магов и Культа Скорпиона.
Если Церковь растеряла былой авторитет в Саргузах, собственная же паства насадит клир на кол. Даже персекуторов не убоятся. Тут юстициарам проще.
Рядовые апельсины видят в ревнителях веры однозначную угрозу. Если им хватит силёнок, нанесут удар с упреждением.
Об отношении Культа к псам ложной Церкви и говорить не стоит. За головами Верховных идёт охота, так с чего апостатам жалеть их подчинённых?
Увы, Инквизиция тысячелетиями всегда оставалась на виду. Это самое могущественное военное формирование, какое видел Равновесный Мир. Излишняя самоуверенность отпечаталась и на обмундировании. Маги уже издалека видели, кто к ним идёт. Порой уже этого было достаточно для обезвреживания и ареста. В противном же случае, играло как фактор устрашения.
— Да, с маскировкой полный провал, — пробормотал Флэй, прицениваясь к облачению. С другой стороны, убойное оружие могло свести на нет его проблемы с мимикрией под случайного прохожего.
Выбор пал на комплект антрацитовой униформы персекуторов для патрулирования и операций в городских условиях.
Костюм, сохраняющий тепло, в качестве
Лакированные высокие ботинки из кожи на шнурках с высокими берцами.
Защитный панцирь типа «лорика мускулата». Латная юбка. Налокотники. Наколенники. Больше металла было и не нужно. Против разбойников и магов сгодится.
Кожаные перчатки из грубой кожи — новенькие, аж скрипят. Кушак с кобурой для огнестрельного оружия, подсумками, а также секциями под снадобья и ножи. Зная себя, выбрать другой Альдред попросту не мог.
Сверху накинул белый атласный халат, раз уж капитан Колонна его негласно возвысил аж до капрала. Они шились под заказ. Для каждого отряда. Ассоциировать себя как-либо с «Гидрой» смутьяну не хотелось. И он, особо не заботясь, просто выбрал самый броский. С кроваво-красным фениксом, восстающим из пламени на взмахе крыльев.
Флэй затянул портупею, подвесил на неё респиратор Адельгейма с цилиндрическим фильтром посередине.
Абсорбенты внутри него оберегали дыхательные пути от ядовитых испарений, в том числе и ртути. Обычно его использовали алхимики, что имеют дело с крайне токсичными веществами. А также персекуторы при борьбе с магами дыма и гексерами. Но кто знает. Быть может, частицы чёрного нектара фильтр тоже не пропустит.
Для маскировки лица смутьян выбрал защитную бандану. Как на зло, остались только красные. Но на безрыбье и рак — щука.
Шлем брать он считал бессмысленным. Разумеется, амортизация при ударе убережет его от черепно-мозговых травм. И даже погасит прямое попадание снопом пламени. Только вот в нём не услышать, если кто-то решит подобраться сзади. Например, упыри. Кроме того, обзор, как ни крути, сильно ограничится.
Во многом, полагал персекутор, его выживание зависит от чуткости. Угадал.
Наконец, настал черёд оружия. С этим оказалось на порядок сложнее.
Он быстро отыскал помещение, отданное под экспериментальное оружие. Дверь оказалась открытой, а инквизитор, ответственный за его выдачу, отсутствовал. Судя по всему, Альдред — не первый, кто решил приобщиться к химериту. Его это насторожило.
По крайней мере, закрывать хранилище не стали.
Как ни странно, опасения смутьяна оправдались. Дискармы нигде не оказалось. Только изолирующий футляр из инквизиторского сплава, где Якорь когда-то покоился. Флэй потупил взор, смотря на него. Миг за мигом кровь закипала в жилах. Его затрясло.
— Дерьмо! — закричал он надрывно. — Проклятье!
Со злости пнул стойку с футляром. Всё обрушилось на пол. Тяжело дыша, Альдред, весь красный, медленно приходил в себя. Он заговорил вслух в попытках себя успокоить, как мог: