Дела сердечные

Макклеллан Тьерни

— Так как зовут владельцев, мэ-эм? — устало справился Рид.

Что ж, дружище, ты не одинок! Лично я не припомню, чтобы когда-либо испытывала такую смертельную усталость. Что, впрочем, не помешало бы мне нахально ловить каждое слово из беседы Солонки и Перечницы с миссис Чайлдерс. Но тут меня, к сожалению, отвлек Натан, который торопливо пересек комнату и остановился рядом.

— Мам? — прошептал он мне в ухо. — Я… это… задержусь здесь немножко.

Хм… Насколько мне помнится, сынуля проживает отдельно. Так с чего же он мне все это говорит? Вряд ли

ему требуется мое разрешение, чтобы остаться.

— Понимаешь, мам, я нужен Энни. — Слово "нужен" он произнес с нажимом. У мальчика был такой гордый вид, будто он долго трудился ради того, чтобы в итоге удостоиться высокого звания Человека-Который-Нужен-Энн.

Что прикажете ответить на такое заявление? Молодец? Браво? Поздравляю? Ничего подходящего на ум не шло. Вы же помните, я очень устала.

— Ага, ага! — закивал Натан. — Энни говорит, что не выдержит все это, если меня не будет рядом.

Он пытался напустить на себя солидный вид, но в глазах бегали веселые искорки. Его определенно развлекала вся эта история.

Глядя на сына, я вдруг поняла, что впервые в своей жизни Натан кому-то нужен. Не считая, разумеется, тех бессчетных случаев, когда он нужен своему братцу, чтобы стрельнуть десятку до получки. Кстати, эти случаи и правда можно не считать, ибо в большинстве из них Натан был не в силах удовлетворить просьбу родственника.

Оставив попытки придумать подходящий ответ, я просто похлопала Натана по плечу:

— Очень хорошо, сынок.

Втянув голову в плечи, Натан заулыбался и закивал. Его движения головой напомнили мне Киану Ривза в роли Теда в "Чудесных приключениях Билла и Теда". Вполне возможно, родная матушка Киану, поглядев на сына в этой роли, подумала о том же, а именно: "Боже, дай мне сил!"

Энни, которая до этого негромко разговаривала с Дереком, очевидно, закончила и подскочила к нам аккурат к тому моменту, когда Натан вышел из образа Киану. Вцепившись в мою руку, она простонала:

— Ох, Скайлер… ох, Скайлер!..

Я уже упоминала, как по-дурацки чувствую себя в подобных ситуациях? Никогда не знаю, что сказать, если человек отходит в мир иной естественным образом, а уж коли ему кто-то посодействовал — тем паче. И мне стало еще неуютнее, когда Энни продолжила:

— Понимаю, что ты сейчас чувствуешь. Ведь у вас с Труди были особые отношения.

Я опешила. Особые?Ну, в общем, да. Именно такими они и были, наши с ней отношения. Возможно, уместнее будет назвать их враждебными,но можно и особыми.

— Да, особые, — несмело повторила я, кивая. Наверное, сейчас я походила на Киану Ривза еще больше, чем Натан. А тот, должно быть неверно истолковав дрожь в моем голосе, внезапно обнял меня за плечи, а точнее — стиснул так, что я отчетливо услышала треск позвонков.

— Все нормально, мам. Мы ведь одна семья.

Я подняла голову и посмотрела на сына. Каждый раз, обзаводясь новой подружкой, Натан считает, что это навсегда, и спешит ввести пассию в лоно семьи. Численность нашего семейства, по моим

оценкам, приблизительно равна населению Род-Айленда.

Натан снова крепко обнял меня, раздавив оставшиеся позвонки.

— Ну же, мам! Все нормально. Не стесняйся, поплачь…

Я едва сдержалась, чтобы не отколошматить родное чадо. Меня просят поплакать! Причем немедленно и перед зрителями!

— Не волнуйся, сынок. Со мной все в порядке.

Натан гордо глянул на Энни:

— Видишь, какая у меня мама! Крепкий орешек.

"Крепкий орешек" тем часом пытался высвободиться из медвежьих объятий сына. Но тут я поймала выжидательный взгляд Энни и сообразила: если уж не собираюсь разрыдаться, то должна хоть что-то сказать. Я прочистила горло и соврала:

— Нам будет очень не хватать твоей сестры.

Кажется, ложь удалась на славу. Энни с новыми силами взвыла. Натан, слава богу, оставил меня в покое и заключил в объятия ее.

Я огляделась. Солонка с Перечницей все еще беседовали с миссис Чайлдерс, Натан утешал Энни, а Дерек… Дерек вновь сосредоточенно сверлил глазами пол.

Тут я решилась. Оставаться здесь мне было совершенно незачем. Я помахала Натану и направила стопы к выходу.

Эх, не повезло!

— Миссис Риджвей? — То был Рид. Кто же еще…

Долю секунды я боролась с искушением дать полный вперед и во всю прыть кинуться к машине. Но, по счастью, сообразила, что убегать от полиции — не самая удачная затея. На миг прикрыла глаза, затем сделала глубокий вдох и обернулась. Рид шагнул ко мне и промолвил:

— Мэ-эм, не забывайте, о чем мы с вами говорили. — Кажется, Солонку заботила моя судьба. — Если заметите что-нибудь странное… ну или звонки странные начнутся — сообщите нам, мэ-эм.

Для пущей убедительности Рид нацелил на меня авторучку:

— Это серьезно, мэ-эм. Немедленно сообщите!

Я молча развернулась и вышла.

Уф! Только добравшись до машины, я ощутила, сколь выбила меня из колеи последняя беседа с Ридом. С трудом вставила ключ в дверцу "терсела", так тряслись руки. Черт, а я и не подозревала, что они трясутся, пока не попыталась открыть дверцу.

Я завела мотор, задним ходом вырулила с аллеи и покатила прочь от дома. Все это я проделала на автопилоте, а мысли в голове тем временем лихорадочно метались. Господи… Кажется, Рид всерьез полагает, что мне грозит опасность. А ведь он вроде бы профессионал и должен разбираться в подобных делах. И если Рид считает, что кто-то за мной охотится, значит — о боже! — кто-то и в самом деле может за мной охотиться.

Затормозив у пересечения Саратоги с бульваром Дугласа, я поймала себя на том, что нервно проверяю, заперты ли дверцы машины. Сидя там и пялясь на эти дурацкие замки, я поняла, что боюсь.По-настоящему. Сердце стучало как отбойный молот, и мне стоило некоторых усилий собрать мозги в кучку и сосредоточиться на дороге. Собственно говоря, я сидела и прислушивалась к стуку собственного сердца, когда сзади остановился парень в синем "шевроле" и посигналил.