Delete
Шрифт:
– Рита, какую же мрачную картину ты мне нарисовала.
– Все. Эклеры кончились. Смотри, в дело пошли бутерброды с икрой и бужениной. Надо предупредить официанток, чтобы они спокойно отнеслись к тому, что происходит… Рано или поздно это закончится…
– А музыканты? Тоже неблагополучны?
– У меня к музыкантам особое отношение. На мой взгляд, они вечные труженики, им положено постоянно находиться в форме и хорошо выглядеть. К тому же большинство из тех профессиональных музыкантов, которых я знаю, семейные и очень дорожат своими семьями,
– Никогда бы не подумал, что можно вот так, двумя словами, охарактеризовать творческих людей…
– Марк, не принимай близко к сердцу. Я высказала тебе сейчас свои собственные мысли, скорее, даже наблюдения, ведь я же раньше постоянно вращалась среди людей искусства, мы много времени проводили вместе, засиживались в мастерских, говорили, приглашали к себе поэтов и музыкантов, организовывали выставки, концерты… По деревням ездили, встречи устраивали, нас, художников, писатели с собой брали, но чаще всего это заканчивалось грандиозными попойками… Не по мне все это. И вообще, я не стайный, не стадный человек. Я – сама по себе. Так что у тебя там случилось? Убийство?
– Рита! У нас же свадьба! Потом поговорим…
– Хорошо. Ты же знаешь, какая я любопытная…
– Смотри, Локотков… Он танцует с женщиной, которая кого-то мне напоминает… Я давно наблюдаю за этой парой, и что-то в этой женщине кажется мне странным… Кто она?
– Ты отлично ее знаешь.
– Фиолетовое платье… У тебя случайно такого не было?
– Было. Это и есть мое платье. А женщина, с которой танцует Локотков, твоя хорошая знакомая – Арина Затонская, журналистка…
– Арина? Не может быть… А как же ее знаменитые потертые джинсы и черный свитер? Как ей удалось так преобразиться? Смотри, даже волосы уложены, как у нормальной женщины… Была же мужик мужиком…
– Прическу ей в парикмахерской сделали, а вот макияж, одежда, туфли и манера держаться – моя работа. Я ее два часа вчера ходить учила. Чтобы она руками не размахивала, ноги вперед не выбрасывала, спину держала прямой и немного бедрами покачивала… А что, по-моему, неплохо получилось…
– И давно ты ее знаешь?
– Давно. А в чем, собственно, дело? Уж не хочешь ли ты сказать, что и ты знаком с ней так же близко?
– Что значит близко?
– Марк. У тебя с ней что-то было?
– У меня?! С Ариной?!!
– Ладно. Я пошутила. Ты же приревновал меня к Лене… Ты пробовал это заливное мясо? Так аппетитно выглядит… Ужасно есть хочется! Марк, ты посмотри только, что с народом делается? Все танцуют, смеются! Да наш тамада просто душка, отлично работает… Так что там у тебя произошло?
– В посадках неподалеку от Кумысной поляны обнаружен труп неизвестной девушки. Ее удушили. Понимаешь, с тех пор, как я с тобой познакомился, я постоянно думаю о том, в
– Марк, ну какой же ты чудак!
– Я переживаю за тебя… Никому не верь! Ни с кем никуда не ходи, если не уверена в человеке…
– Марк! Не будь ребенком!
– Труп еще не опознали. Девушке на вид лет двадцать. Очень красивая была при жизни. Блондинка, стройная… Кому понадобилось ее убивать? За что?
– Хороший вопрос. Заявления о пропаже девушек были?
– Нет. В городе пока все спокойно. Время смерти точно еще не установлено, но труп пролежал в лесу приблизительно три дня. Если девушка не местная, сложнее будет установить личность…
– Марк, какая же ответственная и тяжелая у тебя работа! Ты можешь обещать мне, теперь уже как своей жене, что дашь мне возможность немного поработать?.. Никто же ничего не узнает. Я буду потихоньку собирать информацию, как обычно…
– Рита, прекрати! Я ей тут о безопасности толкую, а она мне…
– У тебя что, телефон отключен? – догадалась она. – Что-то давно я не слышала звонков…
– Отключен. Если бы я этого не сделал, свадьба была бы сорвана.
– Да… праздник затянулся… не слишком ли много водки на столах? Бедные мои художники, смотри, как они набрались…
К ним подошла Ната. В красивом синем, с блестками платье. Миша крепко держал ее за руку.
– Как дела, молодожены? – Ната поцеловала по очереди сначала Риту, потом зятя. – Ужасно за вас рада. Все только и говорят, что вы – идеальная пара. Я вот только не пойму, почему никто не кричит… – Она набрала побольше воздуха и крикнула: – Горько!!!
Все повернулись в их сторону, и Марк, смутившись, обнял Риту и поцеловал ее коротким, нежным поцелуем куда-то пониже губ, в подбородок.
– Мазила! – крикнул захмелевший Локотков, прижимая к себе Арину. Прическа у журналистки растрепалась, щеки раскраснелись, она показалась Рите даже хорошенькой. – Горько!
Гости уже начинали расходиться, когда Рите на глаза снова попался Масленников. Он сидел за столом в полном одиночестве и разглядывал танцующие пары. Марка поблизости не было, и Рита рискнула к нему подойти.
– Спасибо тебе, Леня, за шикарный подарок. Очень красивое кольцо. Как поживаешь? У тебя не очень-то веселый вид… Как Катя?
– Да все нормально. Знаешь, я так рад за тебя… У тебя очень красивый муж. К тому же, как я понял, он – следователь прокуратуры. Это серьезно. Вот бы никогда не подумал, что ты когда-нибудь выйдешь замуж. Ты же у нас девушка с характером, тебе никто не нужен…
– Леня, ты никак не можешь простить мне тот отказ?
– Это ты должна меня простить… Я и сам не знаю, что на меня тогда нашло. Мне тогда было очень плохо, я просто болел одиночеством… Да и Кате нужна была мать. Я сразу почему-то подумал о тебе. Представил, как мы с тобой вместе живем, как вы с Катей подружились… Я, самонадеянный дурак, был просто уверен, что ты мне не откажешь…