Delete
Шрифт:
– Это случайно было не семнадцатое число?
Марк посмотрел на нее озадаченно, поскольку почувствовал в этот момент, как далек он сам от каких-либо предположений в отношении убийцы, не говоря уже о таких потрясающих подробностях. Ну откуда ей знать, что эти люди встречались в гостинице именно семнадцатого числа? И самое главное: какое это имеет отношение к смерти целой группы людей?
– Именно. В гостинице «Словакия». И тот, и другой ночевали там. В разных номерах. На разных этажах. Но, Рита, как ты узнала? И каким образом все это связано со смертью всех четверых? Ведь ты
– Сказать, как я угадала число? Именно семнадцатое сентября?
– Ну да.
– Все очень просто. Именно в этот день начались беспорядки в Будапеште…
Марк выронил вилку, и она упала в тарелку с пюре.
Локотков позвонил и сообщил адрес Германа Калиниченко. Оказалось, что он живет возле политехнического института, довольно далеко от центра, от Садовниковых.
– Я не пущу тебя одну, поняла? Не пущу, и все! Вообще на цепь посажу. – Марк крепко держал Риту за руку и даже не выпускал ее из кухни, где она мыла посуду.
– У тебя задушевной беседы с этим Германом не получится, – спокойно ответила она. – Марк, поверь мне, этот человек имеет лишь косвенное отношение… Хотя нет, что я такое говорю? Он в моем частном расследовании играет роль свидетеля. И только.
– А что, если ты ошибаешься?
– Я не знаю, как тебя убедить отпустить меня одну… Хотя, Марк, поехали вместе, ты подождешь меня в подъезде. Калиниченко даже и не узнает, что я приехала с телохранителем.
– Ты что, приедешь к нему и скажешь, что хочешь написать его портрет?
– Смеешься надо мной?.. Понятно! Нет, не думаю, что я использую именно этот повод для знакомства. Скорее всего, я заведу разговор о его друге детства, Леониде Масленникове, скажу, что он поручил мне разыскать его и пригласить на похороны дочери. Чем не причина для визита?
– А разве сам Масленников не может ему позвонить?
– Может. Но я представлю дело таким образом, якобы у меня в этом районе, где он живет, были дела, и когда Леня узнал об этом, он попросил меня заехать к другу детства… Поверь, когда Калиниченко услышит о смерти дочери своего друга, он меньше всего задумается о том, почему ему не позвонили, а сообщили об этом лично… Сам факт затмит какие-либо подозрения… К тому же мне кое-что известно о том, по какому поводу Калиниченко последний раз навещал Масленникова… Он одалживал у него деньги. Вот я от себя лично и скажу, что, мол, вы деньги можете ему не возвращать, лучше купите венок на могилу дочери…
– Но зачем тебе все это?
– Мне необходимо вызвать его доверие, чтобы он сам, без нажима, рассказал мне, зачем они с Леней встречались в гостинице.
– Ладно. Поехали. Только знай – я буду сильно переживать… Кстати, а почему ты не можешь ему просто позвонить?
– Говорю же, мне необходима доверительная беседа. Марк, дорогой, ну, пожалуйста, наберись немного терпения, и я уже очень скоро тебе все расскажу…
Но визит к Калиниченко оказался неудачным: дверь открыла его жена и сказала, что Герман в командировке.
– А по-моему, ни в какой он не командировке, – раздосадованно пробормотала Рита уже в машине. – Мне известно,
– Думаешь, он обманывает жену и вместо того, чтобы уехать, проводит время с любовницами в гостинице?
– Это можно легко проверить. Для этого достаточно только заехать туда и поинтересоваться, в каком номере остановился господин Калиниченко.
Гостиница «Словакия» стояла на самом берегу Волги, на набережной, и светилась теплым янтарным светом уютных номеров. Рита подошла к администратору и задала вопрос.
– Вы к нему? – вежливо поинтересовался элегантный администратор, с любопытством разглядывая Риту. – Тогда он в своем номере…
– Но я в первый раз, подскажите, где именно я могу его найти?
Администратор после паузы, в течение которой, как ему казалось, посетительница должна была испытать некоторое замешательство, назвал номер комнаты.
Рита поднялась на третий этаж и постучала в дверь. Герман Калиниченко, невзрачный мужчина в сером костюме и белоснежной сорочке с темно-красным галстуком, при параде, что называется, с готовностью распахнул дверь. Но, увидев на пороге незнакомую женщину, замер.
– Герман, мы незнакомы. Но у меня к вам дело. Мы могли бы поговорить?
– Кто вы?
– Меня послал к вам Леонид Масленников. Надеюсь, вы не станете отрицать, что с ним знакомы?
– Да нет, что вы… Но если вы не против, мы поговорим прямо здесь, в холле…
Он ждал женщину, и ему явно не хотелось, чтобы любовница застала его с другой.
– Как вам будет угодно. К тому же здесь тихо… Наш разговор займет всего несколько минут…
– Слушаю вас.
Видно было, что он все равно нервничает. И есть от чего: как-никак, в семье думают, что он в командировке… Мало ли что!
– Герман… Извините, я не знаю вашего отчества…
– Это не обязательно…
– Понимаете, у вашего друга детства… А ведь Леня – ваш друг детства?
– Да, конечно…
– Вы слышали, какая у него случилась трагедия?
– Нет… А что? – Его лицо мгновенно изменило свое выражение. На смену напряжению пришли расслабленность и интерес. Он уже понял, что речь пойдет не о нем самом, а о Масленникове.
– У него погибла дочь, Катя.
– Да вы что?! Нет, я ничего не знал! Да я же был у него позавчера! Леня мне ничего не сказал…
– Он тогда ничего не знал. Девочку убили. Я – хорошая знакомая Лени, а мой муж – следователь прокуратуры, он ведет дело об убийстве Кати… Так вот, пожалуйста, Герман, не могли бы вы ответить мне на вопрос: когда и где вы встречались с Леонидом до того, как пришли к нему домой занимать деньги?.. – Она шла напролом, зная, что только напором может добиться желаемого результата. Она была уверена: Герман уже забыл ее слова о том, что ее послал сам Леонид Масленников. Тема убийства перекрыла все остальное. – Как видите, нам все известно… Скажите, ваш визит был связан с деньгами… Что это за деньги? – Она продолжала морочить ему голову. – Он был вам должен?