Дело чести
Шрифт:
Огонь не разрастался. Только струйка дыма тянулась над деревьями: просто костер. По ту сторону каньона кто-то есть. И этот кто-то не слишком беспокоится, что его могут заметить. Либо он глуп, либо имеет право здесь находиться.
Стив развернул карту парка. Костер горит примерно… вот здесь. Чуть севернее Кедровой башни, почти у обрыва. Стив обвел кружком на карте это место для ориентира. Все же проще, чем рыскать по всей месе.
Как только Уилкинсон наконец двинулся обратно, Александер нырнул за груду камней. Парнишка явно что-то заприметил
Когда Уилкинсон скрылся из виду, Александер смог выйти из укрытия и посмотреть на ту сторону каньона, но увидел лишь заросли кустарника. Ничего достойного внимания. Он взглянул в сторону раскопок недавно открытой кивы, хотя ее наверняка отсюда не разглядеть.
Зато обнаружились жидкие клубы дыма. Должно быть, кто-то стряпает на костре или что-нибудь в том же роде. Видимо, как раз дым-то и привлек внимание Уилкинсона. Что ж, пора возвращаться. Если не поторопиться, парнишка может ускользнуть.
Стив изучал карту, разложенную на парковом столике для пикников. Виденный сегодня костер был в милях в шести от дороги. Налегке такое расстояние можно одолеть за час, а то и меньше. Однако по такой местности лучше положить на дорогу часа два, а ночью и все три.
Итак, три часа туда да три обратно, итого шесть. Значит, на ночные поиски остается четыре часа. Но лучше рассчитать так, чтобы приехать не раньше чем через час после заката, а уехать хотя бы за час до рассвета. Итого остается два часа. Стоит надеяться, что времени хватит с лихвой.
Сложив карту, Стив спрятал ее в рюкзак. Надо хорошенько выспаться, а потом поосновательнее набить живот. Ночь намечается долгая. Собрав рюкзак, Стив занес его в палатку.
Около половины девятого вечера пикап Уилкинсона снова покинул кемпинг. Александер включил зажигание. Если паренек собирается навестить намеченный участок, надо непременно поглядеть, что ему там понадобилось.
Но Уилкинсон пока никуда не собирался. Вместо этого он оставил машину на стоянке и направился в кафе. Обедать пора. Заглушив мотор, Александер вылез из машины. Остается уповать, что на сей раз Уилкинсон будет уплетать чуть помедленнее.
Покончив с напитком, Стив посмотрел за окно. Солнце село минут пять назад. Пока доедешь до смотровой площадки на северном конце Парк-месы, как раз будет пора выступать в поход.
Стив оплатил свой счет и вышел, чувствуя легкое беспокойство. Только попадись рейнджерам, и потеряешь двадцать лет жизни в какой-нибудь федеральной тюрьме. Это не сулит его крестовому походу ничего хорошего, но если не ходить, добра не жди и подавно.
В темноте Александер осмелился держаться поближе к машине Уилкинсона, в самом деле направившегося в парк. Но у Парк-Пойнт тот свернул к смотровой площадке.
Черт! Если последовать за ним и сюда, Уилкинсон сразу смекнет, что дело нечисто. В конце концов какой же идиот додумается подниматься на смотровую площадку посреди ночи? А если на то пошло, сам Уилкинсон-то что там забыл?
Проехав мимо, Александер вырулил на обочину
Ждать пришлось недолго. Минут через десять во тьме замаячил силуэт человека с ружьем. Уилкинсон пересек дорогу и скрылся в кустах можжевельника в каких-то десяти футах от Александера. Господи Боже, неужто он решил всю дорогу идти пешком? Да тут не одна миля!
Судя по всему, именно так Уилкинсон и решил поступить. Испустив мысленный стон, Александер двинулся за ним. На такое он не рассчитывал…
Часа через три они добрались до места. Археологи давным-давно ушли. Вероятно, они вернутся незадолго до рассвета, чтобы продолжить раскопки. Киву прикрывало большое брезентовое полотнище.
Повалившись на землю, Александер наблюдал, как Уилкинсон изучает почву вокруг участка раскопок. Парень отлично знает, что делает — заслоняет собой свет фонарика, так что освещен лишь небольшой участок почвы, и с дальней стороны каньона Уилкинсона нипочем на заметить.
Расшнуровав ботинки, журналист слегка помассировал ноющие ступни. В такие дальние вылазки по пересеченной местности, да еще ночью, ему не доводилось ходить со времен Вьетнама. Он изо всех сил сдерживал учащенное дыхание, чтобы не пыхтеть. Не затем он гробился, следуя за Уилкинсоном по пятам, чтобы выдать себя теперь.
Мальчуган продолжал осматривать землю. Интересно, чего же он все-таки ищет? Наконец его упорство было вознаграждено. Найдя искомое, Уилкинсон на минутку задержался, разглядывая небольшой участок почвы. И вдруг горестно понурил голову, словно смирившись перед судьбой.
— Черт! — донеслось до Александера. Затем Уилкинсон снова принялся осматривать участок, двигаясь в определенном направлении, будто шел по следу. Репортер не сводил с него глаз. Что же он там нашел?
— Черт! — буркнул Стив. Все это время, даже не сознавая того, он в глубине души надеялся, что приехал впустую. Но отпечатки раздвоенных конских копыт перечеркнули эту последнюю, отчаянную надежду. На дне следа обнаружились опаленные травинки; это горемка, тут и гадать нечего.
Но что теперь? Следы старые, возможно, один раз уже политые дождем. Наверное, оставлены недели две назад. Вряд ли Белеверн здесь частый гость. Но зачем он вообще тут побывал?
«Сила», — прозвучал у него в рассудке голос Белеверна. «Какая сила?» — поинтересовался Стив. Со времени отъезда из Нью-Йорка его личный демон прервал молчание впервые. Стив уж было начал надеяться, что тот покинул его; увы, ничего подобного.
«В вашем мире почти нет Силы, — пояснил Белеверн. — Горемка может пройти лишь в средоточиях Силы. Здесь некогда была святая земля, наделенная Силой. Видимо, мой дубликат прибыл сюда в полнолуние, что обеспечило дополнительный приток Силы, необходимой для входа в сей мир».