Дельта-гир. Том 4
Шрифт:
Долгие минуты процессоры гудят на одной частоте, миллиарды миллиардов процессов начинаются и завершаются, сохраняя неисчислимое количество обработанных данных. Параллакс делает всё, чтобы понять, что именно изменилось в галактике, а потом замечает, как рядом с центральным миром системы Аклен возникает золотая ветвь, которая оставляет после себя каменные арочные ворота с пляской голубого пламени внутри, но из них никто не выходит.
— Понятно. Вот что они сделали. Это ведь еще в Сакрамене придумали? — Параллакс помнит отчеты разведки пятитысячелетней давности.
Тогда
— Галактика только что покрылась сетью пространственно-временных переходов, — записывает древнее божество в собственных архивах. — Предположительно через эти порталы можно оказаться на других планетах в обход Гейтов. Но они слишком маленькие, чтобы проводить через них крупную военную технику, не говоря уже о космических кораблях. С какой целью им или Сакрамену в прошлом было делать это? Что хотел Сакрамен?
— Он хотел достичь гармонии и остановить войны, — отвечает себе Параллакс. — Огромные пространства с такими порталами станет легче преодолевать, но они не позволят транспортировать самое мощное вооружение. К тому же неизвестно, какие правила действуют внутри этих переходов.
— Какой тогда смысл в этом, пока есть Гейты? — продолжает монолог матричный бог, и последний вопрос одновременно становится ответом.
— Я понял! — веселится Параллакс. — Они собираются уничтожить Гейты, чтобы отрезать системы друг от друга, но между тем они оставляют лазейку, которую намного труднее использовать для войны. А что если так?
Где-то на планете включается питание, загораются огни вокруг тяжелого люка на земле. Двигатели приходят в движение, после чего люк поднимается и отъезжает в сторону, открывая выход из ракетной шахты. Из нее с шумом и дымом поднимается ракета, которая уносится за километры прочь в то место, где возникли портальные врата.
Ракета достигает цели за четыре с половиной минуты, после чего на поверхности мертвой планеты, где бесконечно работают заводы без живых работников, гремит огромный взрыв. Параллакс не отрывается от происходящего, а потом улыбается, так как видит абсолютно непострадавшие арки.
— Это сооружение защищено мета-экзистом, так что оружием из этого мира повредить его не получится. Такие арки теперь появляются по всей галактике, и никто их не сможет убрать или уничтожить. А потом они наверняка начнут уничтожать Гейты, чтобы путешествие по ветвям Мирового Древа стало единственным способом перемещений кроме способа обычного полета через космос.
Параллакс понимает, что это серьезно помешает его планам, поэтому все подконтрольные ему системы оживают, а корабли приходят в движение. Неизвестно, когда будет нанесен удар по Гейтам, так что нужно уже сейчас начать переброски во все части галактики, куда матричный бог собирался нанести удар.
Параллакс намерен продолжить последнюю директиву Юнион Дарка и захватить галактику, даже если придется
Он хочет стать символом войны и неизбежной победы, провести самый впечатляющий захват и установить господство повсеместно. Только после этого он успокоится, навсегда заглушит моторы и удалит процессы, оставив после себя вымершую галактику со следами всех цивилизаций.
Сам же он продолжит существовать в мета-экзисте, пока не погаснут все звезды, а дельта-гир исчезнет из обозримой вселенной. Хотя, к тому времени расстояния между системами станут настолько большими, что свет оставшихся звезд просто не будет достигать хоть чего-то, а раздувшаяся вселенная будет заполнена черными дырами, которые будет чертовски трудно заметить в окружающем мраке. А под конец даже черные дыры полностью развеются, и только тогда умрет последний процесс матричного бога.
Подобные размышления настраивают Параллакса на меланхолический лад, так как после его победы или поражения всё прекратится. Война, к которой он готовился пять тысяч лет, вот-вот начнется, но при этом она неизбежно закончится, и тогда придет бесконечная апатия до смерти вселенной.
Матричный бог чувствует, что либо он выполнит директиву, либо нет. Второго шанса не будет при любом раскладе: в случае победы это не будет иметь смысла, а в случае поражения его наверняка уничтожат окончательно. Почему-то такие мысли вызывают совсем новые чувства, а именно страх завершения приключения и угасания. Возможно, именно так чувствуют себя состарившиеся люди, у которых больше нет ни физических, ни душевных сил. Остается лишь лежать и угасать, смотря на то, как вокруг молодая жизнь идет своим путем.
— Но что ты предлагаешь? Я не хочу завершения приключения, но и остановить директиву нельзя.
— Да, нельзя. Так что будь что будет.
— Но меня это не устраивает.
Различные процессы Параллакса передают друг другу послания и уже вряд ли придут к соглашению. А тем временем транспортная баржа движется к арочному порталу, что возник около экватора планеты на берегу высохшего моря.
И когда транспорт достигает пункта прибытия, из его внутренностей появляется пятиметровая шагающая боевая машина старинного образца. Именно она станет первым разведчиком, что ступит на неизведанный путь. Через визоры на кабине пилота Параллакс смотрит на гудящее голубое пламя, за которым скрывается неизвестность.
После этого он приказывает пилоту начать движение и разведать происходящее с той стороны. Бывшая боевая машина Юнион Дарка приходит в движение, переставляя механические ноги, а по суставам ног скачут электрические разряды из-за поврежденной изоляции проводки. Что же, за пять тысяч лет многое приходит в негодность, но пока что боевая машина может выполнять миссию, так что быстрым шагом исчезает в портале, выставив перед собой большой штурмовой пулемет.
И как только меха пересекла границу, Параллакс перестал её ощущать и получать какие-либо сигналы. Это было ожидаемо, и нужно подождать, пока не вернется.