Деляга
Шрифт:
Зажигалки это вещь. Они нужны всем: и в тылу, и на фронте, и красноармейцам, и командирам. Золотое дно. Надо только правильно дело поставить. Мысли понеслись, Три Процента уже видел себя портсигарно-зажигалочным королем, олигархом полкового масштаба.
— Считай, купил я твой портсигар.
Вова спрятал товар в карман и решительно направился к выходу из землянки.
— А хлеб?
— Вечером, — отрезал Три Процента.
Из землянки он направился прямым ходом в ПАРМ к старшине-зверю, благо занятиями переменный состав не утруждали, главное, чтобы на утреннем разводе был и на вечерней поверке, или хотя
— Каждый второй портсигар — мой, — отреагировал на деловое предложение старшина с голубыми петлицами.
— Без ножа режешь! — возмутился Три Процента. — Мне еще со сбытом и полковыми делиться надо! Пятый — твой.
— Не серьезно. Я и без тебя обойтись смогу, среди своих механиков найду мастера. Сорок процентов!
— Ты сначала найди! А сбывать кому будешь? Двадцать пять!
— А если меня за алюминий прихватят? Риск! Треть, как минимум.
— Какой риск?! Вон у вас СБ разбитый валяется, нам его лет на сорок хватит! А МиГ списанный, никому не нужный? Пока до него с переплавкой доберутся, на пару лишних дыр никто внимания не обратит! Четверть — последнее слово!
Старшина решил, что и в самом деле загнул, алюминия никому не нужного хватало, а на портсигары нужны были крохи.
— Договорились!
Договорившись по первой части, Три Процента перешел ко второй. Старшина сразу внес рацпредложение.
— Лучше от ШКАСа брать. Она толще, прочнее, резьбу проще нарезать. А хочешь, я тебе от «березы» гильз подкину?
— Я подумаю, — пообещал Вова. — А что на счет колесиков?
— Сделаем. И насечку тоже, металл есть, станки есть. А камушки где возьмешь?
— Моя проблема. И бензин для заправки — с тебя.
Ударили по рукам. Образец, принесенный Лопуховым, старшина прибрал себе в качестве аванса. Обратно в землянку Вова вернулся с оттопыренными карманами. Нашел мастерового, отвел в сторону и вывалил перед ним принесенное богатство.
— Вот тебе материал — работай, остальное я беру на себя.
— А…
— В уплату за алюминий отдал, — пояснил Лопухов.
Работа пошла, а через день Вове предстояло нанести решающий визит. Начальник ПФС был в полку четвертым человеком. Выше него стояли только командир, замполит и начальник штаба. Даже командирских заместителей он в расчет не брал.
— Разрешите, тащ каптан, — Вова бочком протиснулся в каморку, занимаемую вершителем его дальнейшей судьбы, — дело есть, тащ каптан.
Капитан от такой наглости малость обалдел и от удивления разрешил.
— Ну заходи.
Есть, у всех профессиональных сообществ есть собственный сленг. С одной стороны это облегчает общение между своими, с другой, позволяет сходу выявить и отсечь чужаков под своих маскирующихся. Стоящий перед старым армейским делягой красноармеец этим сленгом явно не владел, да и своим прикинуться не пытался, но родственную, почти родственную душу интендант почуял сразу.
Надо сказать, что немного разобравшись в здешних реалиях, Вова к местным деловым проникся чувством глубокого неуважения. Здесь было государство, у которого все было и население, которое в этом всем нуждалось. Ну, почти во всем, например, дальнобойные пушки в
Правда военная инфляция уже набрала обороты, но средства спасения от нее хорошо известны: золото, камешки, прочая ювелирка и антиквариат. Вот с недвижимостью проблемы, особняк на Рублевке не построить, виллу на Лазурном берегу не приобрести. Да чего там, паршивую однушку в Химках и то не купишь. Да вообще, с путешествиями за границу большие проблемы. Правда есть шанс через пару лет беспорочной выслуги совершить турне по странам Восточной Европы и Германии. На своих двоих, питание, проживание и снабжение боеприпасами государством гарантируется. Но эти два года нужно еще прожить, и само путешествие сопряжено с большими опасностями, уж больно персонал в тамошних отелях неприветливый и до зубов вооруженный, а страховой полис не никем предусмотрен.
Когда Три Процента закончил излагать дело, капитан повертел в руках алюминиевый образец продукции кустарного производства.
— Хорошо сделано, только где ты все это сбывать собираешься?
— Москва рядом, она все проглотит.
— Проглотит. А доставка? Сбыт?
— Каждую неделю машина в Москву ходит, я же знаю. Туда подкинуть, вес небольшой. Со сбытом я на вас, тащ капитан, рассчитываю. В крайнем случае, сам могу съездить, нужных людей найду…
— Сядь.
Вова опустился на стул. В кабинете пэфээсника стоял самый настоящий стул со спинкой и обтянутым дерматином сиденьем, давно на таком сидеть не приходилось.
— Все-то ты знаешь. Откуда только такой шустрый взялся. Не надо никуда ездить, сбыт я обеспечу. Ты, лучше скажи, какой твой интерес?
— В постоянный состав хочу попасть. Ну и с голодухи чтоб не пухнуть.
Нельзя было в его положении требовать много.
— А скажи-ка, зачем ты в этом деле мне вообще нужен?
— Нужен, тащ капитан, не сомневайтесь. За мастерами каждый день приглядывать, материал из ПАРМа таскать, вам там как-то не с руки светиться. Ну и вообще, мало ли…
— Резонно, — согласился капитан. — Значит так, от голода не помрешь, это я тебе обещаю, с постоянным составом погодим, посмотрим, как дело пойдет.
Поначалу дело пошло так себе, ни шатко, ни валко. Мастер был только один, его, кстати, сразу перевели в постоянный состав, инструмент — какой придется. И хоть работал он с рассвета до заката, большой производительности от него не получить. Но постепенно дело наладилось и даже расширилось. Прослышав о хлебном деле, подтянулся еще один народный умелец, за ним другой. С очередным рейсом машины, из Москвы привезли нужный инструмент: тисочки, молоточки, напильники, надфили, ножницы по металлу. Со старшиной Три Процента договорился, теперь тот свою долю получал не продукцией, а деньгами и продовольствием.