Демон-4
Шрифт:
– Мне кажется, или на этом ярусе мне еще бывать не приходилось?
– оценив толщину двери, поинтересовалась я.
– Не кажется...
– А чего ради мы сюда приперлись?
– нахмурилась я: как показывал мой горький опыт, любые изменения в режиме доступа свидетельствовали о каких-нибудь неприятностях.
Видимо, почувствовав мое волнение, полковник слегка замедлил шаг, посмотрел на меня и... ослепительно улыбнулся:
– Не дергайся! Все будет хорошо...
– И почему я тебе не верю?
– пробурчала я, перетрусив
– Скажи, 'апгрейд БК-ашки' - это ведь ширма, так? А на самом деле вы выворачивали нам мозги?
– Ну, апгрейд мы действительно провели...
– слегка помрачнел полковник.
– После того, как к системе мыслесвязи стали подключать не-Демонов, в ОКМ-е должен был начаться форменный бардак. Поэтому архитектуру системы связи радикально переработали, и теперь...
– Рамон! Хватит приседать мне на уши!
– взвыла я.
– Что вы во мне нашли? Что у меня не так? И куда ты меня тащишь?
Полковник остановился, обалдело посмотрел мне в глаза... и заржал:
– Нет, ну надо же быть таким придурком?
– Слово 'придурок' - мужского рода! И применительно к женщине звучит не очень. Рекомендую синонимы 'дура' или 'тупица'...
– А я употребил его по отношению к себе самому!
– не прекращая веселиться, ответил Рамон.
– Услышав твой вопрос, я подумал, что ты догадалась о действительных причинах этого медосмотра! А оказалось, что подоплека твоего вопроса - совсем другая! Что ты просто испугалась неизвестности! Черт! Скажи кому, что Мама Ира трясется, как осиновый лист - не поверят!
– Чувствую, кто-то сейчас получит в печень...
– начиная злиться, я угрюмо свела брови у переносицы. И для верности продемонстрировала Рамону кулак.
– Потерпи минут пять-семь, ладно?
– правильно оценив мое настроение, Родригес тут же посерьезнел, шустренько сорвался с места, и, практически добежав до одной из ближайших дверей, приложил ладонь к сканеру.
– Ну, что встала? Заходи...
...Сделав шаг внутрь, и окинув взглядом здоровенное помещение, забитое разнообразной аппаратурой, я почувствовала, что у меня отваливается челюсть: в здоровенном пластиковом 'саркофаге', стоящем за стеклянной стеной, возлежала незнакомая мне демоница... и кормила(!) грудью(!) ребенка!!!
– Ну, что скажешь, Мама Ира?
– пихнув меня в спину так, что я была вынуждена упереться ладонями в прозрачную перегородку, поинтересовался полковник.
– С ума сойти!
– выдохнула я.
– Это... ребенок? В смысле, ребенок, рожденный демоном от демона?
– Фу, Орлова! Что за извращенные мысли? Не 'демоном', а демоницей!
Пропустив шутку мимо ушей и не отрывая взгляда от малыша, я ошалело почесала затылок:
– А...
Родригес ехидно захихикал, и, с разгону упав в кресло рядом с пультом управления оборудованием лаборатории, закинул руки за голову:
– В общем, на большинство твоих вопросов отвечу коротко и ясно: да! Да! Да! Конечно!
– Издеваешься?
– Немного...
– признался ученый.
– Просто мне нравится смотреть на твое обалдевшее лицо...
– А... почему ты приволок сюда именно меня?
– Над Волковым так не посмеешься...
– Родригес жестом приказал мне садиться, и, дождавшись, пока я поставлю свободное кресло так, чтобы видеть и мать, и ее ребенка, добавил: - А если серьезно, то состояние, в котором ты пребываешь последние два месяца, мне очень не нравится...
...Перелет от Архипелага Слез до Новой Италии я не запомнила - пребывала в состоянии какой-то безумной эйфории. И практически безостановочно прокручивала на экране БК-ашки кадры кормления ребенка, рассказ Родригеса об особенностях физиологии женщин-демонов и процесса вынашивания ребенка. Поэтому, выбравшись из флаера на крышу дома, я тут же подключилась к его искину, и, определив местонахождение Вика, рванула на первый этаж. Бегом. По лестнице. Ибо ждать лифт в течение десяти секунд мне показалось кощунством.
Видимо, при этом я что-то орала, так как у последнего пролета лестницы я наткнулась на порядком обалдевшего Волкова. И, естественно, с разгону запрыгнула к нему на руки...
– Дамы и господа! Моя любимая женщина и ведомый, майор Ирина Орлова!
Сообразив, что в большой гостиной, кроме самого Вика, находится кто-то еще, я вывернулась из его объятий, и, покраснев до корней волос, повернулась вокруг своей оси...
Мда. Гостей было несколько. Человек двенадцать. Из которых я знала только Мишку Басова, Бренду Стоун и Гельмута Шварца...
– Эффектное появление!
– восхитился Аллес Капут.
– Учись, Бренда!
– Не обращайте внимания на их подколы, девочка моя! Это - обычная зависть!
– улыбнулась миловидная женщина, сидящая рядом с Мишкой. И чем-то на него похожая.
– Позвольте представиться! Илона Басова! Мать вот этого оболтуса... Ничего, что мы тут к вам в гости напросились?
...Гости разошлись далеко за полночь, оставив после себя ароматы духов, перевернутую вверх дном гостиную... и ощущение счастья. Поэтому, проводив их до ворот, мы с Виком еще долго стояли на улице и смотрели вслед хохочущей компании, двигающейся вверх по улице.
– Здорово: город понемногу начинает оживать...
– приобняв меня за плечо, улыбнулся Волков. Нет, самой улыбки я не видела, но тон, которым было сказано это предложение, не оставлял простора для фантазии...
– Илона говорит, что по выходным на пляже - форменный бардак. Самая настоящая война кланов...
– Война кого?
– механически поинтересовалась я, глядя в усыпанное звездами ночное небо и чувствуя, что ощущение счастья, которое меня переполняет, связано именно с тем, что наш город, наконец, перестал казаться пустым.