Демон-хранитель
Шрифт:
— Вот тебе и хранитель, милая, — пробормотал я, внутренне обращаясь к Адель, — теперь самого нужно спасать.
Я криво улыбнулся сам себе и присел на один из стульев. Тело и без того жаждало отдохнуть, чего лишний час стоять? Тем более скрывать мне нечего, по крайней мере, по этому вопросу, но дурака Маркуса было жаль. Почему он раньше мне не сказал про просьбу Ракса? И караванщик тоже хорош, нашёл простака для провоза контрабанды. Хотя, если бы не те монеты из черепа, может, всё и нормально было бы.
На стуле оказалось
— Мне жаль прерывать вашу медитацию, но мы собрались здесь по делу. Прошу вас ответить на несколько наших вопросов.
Не вздрогнув, я открыл глаза и посмотрел на очередного человека в белой мантии.
— Прошу прощения. Только учусь, стараюсь уделять этому каждую свободную минуту.
— Свободную. Это хорошо, — сказал без сарказма и даже иронии. — Меня зовут брат Ромей. Как ваше имя?
— Сергей, — представился я.
— Расскажите, Сергей, откуда вы знаете Маркуса и Ракса?
Кроме нас, в комнате никого не было, лишь брат Ромей, лист бумаги и здоровенная чернильница, в которую он ни разу не обмакнул перо, но тщательно всё записывал.
— Мы познакомились в Саворе, когда я решил, что примкнуть к каравану до Роярда будет хорошей идеей.
— Как мне передали братья, караванщик и вам предлагал провести контрабанду. Почему вы ему отказали?
— Это вопрос чести и совести, — искренне сказал я. — Да, деньги бы мне пригодились, но я сторонник законных методов заработка. Да и потом, Ракс не производил впечатление человека, который на все деньги купил подарок своей жене. И нервничал уж больно сильно. Мне показалось это подозрительным.
— А что вы скажете о Маркусе? — перо на мгновение замерло. — Он получается, проиграл эту битву с совестью?
— Не совсем так. Думаю, тут дело в истории Ракса. Ему он сказал, что это подарок для дочери от погибшей жены. А у Маркуса есть сёстры, видимо, это сыграло свою роль. Я не думаю, что он сделал это ради денег, а по доброте душевной. Он не произвёл на меня впечатление жадного человека. Открытый, эмоциональный.
Слова лились из меня щедрым потоком. Удивительно, как приятно было рассказывать это всё брату Ромею.
— И поэтому вы решили встать на его защиту?
— Да. Это было, на мой взгляд, правильным поступком.
— Как и возврат золота к капищу? — вдруг спросил он.
— Конечно. Я вернул всё как было.
— Потому что это правильно? — губы Ромея чуть дрогнули. — Вы знаете, что это за предмет был в том свёртке?
— Услышал, что это амулет из костей монстров. Но более ничего об этом не знаю.
— Мои люди нашли в странных мешках удивительную одежду. Мне сказали, что она принадлежит вам. У меня вопрос, что это и из чего сделано?
— Это мой доспех. Сделан из особой кожи
— Весьма необычный у этого доспеха вид.
— Да, согласен. Здесь такого не купишь. Его собирали конкретно под меня. Других таких нет.
— Спасибо. Я узнал всё, что хотел. Ожидайте.
Он поднялся, свернул лист бумаги, убрал перо за ухо, а чернильницу аккуратно обхватил руками, как большую драгоценную вазу. И только он вышел, я вдруг понял, что ни разу ему не соврал. Говорил, как на духу! Неужели это была вовсе не чернильница, а какой-нибудь амулет правды?
По спине пробежали ледяные змейки. А если бы он спросил, откуда я родом?! Что мне ему ответить? Санкт-Петербург, Российская Федерация?! Мне враз стало неуютно находиться в этой крошечной комнате. Поднявшись, я заходил по ней, измеряя шагами.
Десять на тринадцать. Эти цифры меня почему-то успокоили, и я смог вернуться на стул, чтобы снова попытаться очистить свои мысли и погрузиться в медитацию. Но эмоций было слишком много и у меня ничего не получилось. Впрочем, от скуки мне не пришлось страдать, и через полчаса ко мне снова пришли. На этот раз с добрыми новостями.
— Сергей, вы свободны, — вкрадчиво произнёс брат Ромей. — Более вас не задерживаю, постарайтесь более не попадать в такие ситуации.
— А как же Маркус и Ракс?
— Маркус задержан для дополнительной беседы, а Ракс… вам лучше не знать. Но думаю, вас интересует вопрос оплаты за охрану каравана?
— Всё верно.
— Деньги, согласно договору, вы получите у начальника стражи. Он лично займётся этим делом.
Он пригласил меня пойти с ним на выход.
— Вы очень занимательный молодой человек, — вдруг сказал брат Ромей. — Видно, что не из этих мест, но я всё никак не могу понять откуда.
— Я бы и сам хотел это узнать. Родители умерли, когда я был мал, скитался по разным городам, почти нигде не задерживался, — говорил по сути своей, правду, хотя и чернильницы в руках паладина не видел.
— Значит, боги решили, что ваш путь — это вечное скитание. Пусть они благословят дорогу, по которой они же и поведут.
Я почтительно поклонился ему и поспешил обратно к воротам. Мне уже не было дела до красоты города и узорчатой мостовой. Думал только о том, чтобы всё рассказать Виктору.
В спину, как предупреждение, ударил звон колокола. Нужно было ещё разобраться с оплатой, закупить провизию, и понять, куда идти дальше. Я помнил слова Виктора о том, что здесь задерживаться не стоит, и старался ускориться.
Интересно, почему паладинов не заинтересовал телефон и пластиковые карточки? Они, как по мне, самое странное, что было в моём рюкзаке.
Но всё это потом. Сейчас нужно возвращаться.
Первым я заметил Сирень и Адель, они стояли в стороне от ворот и переговаривалась. Девочка не выглядела напуганной, и у меня отлегло на сердце.