Демон-хранитель
Шрифт:
Люциус совершенно не собирался оставаться в стороне, а потому тоже склонился к напряженной, пахнущей мускусом плоти и, отстранив усмехнувшегося Темного, попытался вобрать все это немаленькое великолепие в рот. Конечно, у него ничего не вышло. Закашлявшись, юный экспериментатор получил понимающий, немного насмешливый взгляд темных глаз и решился попробовать еще раз. И еще. Сходящему с ума демону, похоже, нравилось – так выгибалась его спина, так нетерпеливо напрягались мышцы живота и приподнимались бедра. Дыхание Зара стало хриплым, стоны жалобными и одновременно очень… человеческими. Все меньше в них было животного рычания и воя.
– Люци, -
Большой член пульсировал под губами юношей, а Балтазар, выгибаясь, застонал особенно отчаянно:
– Возьми его, Сев… хороший мой… о… вот так… хорошо, Бездна, как хорошоооо… аххххррррр… глубже… оооо… я сейчааассс…
Мор и Люц и не подумали отстраняться, как ни пытался Балтазар их сбросить с себя и увернуться. Обжигающе-горячее семя брызнуло прямо на лицо Светлому, заставив зажмуриться. Разомлевший демон замер, переводя дыхание, а Мор нежно сцеловывал неестественно-белые капли с лица Люциуса, нежно проводя языком по губам и щекам. Потом, прошептав несколько слов, убрал путы и моментально оказался под Заром, который одним неуловимым движением перевернулся и подмял его под себя, задирая расшитую рубаху:
– Не могу больше, хороший мой… сладкий, - демон лихорадочно водил горячими ладонями по белому шелку ритуального одеяния Темного, покрывая поцелуями его лицо. – Северус, Сееев…
– Обознался, рогатый?
– ехидно протянул Мор, обхватывая его ногами и прижимаясь еще ближе. – Зарри…
Балтазар замер. Кончик его хвоста нервно задрожал, издавая сухой треск, как рассерженная гремучая змея.
– Чего разволновался?
– захохотал Темный и выгнул бровь.
– Узнал?
– Морри?
– И это Люца я назвал тормозом! Кто, кроме меня, владеет темной эльфийской магией? Причем на таком уровне, что высший демон не смог освободиться от моих пут? Ты таращиться на меня будешь или делом займешься?
– он красноречиво двинул бедрами, надавив пятками демону на поясницу.
– У меня, знаешь ли, времени маловато. До рассвета.
Демон рыкнул и разорвал на нем вышитую рубаху, впиваясь в подставленную шею, вжимая в мягкую траву, запуская когтистые пальцы в темные блестящие волосы. Мор застонал, обвивая мускулистую шею супруга, открывая беззащитное горло еще больше. Демон рывком сел, устраивая Темного у себя на бедрах, вылизывая шею, на которой стремительно затягивались отметины от его клыков. Сильные руки Зара подхватили Мора под ягодицы, намереваясь нанизать стонущего от нетерпения эльфа на подрагивающий, оплетенный огненными узорами член. Но тут зеленые глаза с вертикальным зрачком наткнулись на явно чувствующего себя не в своей тарелке Люциуса, наблюдающего за происходящим со смесью любопытства и обиды. Наклонившись, Балтазар привлек его к себе и поцеловал. Губы Светлого дрожали и были какими-то непривычно неуверенными. Выпустив длинные светлые пряди, которые уже успел намотать на кулак, демон внимательно взглянул ему в глаза и вдруг вздрогнул, как будто прозревая. Черный зрачок запульсировал, превращаясь в круглый, человеческий.
– Бездна, последние мозги с вами растерял!
– прорычал Балтазар, ссадил недовольного Темного с колен и, погасив узоры на теле, исчез в яркой вспышке портала.
Мор нахмурился, улегся на спину, закурил и философски заметил:
–
– Кто его разберет?
– проворчал Малфой, укладываясь рядом и стараясь не слишком явно разглядывать совершенно не смущающегося своей наготы, по-прежнему возбужденного Морнемира, даже не попытавшегося прикрыться остатками ритуальной рубахи.
– Нравлюсь?
– усмехнулся Тхашш, глядя своими невозможными темными глазами на Люциуса, розовеющего все больше.
– Нравишься, - вдруг дерзко ответил Люциус, вздергивая подбородок.
– Поцелуешь?
– сигарета в руках Мора исчезла, и он раскрыл объятия, с предвкушением улыбаясь.
Люциус метнулся к нему змеей, укладываясь сверху, покрывая поцелуями нежную, пахнущую чем-то необыкновенным шею, тонкую, теплую кожу плеч и груди, поглаживая темные кружки сосков. Мор вздыхал и выгибался, а Люциусу казалось, что наконец-то со щелчком становятся на место части странной головоломки. Он ощущал какую-то совершенно невозможную, жгучую радость от того, что все сложилось именно так – что у него есть Зар и Мор. Додумать эту радостную мысль Люцу не удалось, так как на поляну, бесшумно взмахивая крыльями, опустился большой черный дракон. Малфой задушено захрипел, а Мор быстро выбрался из-под него, легко вскочил и понесся к чудовищу, вернее, к спрыгнувшему со спины чудовища демону. Повиснув у него на шее, Темный только что не визжал от восторга, восторженно выкрикивая:
– Это мне, да, Балти? Зарри, я люблю тебя, люблю! Подсади!
– последнее слово уже прозвучало, как приказ.
Улыбающийся демон сцепил руки в замок, и счастливый Морнемир, легко от них оттолкнувшись, взлетел, усевшись дракону сразу за рогами, и, лихо свистнув, скомандовал:
– Отпускай!
Балтазар снял подчиняющий ошейник, который позволял ему управлять огромным ящером. Прежде, чем обезумевший от ярости дракон взвился в темное небо, унося на себе орущего от восторга эльфа, демон успел наколдовать неугомонному Мору кожаный костюм взамен разорванной брачной рубахи.
– Балти, ты рехнулся?
– с интересом спросил Люциус, подходя ближе к глядящему в звездное небо Балтазару.
Тот лишь рассмеялся и обнял юношу за плечи. Таким счастливым Малфой не видел демона никогда, тот всегда был собран, немного напряжен, задумчив. А сейчас с его плеч будто упал какой-то груз, словно он помолодел на много-много лет.
– Как ты это допустил! Он же убьет его!
– Что ты, Морри обожает всяких тварей, Хайкрегу ничего не угрожает.
– Я вообще-то о самом Море!
– возмутился Люциус.
– А, - снова рассмеялся Зар, - Морнемир прирожденный укротитель. Вот увидишь, скоро это чудовище будет лизать ему руки.
– На кой ты вообще притащил сюда дракона?!
– Для ритуала передачи сил, - хмыкнул Балтазар, поглаживая Светлого по затылку, обнимая и целуя в висок.
– Но Морри, как всегда, все решил по-своему. Северус бы еще удержался, но не этот сумасшедший эльф.