Демон-хранитель
Шрифт:
– Это мой долг, сир. Лишь то малое, что я могу…
– Хватит, Делли, - остановил поток благодарностей Северус.
– Каждый из нас делает то, что может. Жаль, что можем мы немного. Но и этого пока… достаточно. Без вас с Дро… даже и не знаю, что с нами было. Теперь род Поттер. Этот ребенок – сын Лилит?
– Да, сир. Отличный маленький мальчик, обещает стать очень сильным. Его зовут Гарри.
– Гарри Поттер, -
– Мальчик-который-выжил. Снова.
– Ребенок здоров?
– странно взглянув на супруга, спросил Северус.
– Абсолютно, сир. И уже введен в род. Желаете взглянуть?
Делинталиор сделал шаг по направлению к своему Королю, не замечая, как у того задрожали от напряжения руки. Магия малыша опьяняла. В ней не было той страстной, грубой, упоительной силы, что в Балтазаре, но… он был родным. В гораздо большей степени, чем собственный сын, в котором от Балтазара была в лучшем случае пятая часть. А здесь… магия Джи красиво переплеталась с фоном Лилит, почти идеально повторяя… Именно ПОЧТИ. Не было в малыше того горячего, беспокойного огня, что влек к Балтазару, лишь ласковая чувственность Лилит и сдержанное, укрощенное, мертвое пламя Джеймса.
Северус зажмурился, не в силах заставить себя посмотреть на Гарри. Кто он Балтазару? Брат? Выдохнув, Принц загнал эмоции внутрь и откинул уголок вышитого конверта, прикрывавший лицо новорожденного. На него сонно взглянули глаза того самого, редкого, глубокого цвета, что бывает лишь у изумрудов. Они светились на смуглом лице, как два восхитительных светильника. Легкий темный пушок едва прикрывал чуть красноватую кожу головы. Мальчик сосредоточенно сосал кулачок.
Сердце стукнуло отчаянно, больно, и лорд Принц, сделав над собой усилие, взял Гарри на руки.
– Взгляни, Люц, - сказал он хрипло побледневшему Малфою.
– Глаза, - перешел на эльфийский Тхашш.
– Как мы будем в них смотреть? Как мы вообще будем жить дальше, когда рядом он? Живое напоминание? А когда он станет старше? Когда ему будет двадцать? Двадцать пять? Что делать, Хссаш? Я боюсь однажды вечером, придя с очередного раута под градусом… Люци…
– Я буду рядом. Я тебе не позволю, Сев. Это не… не он. И никогда им не станет.
– Может… как тогда. Наследие? Вдруг Балт… ОН родится снова? Мерлин, как я этого хочу!
– Это не он, - повторил Малфой.
– И никогда им не станет. Принюхайся к его магии. Это обычный ребенок, хоть и очень сильный. Гарри Поттер, тот, из прошлого-будущего, ставший нашим… ставший ИМ, в полтора года отразил Аваду. Посмотри на этого Гарри. Он и от простого Ступефая… Нет, любовь моя, это просто Поттер, вспомни, как гордилась Лилит тем, что ее отпрыск – человек.
Северус еще раз взглянул на смуглую мордашку и, вздохнув, поцеловал его в лоб:
– Добро пожаловать домой, Гарри. Никаких
– И в Хогвартсе я тебя не оставлю. Ради… ради него. Памяти… - он судорожно вздохнул и отогнал болезненные воспоминания о смеющихся зеленых глазах.
– Делли, вы с Дро можете возвращаться, спасибо вам.
– Но, сир! Мы можем помочь…
– Мы справимся сами, Делли. У Дродана скоро новый контракт, мне Балт… мне стало известно об этом. Живите своей жизнью, а мы… должны привыкать рассчитывать только на себя. Я бы, конечно, не отказался от Мастера рунной магии, ритуалистики и меча, но позже. Нужно сначала встать на ноги. Оправиться. И чем раньше мы наглотаемся дерьма, тем раньше выплывем.
– Сир… нет таких слов, способных… мне очень, очень жаль.
– Не плачь, Делли. Ничего уже не поделаешь.
Он еще раз взглянул на ребенка, подавил на корню трусливое желание отдать его на воспитание, пока не поздно, и вызвал няньку-домовуху.
– Каппи, это Гарри. У тебя теперь трое воспитанников.
– Каппи любить маленький хозяин, - поклонилась та.
– Он сильный. Он будет красивый и здоровый, как…
– Ни слова больше. Не смей говорить о Господине. И остальным передай. Не желаю больше о нем слышать, поняла?
– Каппи понять. Хозяин плохо. Хозяин больно. Каппи сказать. Каппи заботиться о маленький Гарри.
– Вот именно. Иди.
Эльфиня исчезла вместе с ребенком.
– Это пока все, - нарушил тяжелое молчание Люциус.
– Нам пора заняться делами.
Все вышли, кроме задержавшегося Дродана. Крупный орк сурово посмотрел на принцев и сказал, тщательно подбирая слова:
– Ваши Высочества, я простой орк, этикетам не обучен, может, что не так скажу, да вы не серчайте на меня. Много хорошего я от Высшего вашего видел, за эльфа моего благодарен ему, опять же. Вижу, что больно вам, да вот дитятки да мамки их не виноваты ни в чем. Не моего скудного ума дело, а все живое ласку любит. Любви заслуживает.
– А мы, Дро?
– вдруг отозвался Люциус.
– Мы не заслуживаем любви?
– Так вы ж друг у дружки есть. Ежели еще и это потеряете, пропадете совсем. И вы, и женки ваши, и дитятки. Простите, коли что не так. Через луну-другую пришлю вам мага боевого. Знакомец мой хороший. Он, конечно, Мастером вам не станет, тут Магия решать будет, а вот перенять у него есть что.