Демон-хранитель
Шрифт:
– Отправляйся в Хогвартс, - приказал он Поттеру-старшему, - разберись там. Ври, что хочешь, но объясни директору, откуда я узнал, что Северусу плохо, будучи в другой части замка, и почему со мной оказался Люциус. Потом ты спрячешь своего сына. Хорошо спрячешь. Потому что если Тхашш умрет, я вырву у Джеймса сердце голыми руками и съем его у тебя на глазах. Если случится чудо, и мой партнер выживет, я просто лишу твоего наследника магии. Легко и быстро. Далее. Мне нужен надежный колдомедик, который ничего никому не расскажет. Немедленно. НУ? Чего стоим, кого ждем?
Лекарь прибыл через пять минут. Демон убрал на время диагностики пламя. Заставив
Гарольд Поттер отбыл в Хогвартс, колдомедик – в Мунго. А Балтазар, удалив заклинанием всю одежду, подошел к алтарю.
– Эл, мне самому не справиться, - глухо признался он, не глядя на Малфоя.
– Я понимаю, что ты не воспринимаешь…
– Ерунда, Балтазар, - остановил его Люциус, раздеваясь.
– Я здесь именно на тот случай, если понадобится моя помощь. Понимаю, что не время сейчас, но… я действительно сожалею. И не хочу, чтобы Черный умер. Только не так – глупо и мучительно. Говори, что делать.
Демон обернулся через плечо и внимательно посмотрел Светлому в глаза, после чего хрипло приказал:
– Раздевайся и становись за моей спиной. Руку. Левую. На сердце мне положи, вот сюда, где голова Хссаш. Чшшш, потерпи, маленький, - это уже Северусу, который снова начал приходить в себя.
– Что бы ни случилось – не убирай руку. Мне нужна твоя магия. Сам я сейчас слишком слаб. Начали.
Люциус встал за широкой спиной, мельком оглядев уродливые шрамы, прижал левую руку к теплой коже на груди демона. Второй, помедлив, охватил его за талию. Так как подвеска, накладывающая иллюзию, осталась лежать на груде одежды, блондин оказался одного роста с Балтазаром. Чтобы лучше видеть, он устроил подбородок на смуглом плече Балтазара, прильнув к нему всем телом.
Темноволосый же, прохрипев: «Ничего не бойся, Эл. И не отпускай меня, что бы ни случилось», положил руки на лоб задыхающемуся Темному, читая нараспев какие-то заклинания на неизвестном Светлому языке. А дальше… дальше отвратительные багровые пузыри, уродовавшие худенькое тело Северуса, пришли в движение и начали переползать на ласковые руки демона. Смуглая кожа его вздувалась, наполняясь жидкостью, волдыри ползли выше, под браслетами на предплечьях, перебираясь на плечи, а с них на грудь. Когда эта гадость просачивалась под ладонью Светлого, он смог в полной мере ощутить, какие же они горячие. Сострадание, обычно не свойственное Малфоям, нахлынуло на Люциуса горькой волной, подступив к самому сердцу. Ему было нестерпимо жаль Снейпа… Северуса, который подвергся такому испытанию.
Глядя на его тонкие запястья и щиколотки, длинную шею и трогательные беззащитные ключицы, Элеманил еле сдерживал отчаяние. Демон тем временем уже забрал себе всю заразу с лица и шеи Темного, переместив руки на грудь, оттуда на живот. Когда дело дошло до самых интимных мест, голос Балтазара завибрировал от боли – волдыри на его теле занимали точно такое же расположение, что и на теле Темного, то есть это его пах налился сейчас невыносимой, пульсирующей болью, отдававшейся в каждой клеточке тела.
Люциус застонал, магия уходила от него к партнерам, как вода в горячий песок. Но ему почему-то
Оттянув на себя последний «экземпляр», Балтазар натужно выдохнул и простонал сквозь зубы:
– Отпускай.
Люциус разжал руки и демон только и успел, что отступить на шаг, как вся эта гадость как будто взорвалась на нем. Малфой бросился к Снейпу, прикрывая их обоих щитом, принявшим вид большого серебристого листа. Зеленоглазый упал в лужу собственной крови и прорычал:
– Не смей приближаться!
Сколько длился этот кошмар, Люциус не вспомнил бы и под пытками. Балтазар метался по грязному полу, то обрастая новой кожей, то сдирая ее удлинившимися когтями. Наконец он, весь покрытый нежно-розовыми пятнами, смог подняться на ноги. Взмахом руки очистив пол, алтарь и себя заодно, демон поманил Люциуса. Тяжело опираясь на его плечо, прошептал:
– Мора поднять сможешь?
– кивок на пребывающего в беспамятстве Северуса.
Малфой сдержанно кивнул и легко подхватил худощавое тело, которое, казалось, ничего не весило.
Как только Северус был надежно устроен на руках у Люциуса, Балтазар переместил их всех в свою комнату в этом доме. Последние силы ушли на то, чтобы увеличить кровать, которая занимала теперь полкомнаты. Устроив Северуса у себя под боком, демон кивнул Люциусу на место около Темного.
– Ему нужна наша магия, - хрипло пояснил он.
Малфой молча занял указанный край кровати, и уже через минуту все спали.
Проснулся Светлый оттого, что Балтазар горячо шептал, обнимая Темного:
– Потерпи, еще рано. Нельзя, Мор. Ты еще очень слаб для пробуждения крови. Подожди еще чуть-чуть, до совершеннолетия.
Северус, названный Мором, был горячим, как котел с кипящим зельем. Он стонал сквозь зубы, по его щуплому телу проходила дрожь. А демон продолжал уговаривать, поглаживая по голове и плечам:
– Чшшш… скоро все будет, как нужно, но не сейчас. Три полных луны осталось, и все мы будем вместе. Снова. Я поймаю тебе химеру, как и обещал. Спущусь в Тандрамаххешш и пересчитаю шипы на хвостах каждой твари, чтобы найти именно такую, как ты просил – со ста тридцатью шестью наростами на основном позвоночнике. И черного единорога тебе достану. Хоть из-под земли. Ты только подожди еще немного, родной. Не пробуждай кровь сейчас, потому что можешь погибнуть. Это тело еще слишком слабое, мой Тхашш. Я так мало успел. Прошу тебя. Ну, хочешь, я уговорю Элеманила обрезать волосы? На коленях буду перед ним стоять, чтобы он согласился. Ты только живи, хорошо? Сердце мое, не умирай. Ты нужен нам. Нужен мне. Вы оба мне нужны. Я уже терял вас. Дважды. Третьего раза мне не пережить. Я ведь не железный, Морнемир. Прошу тебя. Пожалуйста.