Демон против люфтваффе
Шрифт:
– Знаете ли вы, господа, что в разгар битвы за Британию для поднятия нашего воинственного духа на всех аэродромах из каждого репродуктора гремела песня "Бомбы на Англию", сопровождаемая бешеным стуком барабана и рёвом самолётов. Мы терпеть её не могли, а прослушивание этого опуса входило в обязательный предполётный ритуал.
– Ха-ха-ха, - дисциплинированно заржали англичане.
– А помню, летом сорок первого, когда цепляли по одной бомбе под брюхо "сто девятого", подхожу к машине и слышу - из бомбы жужжание. Механик тоже услышал, мы бросились бежать, повалились в
– Оказывается, где-то между бомбой и центропланом завёлся шмель!
Когда стихло повторное ржание, Бадер спросил у друга Адольфа:
– Как при вашей хвалёной дисциплине ты умудрялся курить в кабине "Мессершмитта"?
– Геринг разрешил мне отдельным приказом, - Галланд обвёл глазами присутствующих.
– Представьте, господа, в моём "сто девятом" был прикуриватель, как в автомобиле. Единственный такой самолёт в Люфтваффе!
"Я понял! Это ради меня".
"Что?" - не врубился Иван.
"Рихтгофен-Мёльдерс-Галлан не встретился со мной в воздухе после падения в Ла-Манш. И он решил ударить с другой стороны, перековать моего товарища. Чувствуется школа преисподней, хоть он и был там не очень долго".
"Похоже, Марк, он достиг цели".
"Да. И даром ему это не пройдёт".
Случай плюнуть им в компот предоставился по окончании международной встречи боевых товарищей. Смотрю, Даг тащит немца ко мне, рядом семенит винд-коммандер Роберт Так, тоже побывавший в плену и скорёшившийся с Галландом. У меня невольно закралась мысль, что смелый нацистский асс изо всех сил задабривал английских узников, надеясь на снисхождение после неизбежного поражения в войне. Это ему удалось.
– Знакомьтесь. Адольф, мой друг Вильям - как раз из тех, кто не может вернуться с войны.
– Мы знакомы, - он сделал чуть заметную паузу, улыбнувшись в прокуренные усы.
– Так сказать, заочно. А по поводу не вернувшихся, вы зря иронизируете, групп-капитан. Я почти каждую ночь вижу в прицеле английский или русский самолёт, сбиваю, потом погибаю от огня его коллеги. Кстати, мистер Хант, это вы уничтожили Мёльдерса?
– Да, герр Галлен.
– Полагаю, не очень по-джентльменски? Дострелили повреждённый "Мессершмитт" над Ла-Маншем?
– он глянул испытующе.
Сейчас пытается взять на "слабо". Я готов. Для затравки немного накалим атмосферу.
– После подвигов Мёльдерса в составе легиона "Кондор" и Герники в Испании не считаю возможным применять слово "джентльменство" по отношению к Люфтваффе.
Проигнорировал осуждающий взгляд Бадера. Ты не любишь коммунистов и выходцев из колоний, позволь мне по-прежнему ненавидеть наци. Вернусь в преисподнюю, попрошусь к ним на зону, если не отрядным, то хотя бы контролёром. Правда, желающих поработать в администрации концлагерей для дохлых эсесовцев и прочих истинных арийцев там наверняка предостаточно.
– Я сбрасывал в Тангмере вымпел
– В это время у меня нашлась более важная работа, нежели развлекать вас дуэлями. Наполнял Канал немецкими трупами, знаете ли.
Бадер и Так возмущённо вытянули лица, а Галлан елейным голосом спросил:
– Как сейчас у вас со временем?
– К вашим услугам, герр генерал-лейтенант Люфтваффе.
Он усмехнулся.
– К сожалению, служу в ВВС Аргентины, а не Люфтваффе. Впрочем, это дела не меняет, - немец обернулся к англичанам.
– Даглас, мне один американский киношник звонил. Сожалел, что "Глостер-Метеор" в реальном бою не встретился с "Мессершмиттом-262". Как вы думаете, если обратиться к командованию КВВС, можно организовать совместный вылет?
Бадер с лёгким ужасом оглядел нас обоих.
– Вы всерьёз собрались повоевать?
– Ну что ты! Достаточно сравнить пилотажные качества машин и лётчиков. Из оружия предлагаю только фотокинопулемёты. Можно, конечно, организовать встречу "сто девятого Курфюрста" со "Спитфайром" девятой серии, но это не то, не то. Согласны, мистер Хант?
– Да, герр Галлан.
– Отлично, - он чуть наклонил голову и тихо добавил.
– А там - vae victis (21).
– So mote it be (22).
Организовать сие действо оказалось куда сложнее, чем договориться главным фигурантам. Плюс требования спонсора-киношника - чтобы был безоблачный день. Много таких английской осенью и зимой? Поэтому ждали долго. Наконец в один из редких погожих дней два первенца турбореактивной авиации поднялись в прозрачный воздух графства Кент. Как условились, мы набрали сравнительно небольшую высоту в семь тысяч футов и понеслись друг другу навстречу.
В воздушных турнирах это - обязательный ритуал. Два истребителя демонстрируют лобовую атаку, рано расходятся и начинают карусель, пытаясь зайти в хвост друг другу. Если смог закрепиться на двухстах-трёхстах ярдах, засняв удержание противника на мушке - вроде как победил.
"Мессершмитт" быстро увеличивается. Мы сближаемся со скоростью, более чем в полтора раза превышающей скорость звука. И я понимаю, что ни при каких условиях Галлан не отвернёт.
"И ты не отворачивай" - вопит моё alter ego.
21. Горе побеждённым (лат).
22. Да будет так (жаргон преисподней).
"Ваня, для тебя это - самоубийство. Смертный грех, ему, как правило, нет прощенья. Ни мук, ни Божьей Благодати. Уничтожение души".
"Плевать! Ты же рулишь. Главное - прикончи гада. И не поминай лихом. Прощай".
Мы неслись, словно безумный самурай на "Зеро". Время растянулось... Словно час прошёл, пока уродливое треугольное рыло, окружённое цилиндрами турбин, заполнило обзор. Я уже разглядел голову Галланда поверх прицела, когда время действительно остановилось. Здравствуй, белокрылый мучитель.
"Ты знаешь, что это - конец, и никакие фокусы не спасут?"
"Догадываюсь. Но моя задача - истреблять нацистов. Сейчас я убью последнего из них, до которого могу дотянуться".
"И убьёшь Ивана".