Демон-самозванец
Шрифт:
– Демон, может покажешь нам свою силу? Это всего лишь дверь, и ее надо открыть.
Вот честно признаюсь: лучшего кандидата на такую работу он среди присутствующих выбрать не мог. Сужу об этом на основании кратких наблюдений за действиями местного взломщика. Он даже не дилетант, он вопиющий позор всей нашей профессии. Надеюсь все же, что он не вор, а просто первый подвернувшийся под руку. Остальные ротозеи ничуть его не лучше, так что выбор был невелик.
Но бросаться пахать целину по первому намеку, это не мое амплуа. Потому, придав лицу заинтересованное выражение, уточнил:
–
Насмешку сдуло с Мушду тропическим ураганом. Офицер затряс головой и даже попятился:
– Я такое не говорил! Никакого контракта не будет!
Да он все больше и больше меня боится. То есть боится конечно своих подавляемых суеверных страхов, но и мою роль в этом спектакле не надо недооценивать. Зрители попались неискушенные, здесь не надо быть талантливым актером, сойдет и грубая игра.
Может зря я в воры подался? Может Голливуд и все остальные понесли невосполнимую утрату?
– Не надо так волноваться, я легко перенесу отмену контракта. Но вы все же подумайте на досуге, кто знает, какие сокровенные желания найдутся, - я по-доброму подмигнул все более бледнеющему офицеру.
Вот сейчас его уже с индусом не перепутаешь - вылитый эскимос, к тому же ни разу не загоравший.
– Впрочем, господин Мушду, я все же открою эту дверь. Примите это как искренний намек на наше дальнейшее весьма плодотворное сотрудничество.
Взгляд мой стал как у питона в тот момент, когда он собирается распахнуть пасть перед загипнотизированным кроликом.
На деле я не собирался запугивать суеверного офицера сверх всякой меры, просто не было сил смотреть, как издеваются над честным замком.
Если все взломщики здесь такие, без работы я точно не останусь.
Прикасаться лишний раз к здешнему грязному железу не хотелось, и я попросил солдата:
– Проверните, пожалуйста, замок до отказа влево. Я сказал влево, а не вправо. Вот так уже лучше.
– Но она все равно закрыта, - проблеял криворукий неудачник.
– Разумеется, - кивнул я.
– Здесь ведь две системы защиты: замок, который вы столь долго истязали ключом, и встроенный засов.
– Засов?
– Да, всего лишь примитивный засов.
С этими словами я потянул на себя рычаг, которые эти недалекие люди считали, скорее всего, дополнительной ручкой. При этом пояснил:
– Разумная система: срабатывает быстро, изнутри уже не открыть и в отличие от простого накладного засова закрывается быстрее и с усилием. Если в камере возникнет проблема, надзирателю достаточно выскочить, прикрыть дверь и сделать одно движение. После уже можно не спеша и без риска возиться с ключом. Здесь, как я обратил внимание, во многих камерах так устроено. Странно, что никто из вас не заметил.
Обернулся к Мушду, подмигнул:
– На этот раз бесплатно. Считайте маленьким задатком.
Офицера передернуло, но в тот же миг и его лицо, и лица всех остальных исключая мое и Дата превратились в каменные маски. Военнослужащие застыли по стойке "смирно" и,
И это лишь потому, что дверь камеры распахнулась.
Уж не знаю, что они там собирались увидеть, а лично я ничего такого уж страшного, требующего идеальной дисциплины, не заметил. Разве что позавидовал внутренней обстановке. Там может и сыровато, но имелась койка с матрасом и даже почти чистым на вид бельем. И стол стоял, и два стула со спинками, а не какие-нибудь табуреты. И даже полка с книгами имелась.
Умеют ведь некоторые даже сидеть с комфортом, не то что психованный Дат.
За порог ступил единственный обитатель камеры. Пропорциями тела он походил на кряжистого Шфарича, но размерами его серьезно превосходил. До него на всех здешних обитателей я смотрел сверху вниз, но сейчас глаза наши оказались практически на одном уровне. Ну разве что на сантиметр-другой мои повыше. Но уж Дату до него далеко, а раньше даже с ним никто здесь не мог сравняться.
Но не габариты тут главное, а... Даже не знаю как сформулировать, но с первого взгляда понятно, что это очень сильный человек. И речь здесь идет не о физической силе. Харизма, как говорится, так и прет. Грубое лицо будто небрежно высеченное из камня, взгляд такой, будто не человек смотрит, а всесокрушающая буровая установка. А если вспомнить, что глаза зеркало души, то душа у генерала такая куда беспощаднее, чем у воинства, что заявилось за ним в эту тюрьму.
– Генерал Грул, ждем ваших приказаний!
– доложил Мушду.
Здоровяк не стал затягивать с ответом, рявкнув так, что чуть уши не заложило:
– Болваны! Какой от вас толк, если вы простейший замок открыть не могли?!
– Но...
– Молчать, когда вас не спрашивают! Хочу видеть, кого вы привлекли для такой работы? Наверняка тоже дурак, но в сравнении с вами он просто редкий гений! Показать!
Мушду, прикрывая меня собой, даже на цыпочки поднялся, но тут делать было нечего, пришлось отойти на шаг, показать пальцем, доложить все тем же солдафонским тоном:
– Вот он!
Грул единственный, кто при виде меня не вытаращил глаза от великого удивления. Чуть приподнял бровь, задал уточняющий вопрос:
– Это что еще за чучело?!
– Он...
– офицер на миг замялся.
– Этот человек называет себя южным демоном. Имя его Леон, если не врет. Был обнаружен в специальном блоке вместе с этим, - указал в сторону Дата.
– Надзиратели заявляли, что в камере он сидел один, а откуда взялся этот блестящий, не знают. В камере также обнаружена пентаграмма, с ее помощью якобы и был вызван демон.
– Не знаю кто этот мошенник и откуда взялся, но то, что он поумнее вас, это понятно. Я не о замке говорю, болваны вы мои, а о том, что этот малый ловко обвел вас всех вокруг пальца. У него должно быть есть основания скрывать от нас свою личность, вот и придумал с перепугу сказку. Хотя надо признать, что держится без видимого страха. Эй ты! Демон Леон! Согласен, что мои люди те еще болваны?!
– Целиком и полностью, - мгновенно ответил я.
– И дело даже не в забавной истории с запертой дверью, а во многом другом.