Демон. Дилогия

Ланцов Михаил Алексеевич

– Как думаешь, – задумчиво произнесла Шер, – он ее выкинет из окна или ограничится внушением?

– Даже гадать не берусь, – тихо произнес древний демон, покачивая головой и с неким восхищением наблюдая за сочными тирадами своего внука, которыми тот объяснял Морриган всю неправильность ее поведения.

– Как они увлеченно общаются… – тихо произнес женский голос где-то рядом. Все три демона резко повернулись на звук и увидели Хель с мечтательной улыбкой на лице. – Мне кажется или наша рыжая бестия слегка ошиблась в своих расчетах?

– Будете делать ставки? – сразу оживилась Азура.

– Нет,

что ты, – хмыкнула Хель.

– Внучка, какие ставки?! Эх…

– Переживаете? – не поворачиваясь, спросила Богиня Смерти.

– Не то слово, – вздохнул Бхенар. – Ситуация – хуже некуда. И как из нее выйти с честью – ума не приложу.

– Надеюсь, вы не восприняли предложение нашей рыжей знакомой всерьез? – вкрадчиво спросила Хель, слегка подпустив яду в голос.

– Кхм. Пожалуй, нет.

– Прекрасно…

– Вот ведь сволочь рыжая… – с легким раздражением произнесла Азура.

– Это ее природа, – безразлично произнесла Хель. – Интриги, манипулирование, подначивание на подвиги… нужные ей. Вдохновляющие Боги и Богини всегда такие. А у этой еще огромный опыт выживания в банке с пауками.

– Но ведь ошиблась? – усмехнулся Бхенар.

– Ошиблась, – кивнула Хель. – У вашего внука есть одна струна в душе, которую трогать не нужно… не любит он, когда им манипулируют или заставляют что-то делать. Даже если он готов был выбрать нашу кошечку с котятами, то достаточно поставить его в ситуацию, когда он обязан принять их, и все – бунт. Просто какая-то дикая ярость вспыхивает. Даже не знаю, откуда это в нем берется. Так-то он незлобный.

– Да… есть такое, – кивнула Шер. – Я его в свое время за эту струну и поймала, когда отправила на перерождение.

– О! – заметил Бхенар. – Тональность сменилась. Видимо, стал выдыхаться.

– Полчаса цветистого мата, – хихикнула Азура. – Да еще в гроулинг-исполнении. Признаться, мне жаль Арину.

– Мне тоже, – согласилась Хель. – Бедняжка пала жертвой этой рыжей заразы.

– Но ведь… эм… – начал говорить, но осекся Бхенар.

– Вы не понимаете, как я могу жалеть соперницу? – с чуть заметной улыбкой закончила невысказанный вопрос Богиня Смерти.

– Да, – вместо отца кивнула Шер. – Я бы ревновала. Хм… да нет. Просто хотела бы убить. Стереть в порошок. Чтобы даже памяти о ней не осталось.

– А зачем? – недоуменно пожала плечами Хель. – Девочка не виновата ни в чем, несмотря на то что волею случая оказалась вправе претендовать на вашего сына. Но… – она кивнула на рев Макса, все еще доносящийся из окна. – Я поняла, что задумала рыжая бестия сразу, как узнала о беременности Арины. Но не стала мешать. В конце концов это дети Макса и мне их убивать не стоит. Зачем портить с ним отношения? Рыжая плутовка сама загнала себя в угол, неправильно оценив его реакции. Нашего героя нельзя заставлять, если не хочешь, чтобы он от тебя отвернулся.

– Героя? – удивился Бхенар.

– Полагаю, что да. Пророчество развеялось. Он свободен. А наш мир стал оживать. Возведенные им храмы двенадцати Богов на площади Сальдора стали наполняться силой. Через несколько лет это приведет к возрождению новых Богов, и стабилизация мира увеличит свои темпы. Его участие уже не особенно и нужно.

– Хм, – хмыкнула и подозрительно посмотрела на нее Шер. – Получается, ты все время контролировала

ситуацию?

– Ты мне льстишь, – мило улыбнулась Хель. – Нет, конечно. В некоторые моменты мне приходилось полагаться на волю случая. Но я старалась.

– Почему же тогда не стала развивать отношения с сыном до того, как у него случилась эта неприятность с Ариной?

– Тогда я имела над ним власть, и он от меня никуда сбежать не мог. И если бы я тогда постаралась навязаться, то Макс приложил бы все силы, чтобы от меня удрать. В чем-чем, а в этом я неплохо разбираюсь, – горько усмехнулась Хель. – Практически все мои возлюбленные всегда пытались от меня скрыться и избежать отношений любой ценой. Твой сын не переносит, когда его заставляют что-то делать. И лучший способ его потерять – именно пытаться навязаться и заставить. Поэтому я ему помогала, но стояла в стороне и терпеливо ждала. На самом деле я сильно разозлилась, когда рыжая морда сунула свой нос в этот вопрос. Но потом, поняв, что она задумала, не стала вмешиваться. В конце концов, она сама гнала Макса ко мне.

– Макс… – недовольно проворчал Бхенар. – Почему он все-таки оставил это имя?

– Сказал, что привык к нему с первого рождения, – заявила Азура. – Оно все-таки принадлежало первичному телу, с которым у него порваны все нити судьбы.

– Но почему он не оставил имя крови?

– Буркнул, что не нравится, – пожала плечами Азура. – Он вообще после инициации какой-то сам не свой.

– Неудивительно, – произнесла Хель и лукаво на нее посмотрела. – Или ты думаешь, можно просто так прогуляться по краю Бездны, умереть уже во второй раз и возродиться без последствий? Макс очень рисковал. Я, конечно, за ним присматривала и помогала чем могла, но все-таки… Инициация была крайне тяжелая. Хорошо еще Пророчество вовремя отступило и развеялось. Иначе он бы там и умер на дороге…

– Вот как… – тихо произнес Бхенар. – Я и не догадывался…

– Никогда бы не подумала, что буду так за кем-то бегать…

Спустя несколько минут в особняке

– Значит так, – свирепо глядя на совершенно подавленную Морриган, произнес Макс. – Если ты хочешь вновь увидеть своего любимого Элигора, то тебе придется приложить все усилия и изменить мое отношение к тебе.

– Что? – рассеянно произнесла Морриган.

– Ты еще и глухая? – снова стал заводиться Макс.

– Но как?

– Это тебя не касается. У тебя свои секреты – у меня свои. Так что думай. И будь уверена, второго шанса не будет. Ты ясно поняла меня?

– Да, – сдавленно пискнула Морриган, выпадая буквально в осадок от услышанного.

– Теперь ты, – он обернулся к совершенно бледной Арине. – Против тебя я ничего не имею, – несколько смягчившись, произнес демон, – но мне не нужна рабыня ни в роли женщины, ни в роли жены. Особенно жены.

– Рабыня?

– Ты полностью и абсолютно зависима от этой рыжей морды. Даже в постели, где фактически секс будет на троих. До тех пор пока ты рабыня, нам не о чем с тобой говорить. Детей поддерживать буду, но не более того. А ты, – он обернулся к Морриган, – если попытаешься манипулировать мной через детей, то потеряешь даже тот шанс, что имеешь. Ведь тебе хочется снова его увидеть… обнять… поцеловать…