Демон

Головачев Василий Васильевич

Видов безмолвно вышел.

— Новости с Ховенвипа? — повернулся я к Дайнису.

— Почти ничего, — ответил тот. — Чистильщикам удалось отыскать, а Люции прочитать последний из уцелевших документов, но это всего лишь история открытия Демона на Луне.

— Останешься в резерве… Вызываю транспортную инспекцию Евроцентра. Немедленно отменить полеты всех транспортных средств над территорией Русской равнины до особого распоряжения! Как поняли?

— Понял, исполняю.

— Вызываю отдел охраны среды ВКС.

— Отдел на связи, —

строгий женский голос.

— Сутки назад управлением аварийно-спасательной службы был выдан заказ на планетарный контроль атмосферы. Есть данные?

— Минуту… данные есть. На высотах двести пятьдесят и триста девяносто километров отмечены магнитные аномалии линзовидной формы. Структура не выяснена, эксперты продолжают работу. По сравнительным характеристикам аналогий с естественными образованиями, равно как и с искусственными, не имеют.

— Почему не сообщили об этом раньше?

— Заказ вашего управления пришел с пометкой «поиск опасности», а магнитные линзы опасности не представляют.

Я выругался в душе. Сам виноват, надо было проследить за выдачей заказа лично. Черт бы побрал пунктуальность экспертов ООС! Может быть, это и не Демон, но наверняка что-то, связанное с ним. В атмосфере Земли давно не открывали аномалий такого типа.

Калашников смотрел на меня пытливо и с интересом, и я понял значение его взгляда: до сегодняшнего дня он знал меня только как сына директора, а не как инспектора, причем по оценкам Лапарры, а не лично. То, что я стал координатором операции, для него неожиданность. Впрочем, я тоже знаю его неважно, три года назад, когда я уходил в поиск, заместителем отца был другой человек. Хорошо, что не вмешивается, и на том спасибо.

— Передайте координаты линз на крейсер УАСС «Сташевский» и в ТФ-обсерваторию в Двингелоо. Параметры каналов связи вам сейчас сообщат. — Я нашел глазами Первицкого и жестом дал понять, что требуется сделать. — Вызываем центр системы СПАС.

— СПАС-центр на связи, — ответ на интрелинге, а не на русском.

— Отчет за последние сутки.

— Кто запрашивает?

— Ромашин, отдел безопасности.

— Безобразие продолжается, камрад Ромашин! СПАС не может работать эффективно! — Голос резкий, с дифтонгами в нос, говор быстрый, с проглатыванием окончаний; обладатель такого темперамента обязательно должен жестикулировать. — На аварийных частотах каждый час шумовое эхо! Займитесь этим побыстрее.

— Понял. К вам сейчас прибудут специалисты. — Я наклонился к Калашникову. — Вызовите Лилова и экспертов по ТФ-связи, пусть помудрят с анализом шума на пределе теории. Нужно узнать хотя бы вектор неизвестных ТФ-передач… Вызываю флагман флота-два «Сташевский».

— Здесь, — отозвался не по уставу крейсера Володя Калаев.

— Ваши инженеры должны слышать ТФ-эхо на аварийных частотах. Проверьте, не является ли это следствием сигнала на сверхвысоких частотах, у вас же имеются трассеры, работающие на всех мыслимых диапазонах.

— Не на всех, но

сделаем.

Виом перед нашим сектором общего пульта показывал Землю с высоты ста километров — спокойная, сотни раз виденная картина. Лишь приглядевшись, можно было заметить несколько искусственных тел: спутники контроля погоды и связи, станцию СПАС, крейсер СПАС-флота, несколько лучей орбитальных лифтов, кольца энергопередатчиков, ничто не говорило о концентрации над Европой сил, направленных на поиск Демона, разве что присутствие крейсера на столь низкой высоте. В разрывы облаков проглянул затушеванный синью контур Европы.

— Теперь ждать? — спросил Первицкий.

— Теперь будем действовать, я — на «Сташевский». Будь готов к приему командования, на случай, если мне придется стать исполнителем.

На крейсер я прибыл через пятнадцать минут. Начинались кардинальные события, и крейсер был самым подходящим в смысле подвижности и мобильности центром связи и управления силами УАСС.

— Сообщение из Двингелоо, — встретил меня Калаев в командном зале. — Источник ТФ-шума находится в атмосфере Земли. Не те ли магнитные линзы?

— Вполне может статься, — сказал я, снова включая «босса». — На Демона, правда, они не похожи, но вдруг это те самые, кто прилетел за ним? Анатолий, узнай, что там с Яном, где он, может понадобиться его консультация.

— Точно запеленговать источник ТФ-передачи невозможно, сам знаешь, — продолжал Калаев. — Насчет высших частот ты был прав — сигнал передается где-то в гипердиапазоне, и даже наши трассеры для его опознавания не годятся. Ничего подобного ни эксперты, ни специалисты по ТФ-связи не встречали, даже теорией не решены проблемы передачи такого сигнала! Может, телескоп в Двингелоо захватит хотя бы край диапазона? У них аппаратура помощней.

— Пусть сделают все возможное.

Было ясно, что этот необычный сигнал — «след» переговоров двойника Зо Ли с «начальством» или еще с кем-то здесь, на Земле, или в Солнечной системе.

— Магнитные линзы мы обнаружили, — продолжал Калаев. — Их две, и обе медленно кружат над северной частью Европы. Пробуем прозондировать. Правда, там крутятся модули ООС, изучают, так сказать.

— Модули вернуть на базу. Если линзы представляют собой природные образования, время на их изучение у экспертов еще будет, а если линзы связаны с Демоном… Отдел коммуникационной службы УАСС на связь.

— Отдел на связи, — отозвался суровый мужской голос. — Срочное сообщение Ромашину. Фигурант всеземного розыска Зо Ли в настоящее время находится в Угличе, ведем наблюдение. Ваши приказания?

— Ждите моего прибытия, — сказал я, оглядываясь на Калаева. — Продолжайте работать по линзам. Анатолий, пока не появился Демон, я возьму Зо Ли, на это время ты главный. Как понял?

Молчание. Наконец голос Первицкого:

— Понял. Не рискуй, Зо Ли нам нужен не больше, чем ты.

— Пришлите в Углич Дайниса. Конец «босса-один».