Демон

Парсиев Дмитрий

Что тут сказать. Знак кирпич. Хода нет. Разворачиваюсь, чтоб идти обратно, но по тоннелю по моим следам идут семеро вампиров… понимаю, шли за мной всю дорогу, а в нужных местах обгоняли и направляли по нужному им пути. Молодцы, привели в ловушку дурачка легковерного. Добегался Витя. Прижимаюсь к стене, стискиваю в руке покрепче плеть, дешево не дамся.

— Подойди, не бойся, — окликает меня высший вампир.

— Так вы все-таки умеет разговаривать? — зло скалюсь, в добрые намерения вампиров я не верю.

— Мы не причиним тебе вреда, — высший сама любезность.

Остальные семеро остановились в нескольких

метрах от меня. Ухмыляются. Еще бы, зажали засранцы. С одной стороны высший, с другой- семеро. Ладно, я не гордый. Иду к высшему. Семеро следуют за мной, как почетный конвой.

— Ты хочешь найти темный обелиск сопряжения, — не спрашивает, а утверждает высший, — Мы отведем тебя к нему.

— С чего бы? — в альтруизм вампиров я верю еще меньше, чем в их добрые намерения.

— Меня зовут Аристарх, — вместо ответа сообщает высший вампир, — Пошли, сам все увидишь.

Вампирюга разворачивается и идет. Не оглядывается даже. Уверен гад, что никуда я от него не денусь. Я следом, что мне еще остается, за мной остальные семеро. Какие идеи, Витя? Идея пока одна, и она мне не нравится. Если они и приведут меня к какому-нибудь обелиску, то только затем, чтоб сотворить какой-нибудь очередной ритуал… скорее всего кровавый… скорее всего с моим участием… в качестве жертвы.

Но я ошибся. Он привел меня в почти пустое помещение. Что тут было раньше, непонятно. Но мало ли в метро помещений. Никакого обелиска или другого артефакта нет. На походной раскладушке лежит женщина, очень красивая. Черные как ночь волосы, а кожа бледная, будто ее никогда не касались лучи солнца: «матриарх вампиров, ур. 54, в коме, чрезвычайно истощена» Вот теперь я догадываюсь, зачем меня сюда притащили, чтоб напоить вампиршу моей кровушкой. Другое странно. Никто меня не хватает и под белы рученьки не вяжет.

— Ты правильно все понимаешь, — будто прочитав мои мысли, проникновенно говорит мне высший, — Но поделиться своей силой ты должен добровольно.

Высший ловит мой кислый полный недоверия взгляд.

— Ее зовут Лия. Нам удалось пробиться на этот слой реальности, но этот мир выжег ее силовые каналы, — он говорит буднично, будто я какой-нибудь его давний знакомый, подвернулся случайно, чтоб выслушать историю о досадном дорожном происшествии, — Ты уникален, в твоих жилах течет кровь демонов, при этом твоя энергетическая сущность завязана на матрицу этого мира. Идеальный донор… для нее…

Высший смотрит на меня немного устало, немного напряженно, но без угрозы. Будто не ждет от меня ничего, кроме понимания.

— Это будет честная сделка, — терпеливо продолжает Аристарх, — Поделишься силой, взамен мы отведем тебя к обелиску.

— А что значит, поделишься силой? — уточняю осторожно, — В живых я останусь?

— Разумеется, — вампир даже руками всплескивает, будто никак не ждал от меня таких нелепых сомнений, — Это даже обязательно. Донор должен остаться в живых. Для тебя — сущая мелочь. С твоим метаболизмом и регенерацией восстановишься полностью через полчаса.

Мне вот прям очень хочется верить этому вампиру, но зудит червячок сомнения. Не верю, и все тут.

— Я понимаю, — черные глаза Аристарха смотрят мне будто прямо в душу, — Я не вправе тебя принуждать. Только просить… мы выйдем.

Коротким кивком вампир дает знак другим вампирам и выходит из комнаты первым. За ним остальные семеро. Дверь закрывается

снаружи. Я остаюсь наедине с женщиной матриархом. Вот как это понимать? Высший меня насквозь видит, что ли? Ведь даже плеть не отобрали, будто точно знают, что беспомощной женщине ничего плохого я не сделаю. А я на самом деле не сделаю, даже если она вампирша.

И все равно странно. Настолько мне доверять… может у Аристарха от долгого нахождения в замкнутых пространствах кукушка поехала? Неправильный он какой-то вампир. Меня прям нерешительность одолела, мне неловко, стою мнусь с ноги на ногу. А взгляд все равно притягивается. Молочно-белая кожа. Одежды, считай, и нет на ней. Пара узких тряпичных полос на бедрах и на груди, которые мало что скрывают. Делаю неуверенный шаг, затем еще шаг… и еще.

Я стою над телом женщины… над совершенным телом женщины. Она не дышит, она не теплее бетонной стены, она почти кукла… но она не кукла. Я чувствую в ней жизнь, что едва теплится. Прикасаюсь пальцами к ее холодной шее. Никакого биения пульса не ощущаю. Так ведь она же нежить. И не должно быть никакого пульса. Странно, и все-таки она живая.

Провожу подушечками пальцев по ее губам. Губы мягкие, податливые. Они чуть растворяются, приоткрывая белейшие зубы. Вторую руку просовываю под ее шею и немного приподнимаю ей голову. Веки затрепетали. Приоткрылся рот. Теперь вижу, как выдвигаются рефлекторно ее клыки, она чувствует меня, мою горячую кровь. Ну все, Витя. Ты ведь уже все понял. Дело за малым. Наклоняюсь и прижимаю свою шею к ее губам.

Острейшие клыки прокололи мою кожу как тончайший медицинский шприц. Это даже приятно… это очень приятно… это возбуждает. Я хочу, чтоб они вошли глубже… прямо в вену… еще глубже, черт. Я утрачиваю самоконтроль. Система выкидывает перед моим гаснущим взором тревожную красную надпись: «внимание, вам в кровь введен сильнейший нейротоксин, срочно примите противоядие». Последняя мысль, что пришла мне в голову, оказалась довольно здравой: «дурак ты, Витя. Это у тебя кукушка поехала».

Прихожу в себя, и тьма перед распахнутыми глазами мгновенно вгоняет в панику: «капец, меня опять в зомби превратили… но нет, там другое состояние…», — не успел успокоиться, как обухом по голове прошибает другое предположение: «они превратили меня в вампира». Вызываю интерфейс, читаю статы. У-уф. Пронесло. Я по-прежнему демон. Как все в жизни относительно, — я демон, и меня это несказанно радует.

Вместе с сознанием понемногу возвращается и зрение с осязанием. Я сижу на полу в той же комнате, привалившись спиной к холодной стене. На корточках передо мной сидит Аристарх. В его руках пустой фиал. У меня во рту травяная горечь. Похоже он в меня что-то влил, и эта настоечка привела меня в чувства.

— Как тебя зовут, э-э… парень? — спрашивает высший вампир чуть ли не с заботой в голосе.

Фига с-се. Да эти вампиры прям высокоранговые мастера по разрыву шаблона. Моего имени ни демоны, ни люди не спрашивали. А тут вот, пожалуйста, нежить интересуется…

— Виктор.

— Ты что же, Виктор, — Аристарх укоризненно качает головой, — Зачем шею подставил? Она ведь без сознания была, на одних рефлексах могла досуха тебя выпить.

— А как надо было? — спрашиваю ошалело, и стоящие рядом вампиры посмеиваются, мой вопрос им, видите ли, смешным показался.