День Бури
Шрифт:
В юности Палин был сильным и могущественным чародеем. У него был дар, наука давалась ему легко, и он творил великие чудеса. С годами магу стало недоставать силы воли и решимости, его чары уже не были такими ошеломляющими. Только опытные чародеи могли в полной мере оценить его искусство. Сейчас Палин заклинал огненную стихию, пропуская ее через канал, оканчивающийся у него на ладони.
– Ого! – воскликнула Блистер.
Маг открыл глаза. В руках у него появилась мерцающая сфера. Она вспыхивала белым, оранжевым и алым цветом, как огонь походного костра,
– Ну, давайте посмотрим, что оставил после себя дракон, – сказал Палин и повел всех в глубь пещеры.
Неподвижный воздух внутри был насыщен трупным запахом, таким сильным, что у Палина заслезились глаза. Повсюду валялись клочья шерсти и обглоданные кости. Он встал на колени, чтобы рассмотреть их.
– Верблюды, – сказал он. – Только очень большое существо могло съесть столько верблюдов.
Следуя по каменному коридору, постепенно спускающемуся вниз, друзья вошли в огромное подземелье шириной в несколько сотен футов. Дышать по-прежнему было тяжело, но здесь не так сильно пахло гнилью. Свет, исходивший от шара в руке мага, освещал стены и потолок, но не рассеивал теней, которые цеплялись за ниши и выступы, образованные скалами.
– Я никогда не была в такой огромной пещере? – весело прощебетала Блистер. – С чего же начать, с чего начать? Палин, посмотри-ка сюда!
Кендерша стояла у скалистого выступа, указывая на чистый участок пола. Палин заметил глубокие выемки в камне, образующие какой-то узор. Он стал сметать оставшийся песок, чтобы увидеть рисунок целиком. Блистер принялась было помогать ему, но быстро сбежала, чтобы продолжить обследовать пещеру. Часть рисунка показалась Палин знакомой. Это был фрагмент заклинания, которое он когда-то знал.
– Интересно, почему дракон полагался на этот вид магии, – удивился маг вслух, внимательнее изучая изображение. – У них ведь есть скрытые врожденные силы. Искривленная линия олицетворяет изменение или возрождение, волнистая, пересекающая первую, имеет золотое напыление по всей длине и символизирует силу и энергию, круг, наполненный воском, прорезающий половину диска луны, обозначает…
– Палин! – окликнула его Ферил. Они с Блистер стояли на коленях и что-то разглядывали на полу. Прямо над ними в потолке была трещина. В слабом свете, падавшем сверху, различались следы, напоминающие снежные хлопья. – Взгляни на это. – В голосе эльфийки слышалась тревога, поэтому Палин быстро оторвался от диаграммы.
Риг, который был занят тем, что постигал громадные размеры помещения, быстро присоединился к ним.
– Это часть отпечатка большого следа, – разглядел он, наклоняясь через плечо эльфийки. – Выходит, что твои приятели-зверушки были правы. Это действительно логово дракона. А еще это значит, что я сейчас же пойду дальше, на поиски сокровищ. Я говорил вам, что поход будет недолгим.
Ферил нахмурилась и загрустила.
– Это, должно быть, след от когтя. По-моему, от маленького когтя правой передней лапы.
– Охо-хо, –
– Да, у дракона очень большие когти, – сказал Риг, – ну и что теперь? Это и так известно. Мы видели его близко, когда он убивал Шаон. Пошли, Блистер, мне потребуется помощь, чтобы наполнить это. – Он снял с пояса два кожаных мешка и один протянул кендерше. Блистер не шевелилась, поглощенная тщательным изучением отпечатка.
– Эта отметина слишком большая, – взволнованно объясняла эльфийка. – Дракон, который убил Шаон и Дамона, был слишком маленьким, чтобы оставить этот отпечаток. Верите вы в это или нет, но я думаю, что мы в пещере другого дракона.
– Охо-хо, – повторила Блистер еще тише.
– А отпечаток свежий, оставлен день назад, – продолжала Ферил.
– Это берлога живого дракона? – спросил Риг, и его голос внезапно стал тише. Мореход с трудом сглотнул и поглядел на Палина. – Копье на корабле. Я думал, что дракон мертв и оно не понадобится. Пойдемте-ка отсюда, пока не поздно.
– Уже поздно, – прозвучал скрипучий голос у входа.
Паника овладела четверкой. Все, как один, обернулись, чтобы посмотреть на говорящего.
У входа стояло существо, похожее на дракона. Но у него не было передних лап, только перепончатые крылья, как у летучей мыши, достигавшие в размахе пятидесяти футов. На концах крыльев росли большие острые шипы. Длинная гибкая шея вытягивалась, словно гигантский удав. Чешуя и кожа были цвета затвердевшей грязи, пятна на брюхе напоминали рассыпанный, гравий. Чудовище угрожающее клацало вытянутыми челюстями, заполненными двойными рядами острых зубов. Большие грушевидные глаза, черные как ночное небо, сверлили пришельцев. Зверь щелкнул хвостом, усеянным ядовитыми колючками, выпустил когти задних лап и шагнул ближе. Песок стелился по полу под взмахами крыльев.
– Это виверн, – заметил Палин.
– Коричневый дракон, о котором упоминала ящерка, – сказала Ферил.
– Я никогда такого не видела, – прошептала Блистер. В ее голосе послышались нотки благоговейного ужаса.
– Хвала богам, это не настоящий дракон, – вздохнул Риг, немного успокоившись, – и уж наверняка это был не его след.
Мореход вытащил саблю. Клинок, сверкнул в лучах волшебного шара.
– И он даже меньше того, что убил Шаон. Я возьму его.
– Что возьмешь? Что-нибудь украдешь? Хозяин будет в бешенстве! – заревел вошедший.
– Я не думал, что виверны умеют говорить, – удивился Палин.
– А они и не умеют, – ответила Ферил.
– Что нашел? – раздался такой резкий голос, будто гвоздем царапали по стеклу. – Что-то нашел?
И тут появился второй виверн. Этот был немного меньше, но выглядел точно так же. Он хлестал хвостом из стороны в сторону, вытягивая шею, чтобы лучше видеть происходящее из-за крыла первого.
– Люди. Нашел людей. Думаешь, они были здесь?
– Не знаю. Их не было, когда уходил. Теперь здесь. Было жарко, когда уходил. Теперь холодно. Люди пришли между жарой и холодом. Глупые люди.