День гнева
Шрифт:
Двое нападавших с балкона уже продвинулись в коридор, когда Слепнев за шиворот втащил одного из убитых офицеров в туалет, находившийся рядом с дверью. Марек, выскочивший с пистолетом, отстреливался от нападавших и слышал, как ломятся в дверь остальные сотрудники группы захвата.
— У нас гости, — крикнул Марек.
— Сейчас выйду, — крикнул в ответ Слепнев, появляясь в коридоре. Он уже успел снять с убитого бронежилет и надеть его на себя.
— Отойди! — закричал он Мареку и, когда подельник чуть посторонился, проверил оружие и подошел к двери, готовый
— Что у вас происходит? — спросил Корниенко у командира группы захвата, включив переговорное устройство.
— Моих людей убивают, как баранов, — закричал тот, — там целая группа террористов. Они заперлись в квартире и убивают моих людей. Из первой штурмовой группы погибли все до одного.
— Там Слепнев, — сказал Демидов, — я вызову наших людей.
Он достал телефон. Корниенко с неудовольствием посмотрел на него и достал свой.
— Срочно пришлите подкрепление, тут вооруженные террористы.
Марека ранили в плечо, он взвыл от боли и рухнул на пол. Слепнев обернулся, выругался и, достав второй пистолет, открыл беспорядочную стрельбу. Оба офицера ФСБ получили ранения. Один оказался отброшенным к балконной двери и сполз на землю, оставляя за собой длинный кровавый след. Второй был ранен в левую руку и в шею, отполз в сторону и громко взывал о помощи.
— Все, — сказал Слепнев Мареку, — отсюда они уже не полезут.
— Я ранен, — стонал Марек, — у меня перебито плечо.
— Идти сможешь?
— Вроде бы смогу, — Деружинский попытался подняться.
— Тогда будем прорываться.
Во входную дверь снова стали ломиться. Это была вторая группа захвата. Соседи, слышавшие выстрелы и дикие крики, в ужасе попрятались. Но кто-то все же вызвал милицию.
Через десять минут внизу уже выли сирены. Вся квартира была в дыму.
— Марек, — сказал Слепнев, — мне нужно отсюда вырваться. Если удастся, потом и тебе помогу.
— Понятно, — кивнул тот.
— Нас предали, — сказал полковник. — Кто-то навел их на след. Будь осторожен.
— Постараюсь.
— Держись до последнего, — попросил Слепнев, — я постараюсь прорваться. Иди в спальню. Там можно забаррикадироваться и отстреливаться. Дай мне хотя бы пять минут.
Они обменялись рукопожатиями. Слепнев бросился к туалету, когда над головой прогремел выстрел. Это стрелял из столовой раненый сотрудник ФСБ.
Марек скрылся в спальне. Дверь наконец поддалась, и в квартиру ворвались сотрудники ФСБ. Услышав крики о помощи, один из них бросился в столовую, а остальные двое открыли огонь по спальне, где был Деружинский.
— Как это могло получиться? — спросил Корниенко. — Каким образом они оказались вместе?
Наверх уже спешили сотрудники милиции и уголовного розыска. Повсюду слышались крики, выстрелы, плач перепуганных соседских детей. Сотрудники отнесли убитых товарищей вниз, положили на землю. Демидов обратился к вырвавшемуся из этого ада оперативнику, чтобы узнать, что именно произошло в квартире, но тот ничего не ответил и поспешил к стоявшим во дворе машинам.
Марек не успел даже расстрелять первую обойму. Ему удалось продержаться всего
— Здесь был еще второй! — закричал из столовой раненый.
Стали искать второго. Между тем сотрудник ФСБ, к которому обратился Демидов, так и не подошел к нему, а направился к одной из машин, сел за руль и стал медленно выезжать со двора.
«Интересно, куда он сейчас едет?» — подумал Демидов, взглянув на сотрудника, лежавшего на земле.
— Где второй? — раздались крики сверху, когда Демидов увидел завернувшую за угол машину и бросился к своему автомобилю.
— Скорее, — крикнул Демидов, махнув рукой Корниенко, — садитесь в машину. Он уходит.
Корниенко, не понимая, что происходит, бросился к машине.
— В чем дело?
— Быстрее, он уходит. Это Слепнев.
В следующее мгновение Демидов уже выезжал со двора, крикнув водителю одной из машин ГАИ, чтобы следовал за ними. Корниенко в ярости стиснул зубы. Значит, Слепнев был там. Если они его упустят, он никогда себе этого не простит.
Наверху командир группы с ужасом смотрел на страшную картину. В столовой лежал убитый офицер и еще один тяжелораненый. У лежавшего на полу в коридоре пульс еще прощупывался. Один, почти голый, с разбитым лицом, валялся в туалете. Пятого сотрудника вообще нигде не было, но командиру сообщили, что двое его людей спустились вниз. Он был в шоке и только сокрушенно качал головой. У двери лежала женщина, добитая кем-то из террористов. Из распахнутого халата проглядывало ее молодое, белое тело. А в спальне, залитый кровью, лежал Марек. Для него все закончилось в один миг.
— Почему двое? — вдруг спросил командир группы. — А все остальные здесь? Двое… — Он вдруг понял, по какой причине один из его сотрудников оказался раздетым.
— Остановите его! — закричал старший офицер, бросаясь к балкону. — Остановите! Это полковник Слепнев.
День второй. Лондон
22 часа 10 минут
Он часто размышлял о том, какая странная штука время. Оно то стремительно мчится, и годы летят как мгновения, то замедляет свой бег, превращая мгновения в годы.
Они не заметили, как прошли еще два часа. Он старался забыть о близкой разлуке, а Джил что-то увлеченно рассказывала, смеялась, предавшись воспоминаниям. Ей хотелось рассказать все, исповедаться перед этим странным, так внезапно ворвавшимся в ее размеренную жизнь человеком. Ей казалось, что еще в пансионе она видела его в своих мечтах, девичьих снах, вела с ним нескончаемые беседы. Что она знает его давно и ждала встречи с ним. Воспитываясь в пансионе, она не знала ни материнской ласки, ни любви брата, ни отцовской заботы, ей так не хватало тепла и нежности. Но нынешней ночью она была вознаграждена с лихвой. Неизвестный мужчина сразу стал близким и родным. Казалось, его сильные руки способны защитить ее от всех превратностей судьбы.