День гнева
Шрифт:
— Здравствуйте, Родион Александрович, — поздоровался Дронго, — мы к вам.
— Кто вы такие? — упавшим голосом спросил хозяин. Сын с недоумением смотрел на него.
— Пришли передать привет от ваших друзей из Центра. Они там отличились, — ответил Дронго. Корниенко не вмешивался в разговор. Ротецкий схватился за сердце, прислонился к стене.
— Тебе плохо? — бросился к нему сын.
— Нет. — Отец выпрямился. — Иди к себе.
— Может, тебе помочь…
— Иди в комнату, — приказал отец, и сын, оглянувшись
— Давайте выйдем, — предложил Ротецкий, — я не хочу разговаривать дома.
Они вышли, и Ротецкий плотно закрыл дверь, словно хотел отгородить семью от того, что должно было с ним произойти.
— Вы приехали за мной? — спросил он. — Предъявите ваши документы.
— Я полковник ФСБ, — Корниенко достал удостоверение. — У меня пока нет санкции на ваш арест. Мы считали, что у вас хватит здравого смысла согласиться сотрудничать с нами.
— Майор, вы не ребенок, — добавил Дронго, — вы проиграли. Надеюсь, вы это понимаете?
— Я знал, что это плохо кончится, — печально произнес Родион Александрович, — я это чувствовал.
— У нас нет времени, Ротецкий, — прервал его излияния Дронго. — Нам нужно знать все. И прежде всего имя заказчика. Вы понимаете?
— Конечно, понимаю, — с тяжелым вздохом ответил Ротецкий. — Разрешите, я оденусь и спущусь к вам в машину. Вы ведь на машине?
— Нет, — жестко ответил Дронго, — о случившемся в Центре с минуты на минуту узнают те, кто приказал вам послать туда ваших людей. Мы проверили, все трое — бывшие сотрудники милиции. Мне нужно имя того, кто приказал вам это сделать.
— Понятно. Да, конечно. Все кончено. Вы оформите мое сотрудничество с вами? Добровольное сотрудничество?
— Обещаю, — сказал Корниенко, — скажите, кто приказал устранить Полетаева.
— Генерал Скороденко, — выдохнул Родион Александрович.
Они переглянулись. Корниенко уже слышал эту фамилию.
— Он ведь уже на пенсии?
— Да, уволился два года назад. Но собирается вернуться. Ему пообещали должность заместителя министра МВД, если выполнит задание.
— Кто пообещал?
Ротецкий покачал головой.
— Этого я сказать не могу. У меня семья, дети. Пусть сам генерал вам расскажет…
— У нас нет времени. Поймите, этот человек не оставит вас в живых, если мы до него не доберемся. Наверняка захочет убрать такого опасного свидетеля, — повторил Дронго. — Или вы в этом сомневаетесь?
Родион Александрович молчал, глядя куда-то в сторону, видимо, не знал, что делать. Потом наконец сказал:
— Черт с ним. Мне уже нечего терять. Скажет Скороденко или не скажет, кто знает. А мне точно известно, кто приказал устранить Полетаева, — наш первый замминистра.
— Тихонин, — едва слышно произнес Корниенко, — значит, это он.
— Кто это? — спросил Дронго.
— Интриган, настоящая сволочь, — ответил Корниенко. — Поднимался наверх по трупам товарищей
— Вот именно, — сказал Ротецкий, — мы знали, что, если уберем министра финансов, завтра полетит все правительство. Тихонину уже пообещали должность министра МВД, а Скороденко он собирался сделать своим заместителем. Так они и планировали.
— Кто обещал Тихонину должность министра? — спросил Корниенко.
— Этого я не знаю, — пожал плечами Родион Александрович, — так высоко меня не пускали.
— Где Слепнев?
— Мы ищем его. Но он словно сквозь землю провалился. По распоряжению Тихонина ему перевели полмиллиона долларов в какой-то австрийский банк. Слепнев обещал все сделать до пятницы.
Дронго и Корниенко переглянулись.
— Нападение на машину министра финансов его рук дело?
— Его, — подтвердил Ротецкий, — он вызвал из Таджикистана двух боевиков. Они все сделали как полагается, сожгли машину министра. Но вышла осечка. Полетаева в машине не оказалось. Тогда Скороденко решил подставить Слепнева и получить его деньги. Он приказал нам найти осведомителя и передать через него, где находятся трупы боевиков, чтобы Слепнев не вывез их ночью за город.
— Кто их убил? — спросил Корниенко.
— Сам Слепнев и убил. Вот и все.
— И после этого вы трижды пытались убрать Полетаева, — продолжил Дронго, — все правильно?
— Да. Трижды. Но каждый раз что-то срывалось. Даже в Лондоне…
— Значит, Слепнев на свободе, и на его счет переведены деньги, — подвел итог Дронго. — Вы все сказали?
— Все. Мы поручили одному опытному человеку разыскать Слепнева. Но он пока тоже не выходит на связь, может быть, Слепнев его обнаружил.
— Кого? Кого вы послали? — быстро спросил Корниенко.
— Стилягу, он убийца-профессионал. На его счету несколько заказных убийств. Его нашел Скороденко. Я тут ни при чем.
— Теперь можете одеться, — разрешил Корниенко, — и без глупостей, Ротецкий. Ваш телефон прослушивается. Если захотите позвонить, линия будет отключена. Но в таком случае я сразу узнаю о вашем обмане.
— Понимаю. Только детям пока ничего не говорите.
— Обещаю. Ждем вас в машине. Спускайтесь быстрее.
Родион Александрович вернулся в квартиру. Дронго и Корниенко стали спускаться вниз. На втором этаже стояли два сотрудника ФСБ.
— Подождите его у дверей, — приказал Корниенко, — постарайтесь, чтобы никто из его семьи вас не заметил. Он не хочет беспокоить близких. Сентиментальный убийца, — обратился полковник к Дронго.
— Кто мог обещать Тихонину должность министра? — спросил Дронго.
— Какая разница? Главное, что мы нашли исполнителей и заказчиков. Нужно сообщить Потапову о Тихонине. Сами к нему попасть мы не сможем. А брать штурмом здание МВД — задача не из легких.