День гнева
Шрифт:
Глава 10. Другая
Следующим вечером Сергей выслушал отчет о произошедших в его отсутствие событиях. Он знал, что на Земле будет нелегко, но не думал, что ему придется работать с дилетантами. Запороть дело из-за взбесившихся подростковых гормонов – подобное и в кошмарном сне не привидится.
— Тебе велели подтолкнуть девчонку к правде, а ты вместо этого соблазнял ее!
— Это вышло случайно, — Максим понурил голову и говорил чуть слышно.
— Случайно? — взревел
— Она одна из нас, — Макс растерялся. — Как это возможно?
— До тех пор пока она не приняла часть себя, отвечающую за силу, она всего-навсего человек и также восприимчива к тебе, как все люди. Что мы будем делать, если завтра она сляжет с черной оспой? А может сразу с чумой? Что б наверняка.
Картинки одна хуже другой рисовались в воображении Сергея.
— Думаю, все обойдется, — вмешался Александр.
— Каким образом? — спокойствие сына подействовало на него положительно.
— Поцелуй был вполне невинным, — Алекс с издевкой глянул на брата. — Я не позволил им зайти далеко.
— Надеюсь, так и есть, — пробормотал Сергей, потирая виски. — Если с девчонкой что-нибудь случится, нас всех пустят в расход. Без нее мы бесполезный хлам.
Отыскав в толпе братьев, Ева попросилась домой. Хватит с нее выпускного.
— Отлично, — кивнул Алекс. — Мне порядком наскучил этот балаган.
Ева кусала губы от досады: он пойдет с ней, а значит, добраться до заветного ключа будет сложнее.
— Макс, ты идешь? — она повернулась к парню.
— Конечно. Я с вами.
— Подождите на улице, пока я найду Вику.
Алекс нырнул в гущу толпы, а Ева с Максимом проталкивалась к выходу, скрестив пальцы на удачу, чтобы Рома каким-то чудом задержал Викторию.
Ночь выдалась непривычно шумной для их спокойного района. Компании пьяных студентов заполонили улицу. Звучали громкие голоса и смех. Выстрелы пробок от шампанского громыхали подобно салюту. Атмосфера праздника, эпицентром которого был колледж, распространилась на всю улицу.
— Я искал тебя. Ты так стремительно убежала после танца с Алексом. Что-то случилось? — нарушил молчание Максим.
— Как ты мог бросить меня с ним? — прошипела Ева.
— У меня был выбор?
— Выбор есть всегда.
Макс насупился.
— Ты его не знаешь. Не представляешь, на что он способен.
— Если он такое чудовище, то твоя выходка выглядит еще более гадкой, — Ева скрестила руки на груди.
— Тебя бы он не тронул.
— Ты постоянно твердишь, будто меня никто не тронет. Вика, хранящая пистолет на тумбочке, не причинит мне вреда, Алекс – конченый псих, но мне ничего не сделает. Откуда эта уверенность?
— Ты – уникальна, — с чувством произнес Максим. —
В желтом свете фонарных столбов лицо Макса выглядело болезненным. Высокие скулы, плотно обтянутые кожей, тонкие бледные губы, лихорадочно блестящие глаза наводили на мысль, что Макс нездоров. Ева поймала себя на желании проверить нет ли у него температуры. Учитывая состояние Максима, она списала его слова на бред. Начало июня – коварное время, когда легко подхватить простуду.
К ним присоединился Алекс. Вики с ним не было. Интересно, что сделал Рома, чтобы сестра захотела остаться? Ева спрятала победную улыбку за ладонью, опасаясь вызвать подозрения Алекса.
Дом встретил тишиной. Напольные часы с маятником показывали половину двенадцатого ночи. Виталик отправился спать, захватив к себе в комнату часть содержимого холодильника. Алекс налил себе любимый коньяк мамы. Она хранила про запас несколько бутылок, чтобы в случае чего не бежать в магазин. Спиртное – единственное, что никогда не переводилось в доме.
Ева нарочно замешкалась в прихожей, сделав Максу знак подождать ее. Она убедилась, что Алекс поглощен игрой света в янтарной жидкости, придвинулась к Максу и прошептала:
— Задержи его внизу.
Парень озадачено приподнял брови. Ева молитвенно сложила руки, и он кивнул, соглашаясь помочь.
Макс присоединился к брату, отвлекая его разговором. Он старался вести себя, как ни в чем не бывало, но в голосе и мимике сквозила нарочитость. Странно, как запросто обычно подозрительный Алекс купился на простенькую уловку.
Ева прошмыгнула мимо парней, запретив себе оборачиваться. А между тем посмотри она назад, столкнулась бы с взглядом старшего брата, который с плохо скрываемым злорадством глядел ей вслед.
Комната Сергея была открыта. Удивительно до чего он беспечен. Неужели ее так называемый отец настолько уверен в своей неприкосновенности? Или он считает, что только начисто лишенному инстинкта самосохранения человеку взбредет в голову вломиться к нему в спальню? Еву затошнило при мысли, что ее поймают на месте преступления. Она не сомневалась: наказание превзойдет по своей изощренности пытки времен инквизиции.
Бархатные шторы были наглухо задернуты, с улицы не проникал не единый лучик света, но Ева различила во мраке двуспальную кровать, стол погребенный под кипой бумаг, стул с накинутым на спинку пиджаком. Когда взор упал на бардовое кресло, она не на шутку испугалась. С каких пор она распознает цвета в темноте? Разве ночью не все кошки серы? Она точно смотрела через бинокль ночного виденья. Но в отличие от прибора, окрашивающего все в зеленые тона, Евины глаза распознавали оттенки вплоть до нюансов.