Дерзаю
Шрифт:
— Могу я кое о чем спросить вас, как капитана этого корабля? — неожиданно сказала Нова.
«Что теперь?» — подумала Присцилла, однако заставила себя выглядеть и говорить совершенно безмятежно.
— Да, конечно.
— Интересно, как вы сделали бесклановика первым помощником?
— А! — Присцилла откинулась на спинку стула и тоже сделала глоток вина. Ее взгляд невольно устремился на блестящий легкомысленный мобиль, который Антора йос-Галан подарила своему брату Шану. — Рен Зел обладает огромными возможностями: ему всего нескольких часов не хватает, чтобы стать мастером-пилотом. Его уважают его коллеги и… — она заставила себя встретиться
Секунду Нова сидела неподвижно, а потом наклонила голову.
— Это хорошо аргументировано. Я благодарю вас. — Она встала и поставила пустую рюмку на край письменного стола Присциллы. — Мне можно воспользоваться коммом?
Присцилла встала.
— Можешь воспользоваться этим, — сказала она. — Меня ждут на мостике.
— Спасибо… сестра. — Тут она улыбнулась — неожиданно и искренне. — Я рада, что могу это сказать.
Лиад
Штаб-квартира Департамента Внутренних Дел
Ящик имел площадь примерно пять квадратных футов, был тускло-черным и, на поверхностный взгляд, однородным.
Командир агентов, завершив проверку, которая отнюдь не была поверхностной, остановился у двери и посмотрел на напряженного техника.
— Я желаю посмотреть внутреннюю часть.
— Сию минуту, командир.
Техник извлек из кармана цилиндрик размером не больше указательного пальца, приостановился у двери и нажал на какой-то участок его черной поверхности. Никакого звука слышно не было, но когда командир снова повернулся к ящику, оказалось, что одна его стенка отъехала в сторону. Внутри было очень темно. Командир агентов достал из кармана фонарик, включил его и шагнул внутрь.
Внутренние размеры ящика оказались несколько меньше, чем можно было ожидать, глядя на него снаружи. Потолок оказался настолько низким, что командиру агентов пришлось опустить голову и сгорбить плечи. Более высокий человек вообще не смог бы там стоять: ему пришлось бы опуститься на колени прямо на жесткий металлический пол.
— Устройство, — неразборчиво заговорил техник от входа, — помещено в пол и боковые стенки. Если прислониться к стене, опуститься на колени или лечь на пол, то летаргия становится гораздо более сильной. Подопытный смог почувствовать ослабление своих способностей, которого не ожидалось — но которое может оказаться полезным. На коротком сроке было зафиксировано, что заметное уменьшение силы порождает в подопытном панику, граничащую с истерией.
Командир агентов прошелся лучом фонарика по внутренней части ящика, с удовлетворением отметив гладкие и почти ровные металлические стенки. На неподвижной стене был ряд маленьких вентиляционных отверстий — как было сказано в отчете, общим числом 33. Они предназначались для поступления воздуха — а если понадобится, то и введения газов. В самом центре «потолка» оказалось несколько углублений: это были микрофон и динамики для общения с заключенным или для воспроизведения тех звуков, которые могут потребоваться. В целом это было весьма неудобное помещение в нормальных условиях, но для представителей драмлиз — пытка.
— Насколько я понимаю, вы потеряли подопытного? — спросил он у техника, не оборачиваясь.
— Это так, командир. Первая драмлиза очень быстро оценила свое положение и смогла собрать достаточно силы, чтобы бросить в устройство
Тонкий луч фонарика командира скользнул по полу и нашел черный потек, похожий на пятно жира, на полу почти у самых своих ног. Похожее пятно обнаружилось на середине стены, лицом к которой он стоял.
— Механизм получил повреждения?
— Тесты, проведенные сразу же после происшествия, показали, что устройство сохранило все рабочие характеристики, — ответил техник. — Видите ли, материал очень хорошо отражает ту энергию, которой пользуются драмлизы. Таким образом, огненная стрела отразилась от пола и стен и попала в подопытную, испепелив ее. Я виноват в потере материала.
— Все эксперименты чреваты расходами. Насколько я понял, вам удалось найти второго подопытного, несколько менее вспыльчивого.
— Было решено, что должная проверка требовала использования драмлиза с большими, а не меньшими способностями. Наш новый подопытный, как и первая драмлиза, очень силен. Однако он молод — и мы держим в заложницах его чалекет, что обеспечивает нам его сотрудничество. Кроме того, я обратил его внимание на пятна, которые вы обнаружили, сэр, и подробно объяснил ему, откуда они появились. — Техник сделал паузу. — Конечно, существует некоторая опасность, что он попытается покончить с собой, воспользовавшись этим способом, действенность которого доказана, но он, как я уже сказал, молод, привязан к своей чалекет и склонен верить в возможность спасения.
Продолжая горбиться, командир вышел из ящика, пятясь, и выключил фонарик. Выпрямив уставшие плечи, он снова посмотрел на техника.
— Вы дали ему надежду на то, что он может ожидать спасения?
Техник наклонил голову.
— Это представлялось наилучшей стратегией, с учетом необходимости скрывать эту разработку от драмлиз.
Командир быстро обдумал услышанное. При обычных условиях он не допускал подобных нововведений от жалких техников. Однако в данном случае, учитывая, как было сказано, необходимость экономить ресурсы… Он наклонил голову.
— Вы поступили правильно, — сказал он. Техник поклонился предельно низко. — Я хочу поговорить с подопытным через… — он справился со своим хронометром, — … четыре часа по стандартному времени. Предлагаю, чтобы время перед встречей он провел тут.
Командир небрежно махнул в сторону ящика. Техник снова поклонился.
— Командир, это будет сделано.
Литаксин
Лагерь наемников
Клонак оказался в лагере: он играл в покер с самыми отпетыми шулерами, каких Дааву случалось видеть за последние двадцать лет. Он без особой надежды подумал, что, возможно, Клонак позволит им сохранить свое достоинство — если не деньги.
Шадиа, будучи женщиной разумной, ушла отдыхать сразу же, как только стало можно уйти с обеда командора Кармоди.
Нелирикк — или Красавчик, как его называл командор Кармоди — пожелал остаться со страшной парой, которую он (без всякой иронии, насколько мог понять Даав) называл новобранцами. Пехотинец по имени Диглон оказался человеком флегматичным и скорее всего последовал бы разумному примеру Шадии. Однако привлекательная и послушная Хэзенталл была совершенно другой породы. Она была весьма недовольна, узнав, что ей не позволят сидеть на страже рядом с капсулой, которая скрывала и — если боги будут милостивы — лечила ее командира. Она с большой неохотой последовала с Нелирикком и Диглоном в казарму.