Деспот
Шрифт:
Я сорвался… и хотел показать ей разницу.
Так она хотела, чтобы все происходило?
Так?!
Нет, конечно, не хотела она. Я выдал ей все свои эмоции. То, чего не давал никому – не было ни желания, ни нужды. А с ней все случилось бесконтрольно. Всплеск – и вот я уже сношу все преграды.
Хреново. Очень хреново. Учитывая, что я сам от себя такого не ожидал. Она вытащила из меня это, сама того не понимая.
В моей системе координат просто. Я даю ей все и даже больше, она принимает и отдает себя в ответ. В ее же реальности
Всегда считал одержимость женщиной мифом. Ну не бывает так, чтобы взрослым мужиком управляла девочка. Оказывается, бывает… Она мое «чудовище». Это мне следует ее бояться.
Диана ставит кофе на мой стол и отходит назад, открывая ежедневник с расписанием. Осанка ровная, в глаза не смотрит. Вообще на меня не смотрит.
Подхожу к столу. Пыль…
— Уволить уборщицу. Нанять другую, — сообщаю ей. Беру салфетку и сам убираю пыль со стола, демонстрируя мотивы своего решения.
— Хорошо, — кивает, записывая в ежедневник.
Сажусь за стол.
— Расписание, — подсказываю ей.
Диана начинает зачитывать. Я слушаю, но смотрю на ее закрытую высоким воротником шею. Там мой засос. Хочу, чтобы она открыла его. Я хочу видеть эту примитивную животную метку на женщине, которая принадлежит мне.
Вопрос в том, что женщина не совсем мне принадлежит. Тело – это всего лишь тело. Его проще взять силой. Ее разум не так слаб и не подчиняется мне.
— Хорошо. Всех принимаю. Документы на подпись, и распечатай договоры перед встречей с юристами.
Диана кивает, но снова не смотрит мне в глаза. Это тоже раздражает. Всегда смотрела. Да, с вызовом, со страхом, с ненавистью, но смотрела. Сжимаю подлокотники. Хочется подойти, дернуть за подбородок и заставить смотреть на меня. Но… прикрываю глаза. Еще не знаю, как буду вести с ней себя дальше, поэтому отпускаю.
Решение есть. Но я пока сам не понимаю, надо ли это мне.
— Иди.
Она уходит, а я отпиваю кофе. Так и не научилась его варить. Либо назло мне делает неправильно. Может, и плюнула мне в чашку. Усмехаюсь, отставляя кофе.
До обеда работаю. Буквально силой вымещая из себя все мысли об этой женщине. Стараюсь как можно меньше с ней контактировать.
— Рустам Эдуардович, — от работы отвлекает голос Дианы из селектора.
— Да?
Пауза затягивается. Обычно девочка не теряется в работе, не мямлит.
Что там произошло?
— К вам супруга, — сообщает мне она.
Ах, вот оно что.
— Пусть войдет.
Сказал же, позвоню перед обедом. Посматриваю на наручные часы.
Уже обед. Я потерял счет времени. Заглядываю в своей телефон. Несколько пропущенных от Альфии. Беззвучный режим. Нет, меня не раздражает ее визит. Она редко врывается в мое личное пространство. Но я обещал ей обед и забыл.
Альфия входит в кабинет с бумажным пакетом. Улыбается, качая головой.
— Забыл?
—
— Останемся здесь. Я принесла тебе обед, — ставит пакет на круглый стол возле кресел.
Вздёргиваю бровь, наблюдая, как выставляет контейнер из ресторана. Мило. Но это не похоже на Альфию. Такого рода заботу от нее я пресёк с самого начала нашего брака.
— Все, не злись. Ты устал. Ресторан – это церемонии и лишние движения. Отдохни сейчас без церемоний.
Ладно. Киваю. Знаю я, к чему это все. Задобрить она меня хочет. Мягко стелет, чтобы погасить мой праведный гнев.
На столе появляются приборы. Еда из контейнеров помещается на фарфоровые тарелки.
— Я попросила Диану заварить мой чай, — сообщает мне она.
Диану…
Познакомились уже…
Сажусь за стол. Да, я голоден. Часто за работой вообще забываю про еду.
— Внимательно слушаю, — призываю ее говорить.
Не переспрашивает, не строит из себя дуру. Она давно понимает, что я не люблю притворные жеманства.
— Покушай сначала.
— Говори уже, будь добра, — призываю ее не терять время.
— Дамир… — выдыхает, волнуется. Ожидаемо. — Я понимаю все твои мотивы, — выставляет руки, призывая меня не перебивать. Молчу. Пусть скажет. — Ты, как мужчина, прав. Но он импульсивен сейчас. Я поговорила с ним. Он готов пойти на компромисс.
— Рад, что он готов, но я не готов, — отрезаю.
— Рустам… — осекается, поскольку в кабинет стучат.
— Да! — разрешаю войти.
Диана входит с подносом, на котором чайник и пара чашек. Пахнет травами. Альфия сама собирает свои лечебные чаи и при случае поит меня ими.
Диана старается не смотреть на нас, составляя чайник и чашки на стол. Альфия принимается ей помогать. А я слежу за девочкой. Губы сжаты, руки почти незаметно подрагивают, в глазах чувство вины.
Понимаю. Но… Это главный якорь, который не позволяет ей двигаться дальше.
Всегда было плевать.
Моя супруга и сын неприкасаемые. Объясняться не собираюсь. Все должны знать свои места.
Так и останется.
— Спасибо, Диана, — с улыбкой благодарит ее Альфия. Диана же онемела, кивает, сглатывая, и быстро покидает кабинет.
Ах, если бы это была ревность, тогда, может быть, я попытался бы объяснить. Но…
Доедаю, беру чашку чая. Отпиваю, откидываясь на спинку кресла.
— Я что-то делаю не так по отношению к Дамиру? Я мало ему давал? Не так воспитывал? Каким-то образом показывал ему, что он неродной мне?
— Нет, конечно, — качает головой Альфия. — Ты все делаешь правильно. Такой возраст у него. Протест.
— Ну, кто же ему мешает? Пусть протестует. Я дал ему свободу. Добьётся чего-то сам, выплывет – буду гордиться. Принесу извинения и лично доверю свой бизнес. А если ты еще раз вмешаешься в мои решения и будешь помогать за моей спиной, не обессудь… — сжимаю челюсть.